Трактирщица
Шрифт:
— Почему?
— Потому что, — я отмахнулась от вопросов и нахмурилась, уловив тихий сигнал от Сираи. — Пекло! Почему так быстро?! Ника, уводи Марфу, Валена и Мико. Я просила Бесо спрятать все учебники магии, проверь ещё раз. Сирая пусть не высовывается. Детям скажи, чтобы помалкивали. Без Артура Саливана никто не должен произнести ни слова.
— Ты уже говорила, — Каро подскочила, собирая свои записи. — Они всё знают. Думаешь, это Контариус?
— Я бы на его месте не упустила шанс унизить недруга, — я кивнула и указала Доминике на вход в кухню. — Уходи через коридор. И пришли
Она ушла, будто исчезла, быстро и бесшумно, а я взялась поправлять причёску. Разглаживала пальцами пряди, следила, чтобы ни один волосок не выбился. Наконец, шум во дворе стал настолько явным, что я смогла выйти. Инвизиторы прибыли, да.
На козлах крытой повозки сидел обычный кучер. Нанятый работник. А вот из дверей вслед за лином Контариусом, вышли те, кто мог учуять источник, даже не приближаясь к приюту. Семеро их было. На четыре ищейки больше, чем в прошлый раз.
— Тёмных ночей, лина Беринская, — фальшиво улыбнулся мой бывший жених. — Словами не передать, как я рад встрече.
— Ясного неба, лин Контариус, — искусственную улыбку в ответ я выдать так и не смогла. — Не представляете, как я соскучилась по вашей уважаемой персоне. Все ли у вас в порядке со здоровьем?
— Благодарю, не жалуюсь. А вы всё хорошеете и расцветаете. Ещё бы, такой поклонник, такой браслет приметный на руке.
— Свежий воздух всему виной, — с трудом удержалась, чтобы не спрятать украшение под рукав. Все утро пыталась снять, но ничего не вышло. Магическая побрякушка пристала насмерть. — Новости быстро разносятся по королевству. Лин Делири сделал предложение, и я приняла его. Но вы ведь не за этим прибыли в мой трактир?
— Напротив, — округлил глаза Контариус и жестом подозвал одного из своих помощников. — Именно за этим. Его Величество уже передал поздравление фитоллийцу, а я вдогонку поехал. С официальной бумагой. Вот, ознакомьтесь, пожалуйста. Постановление о проведении внеплановой проверки.
Я взяла документ в руки, сглатывая ругательства в адрес Великого Инквизитора. Нервничала, дышала через раз, но говорила пока спокойно.
— Надо же. За подписью Его Величества? Вот это честь… Прошу минутку, мой юрист должен сейчас подойти. Может, выпьем чаю? Моя кухарка печет восхитительные пироги. Вы ведь помните Нэди и её кулинарную магию?
— Как же забыть? Но видите ли, в чём беда, Хельда. Мы не голодны. Основательно отобедали в дороге. Предчувствовали ваше предложение и не стали рисковать. Мало ли какие новые ингредиенты появились в кулинарных шедеврах Нэди. А ждать юриста вы имеете полное право. Я лишь смею вас заверить, что проверка, хоть и пустая формальность, но обязательна к исполнению. Я должен уверить Его Величество, что женщина, за чью честь он поручился, чиста перед законом.
— Так уверьте, вы и ваши люди не так давно обыскали здесь всё, до чего могли дотянуться. Разве этого мало?
На каменных лицах помощников Контариуса только сейчас появилось слабое подобие улыбки. От их одинаковых костюмов у меня рябило в глазах. Инквизиторов специально подбирали так, чтобы они не запоминались? Вроде налетели какие-то тени и тут же исчезли. Так же внезапно, да. А ты уже с постановлением об аресте
— О, сколько воды с тех пор утекло, — усмехнулся первый из моих бывших женихов и посмотрел исподлобья. Да так, что его крючковатый нос ещё больше стал напоминать клюв коршуна. — Вам ли не знать, как быстро всё меняется в нашем мире? Вчера не было портала в Фитоллию, сегодня есть. Вчера приютские дети ещё не хвастались, как быстро они учатся магии, а сегодня мы прямо в дороге услышали о чудесах. Будто бы подкидыши и отказники швырялись молниями на поляне. Потехи ради. Вот и скажите мне, стоит ли проверять вас снова?
— Это официальные обвинения? — я позволила себе отзеркалить его усмешку. В зал вышел Артур, и сразу стало немного спокойнее. Появилась надежда, что сейчас лин юрист посмотрит на постановление, поцокает языком и заявит: “Фальшивка!” — Лин Саливан, кажется меня в чём-то обвиняют.
— Пусть обвиняют, — Артур одёрнул полы рубашки, поправил воротник и потянулся к документам у меня в руках. — Позвольте?
Отдала бумаги, будто они в любой момент могли взорваться, а теперь меня спасли. Контариус даже бровью не повёл. Так и стоял на фоне своих ищеек с непробиваемой уверенностью, что на этот раз он от меня с пустыми руками не уйдёт.
— У вас три часа, — холодно заметил законник. — Если задержитесь хотя бы на минуту, я составлю жалобу.
— Всё законно?
— Там королевская печать, — Артур злился и не считал нужным это скрывать. Бросал на Инквизиторов гневные взгляды, сжимал документы, едва не комкая их. — Любые повреждения имущества мы тоже зафиксируем. Не стоит устраивать погром, даже ваше жалованье не бесконечно.
— Обижаете, лин Саливан, — фыркнул Великий Инквизитор, — мои ребята — сама деликатность. Каждую мелочь аккуратно перевернут и положат на место. Но если вы так печётесь о сохранности имущества, то можете помочь следствию. Покажите всё запрещенное, и мы не станем растрачивать на поиски ни моё, ни ваше время.
— Ищите, лин Кантариус. Лина Хельда, это надолго, но нам придётся внимательно наблюдать за обыском. Если заметите что-то, незамедлительно говорите мне. Мне не доводилось иметь дело с инквизиторами, но, предполагаю, методы у них те же, что и у обычных сыщиков.
— Я — сама внимательность, — пообещала женщина едва не на грани обморока. Самый страшный кошмар сбывался здесь и сейчас. От эшафота меня отделяло три часа проверки.
— Прекрасно, — издевательски ровно проговорил Кантариус и обернулся к своим. — Двое в трактир, трое в приют, Шеар, ты в кабинет лины на её бумаги, а Прим со мной. Я хочу знать обо всё, что здесь происходит.
— Будет сделано, — тихим шелестом ответили инквизиторы.
О, люди Кантариуса были предельно аккуратны. Они даже ступали так осторожно, будто боялись стереть с пола какие-то следы, почти летали, выполняя приказы.
Следовать указанию законника оказалось невозможно, нам пришлось разделиться, так что в трактире я осталась одна, и проконтролировать обыск сразу в нескольких комнатах не могла при всём желании. Больше всего боялась за кухню, в которой мы спрятали вход в тайный коридор к подвалу-бункеру.