Трафальгар стрелка Шарпа

Корнуэлл Бернард

– Надо поспешить, Хоппер.

– Уж мы постараемся, сэр, будьте уверены.

Капитан сам уселся за руль, а Хоппер взялся за весло. Им предстояло долгое плавание, и Шарп мог поближе рассмотреть корабли эскадры. С выкрашенного в красно-белую полоску небольшого баркаса линкоры казались непотопляемыми громадами.

– Я взял вас еще и потому, Шарп, – прищурился Чейз, – что мне хотелось позлить лорда Уильяма. Онто нисколько не сомневался, что я позову его, но, видит бог, Нельсон никогда не простил бы мне такого гостя! – Чейз показал на семидесятипушечный линкор, мимо которого они как раз проплывали. – «Левиафан» под командой

Гарри Байнтана. Славный малый! Юнгой я служил с ним на старушке «Беллоне». Счастливые дни!

Большая волна качнула «Левиафан», обнажив зеленое днище, заросшее водорослями.

– Кроме того, Нельсон может оказаться полезен вам, Шарп.

– Нельсон? Мне?

– Лорд Уильям вас недолюбливает. – Чейз не снизил голоса, не заботясь о том, что его услышат Хоппер или Задира. – Его чертова светлость с радостью воспользуется любой возможностью, чтобы разрушить вашу карьеру. Адмирал дружен с полковником Стюартом. Возможно, он не откажется замолвить за вас словечко. Нельсон – сама доброта!

Плавание заняло добрых полчаса, и наконец баркас оказался под еще одним трапом, который спускался с борта «Виктори». Этот трап выглядел таким же непрочным и опасным, как и трап на «Пуссели». На середине пути находился позолоченный вход, но он был закрыт, а значит, Шарпу предстояло карабкаться на самый верх лестницы.

– Вы – первый, Шарп, – приказал Чейз. – Прыгайте и цепляйтесь!

– Господи прости, – пробормотал Шарп.

Дождавшись, пока баркас поднимет на волне, Шарп прыгнул, отчаянно вцепился в лестницу и медленно пополз вверх. Наконец чьи-то руки подхватили его и втянули через открытый порт на палубу флагманского линкора.

За ним на борт «Виктори» с улыбкой ступил Чейз. Подтянутый лейтенант приветствовал его.

– Вам здесь особенно рады, сэр, – обратился к Чейзу лейтенант. – Еще один семидесятичетырехпушечник нам не помешает!

– Счастлив, что присоединился к вам в такой час, – отвечал Чейз, приподняв шляпу.

Под щебетание боцманских свистков Шарп последовал за капитаном. На верхней палубе толпились матросы и канониры, но никто не обращал на гостей внимания, только один седовласый парусный мастер с большой иглой, воткнутой в пучок на затылке, поклонился Чейзу. Капитан остановился и прищелкнул пальцами.

– Проут, верно? Вы служили со мной на «Беллоне»!

– Тогда вы были совсем мальчишкой, сэр. – Парусный мастер Проут стянул с головы треуголку.

– Все мы стареем, Проут, – вздохнул Чейз. – Черт подери, от этого никуда не деться! Однако не такие уж мы дряхлые старцы, чтобы не потрепать перышки лягушатникам и донам!

– Мы зададим им жару, сэр, – отвечал Проут.

Чейз широко улыбнулся старому товарищу и поднялся на шканцы, где толпились офицеры. При появлении Чейза и Шарпа они вежливо сняли шляпы. Гости проследовали в адмиральскую каюту, вход в которую охранял единственный морской пехотинец в коротком красном мундире. Лейтенант отворил перед гостями дверь в маленькую спальню, затем в большой салон, тянувшийся во всю ширину корабля. Сквозь кормовые окна падал солнечный свет. Мебель уже снесли в трюм, посередине гостиной на ковре в черно-белую клетку маячил единственный стол. Два готовых к бою массивных орудия высились по обе стороны стола.

Напротив кормового окна Шарп заметил два силуэта, но какой из них принадлежал адмиралу, он не знал. Все прояснилось, когда Чейз снял шляпу

и поклонился невысокому мужчине за столом. Свет из окна освещал адмирала сзади, поэтому Шарп никак не мог разглядеть его лица. Шарп отступил назад, чтобы не мешать разговору, но Чейз обернулся и жестом пригласил его приблизиться.

– Позвольте представить вам моего старинного друга, милорд. Мистер Ричард Шарп. Собирается присоединиться к Девяносто пятому стрелковому. Мимоходом он вытащил меня из одной весьма сомнительной переделки в Бомбее, за что я ему бесконечно благодарен.

– Вас, Чейз? Из переделки? Не верю! – Нельсон рассмеялся и улыбнулся Шарпу. – Моя благодарность, мистер Шарп, не знает границ. Не люблю, когда мои друзья попадают в сомнительные переделки. Сколько лет мы не виделись, Чейз?

– Четыре года, милорд.

– Он был капитаном одного из моих фрегатов, – объяснил Нельсон незнакомцу, стоявшему рядом. – Чейз командовал «Спрайтли» и захватил «Бувин» спустя неделю после того, как оставил у меня службу. Тогда я не имел возможности поздравить вас, Чейз, что с удовольствием делаю сейчас. Вы знаете Блэквуда?

– Почту за честь познакомиться. – Чейз отвесил поклон достопочтенному Генри Блэквуду, капитану фрегата «Эуриалус».

– Капитан Блэквуд повис на хвосте у вражеского флота, как только тот вышел из Кадиса, – с теплотой в голосе промолвил Нельсон, – и в конце концов свел нас вместе. Вы неплохо потрудились, капитан.

– Буду счастлив и дальше служить вам, милорд.

– Не сомневаюсь, Блэквуд. – Нельсон жестом велел гостям сесть. – Остывший кофе, подсохший хлеб, холодная телятина и свежие апельсины. Боюсь, завтрак не слишком обильный, но мне доложили, что плиту уже разобрали. – На столе лежали приборы и адмиральская шпага в украшенных драгоценными камнями ножнах. – У вас хватает припасов, Чейз?

– Немного, милорд. Воды и говядины недели на две.

– Не так уж мало. Команда?

– Я нанял дюжину хороших матросов с одного торгового судна Ост-Индской компании, так что теперь рук хватает.

– Вот и славно, – промолвил адмирал.

Пока вестовой расставлял на столе кофейники и закуски, Нельсон расспрашивал Чейза о погоне за «Ревенаном». Шарп молча рассматривал адмирала. Шарп знал, что Нельсон слеп на один глаз, но долго не мог определить, на какой именно. Спустя некоторое время Шарп заметил, что правый зрачок Нельсона неестественно велик и черен. У адмирала были седые взъерошенные волосы, худые и необычайно подвижные черты. Тревога, удовольствие, удивление попеременно отражались на лице. Он почти не перебивал Чейза, только однажды попросил Шарпа отрезать мясо.

– И немного хлеба, если вас не затруднит, мистер Шарп. Сами видите мой плавник. – Адмирал коснулся пустого правого рукава, приколотого булавкой к усеянному звездами кителю. – Вы очень добры, – поблагодарил адмирал.– Продолжайте, Чейз.

Шарп ожидал, что будет восхищен прославленным Нельсоном, но этот маленький человек выглядел таким ранимым, что скорее вызывал желание защитить его. Адмирал был худ и невысок ростом, а бледное, покрытое морщинами лицо свидетельствовало о слабом здоровье. Шарпу приходилось постоянно напоминать себе, что этот человек много лет бесстрашно вел флот от победы к победе и всякий раз очертя голову бросался в самую гущу баталии. Если забыть об этом, могло показаться, что адмирала собьет с ног легкий бриз.