Товарищ кот
Шрифт:
Именно поэтому Семен решил вздремнуть. К счастью, дверь в кабинет товарища Сталина была приоткрыта, хотя самого генсека нигде не было видно. Однако на полу он заботливо оставил открытую консервную банку со шпротами и блюдце молока, так что Семен, подкрепившись, прыгнул на диван, свернулся клубком и прикрыл глаза. Правда, спал он недолго. Почувствовав на себе чей-то взгляд, он поднялся, потянулся – и увидал в кресле своего старого знакомого.
– Опять ты, – сказал Семен.
– Опять я, – согласился Фауст.
– И
– Как и тебя, – пожал плечами Фауст. – Разве ты еще не понял, что даже подорвав завод Распутина по производству клонов, вы лишь еще больше разозлили чернокнижника? Или вы и впрямь думаете остановить его такими примитивными способами?
– А я гляжу, ты слишком много знаешь, – произнес Семен.
– Мы – масоны, знаем все, – самодовольно произнес Фауст, доставая из портсигара тонкую сигаретку. – А то, что мы не знаем – не знает никто.
– Кто убил Кеннеди? – поинтересовался Семен.
– Посла США? – нахмурился Фауст. – Хм, насколько я знаю, он жив-живехонек.
– Нет, я про… А, ладно, забудь. Тогда другой вопрос – столица Таиланда?
– Прошу прощения?.. – в недоумении захлопал глазами Фауст.
– Ну, ты же сам сказал, что масоны знают все.
– Вообще-то у меня был плохой учитель по географии, – заерзал на месте Фауст.
– У меня ее вообще вел физрук – и ничего, даже в метро на двадцать пятом году жизни научился ориентироваться, – ответил Семен.
– Хорошо, хорошо, – буркнул Фауст. – Масоны знают почти все. Ты доволен?
– Да не сказать, что особо, – ответил Семен, – но сойдет.
– Ты наверное задаешься вопросом – что же я от тебя хочу…
– Ага, прямо-таки сгораю от нетерпения, – перебил собеседника Семен. – Дай-ка подумать: ты предложишь мне что-то невероятное взамен философского камня.
– Именно, – поджал губы Фауст, явно недовольный тем, что диалог идет немного не так, как он предполагал. – Я знаю, что сейчас он находится в этом здании и заполучу его, рано или поздно. Вопрос лишь во времени. Ведь мы, масоны…
– Знаем все на свете и получаем все, что хотим, слышали уже, – вновь перебил его Семен. – Хотя знаешь что? Я вот подозреваю, что вы скорее пару-тройку раз удачно оказались в нужное время в нужном месте, совершенно случайно, а потом просто годами поддерживали репутацию хозяев мира, дергающих за ниточки.
Лицо Фауста вытянулось. Нервно стряхнув пепел прямо на пол, он фальшиво рассмеялся:
– Нет, это не так.
– Так-так, – заверил его Семен.
– Нет, – отрезал Фауст.
– А вот и да.
– А вот и… – на лбу Фауста запрыгала жилка. Оглядевшись, он подошел к стоявшему в кадке фикусу, затушил бычок о землю, рухнул обратно в кресло и пригладил ладонью волосы. – В общем: перейду к делу. Отдай мне философский камень, и я…
– А забирай, –
Какое-то время Фауст переводил взгляд с Семена на камень и обратно, а потом с подозрением прищурился и сплел пальцы:
– В чем подвох?
– Ни в чем, – махнул хвостом Семен. – Просто мне до жути надоели масоны, агенты Аненербе, восставшие из мертвых волшебники и прочие товарищи, бегающие с этой безделушкой как с торбой писаной и желающие оборвать мне усы. Забирай свой несчастный камень и отстань уже от меня.
– А взамен… – протянул Фауст.
– Ты больше не попадаешься мне на глаза.
– Договорились! – белоснежная улыбка Фауста озарила комнату, чуть не ослепив Семена. Вскочив с кресла, Фауст двумя пальцами подобрал камень, оглядел его со всех сторон, поцеловал и бережно спрятал во внутренний карман. Следом он чуть ли не в припрыжку выскочил из комнаты, насвистывая какую-то веселую мелодию
– Это ведь не нас-с-стоящий филос-с-софс-с-ский камень? – раздался с потолка голос.
Подняв голову, Семен увидела Вальтера.
– Неа, – ответил Семен. – Просто какой-то булыжник. Видимо, здесь давно не делали уборку. Огорчишь своего мастера?
– Воздержус-с-сь, – немного подумав, покачала головой ящерица. – Что-то он чрезмерно увлекс-с-ся. Меня эта беготня туда-с-с-сюда уже утомила. Или ты думаешь, кто с-с-следил за каждым твоим шагом?
– В мое время за сталкеризм можно и заканселить, – произнес Семен.
– Ничего не понял, но звучит угрожающе, – с уважением и даже некоторой опаской произнес Вальтер.
– На самом деле только звучит, – сказал Семен.
– Ладно, пойду за мас-с-стером, – вздохнул Вальтер. – Как бы он на радос-с-стях делов не наделал.
– Чао, – сказал Семен, провожая взглядом ящерицу, шмыгнувшую в ближайшую щель.
В этот самый момент хлопнула дверь – и в кабинет вошел товарищ Сталин собственной персоной.
– Носятся как угорелые, чуть с ног не сбили и даже не извинились, – проворчал он, поправляя фуражку. – А еще говорят «Европейское воспитание»! Тьфу! О, дружок, вот ты где, – он улыбнулся, наклонился и похлопал Семена по голове. – Куда же ты опять запропал, негодник? Взрывал еще один замок?
Рассмеявшись, он уселся за стол, достал кисет с табаком и принялся забивать трубку. Хрипло запел телефон. С явной неохотой оторвавшись от своего занятия, Сталин потянулся за трубкой:
– Алло. Кто это? Зайцев? А где Лаврентий Павлович? Не появлялся целый вечер? Хм, странно. Совершенно на него не похоже. Так что за срочный повод? Перебежчик из Чехословакии? Бывший ученый с необычайно ценными сведениями? Хочет говорить только со мной? Конечно же, пропускайте! Как я его узнаю? Высокий рост? Один глаз? Длинная черная борода? Угу, угу, так, и когда он прибудет? Пять минут? Спускаюсь!