Тотем ночи
Шрифт:
– С дежурства - на шабаш!
– сам того не подозревая, тихо скаламбурил Шевчук и перекрестился.
– Это что - граната?! Совсем охренели! Моя машина!!!
– застонал Гармаш и сделал попытку встать.
– Лежи, идиот!
– Булка схватил его за ногу.
– Если они решат проверить, то нам хана!
– Кто они?
– Те, кому положено.
Водитель затих, придя к разумному выводу, что лучше остаться безработным, чем мертвым. В ушах звенело так, что казалось будто вокруг царит тишина.
20:55
Знаками показав напарнику, чтобы тот его прикрывал, он приблизился к джипу вплотную и рявкнул:
– Сдаваться с поднятыми руками по одному!
Ответом была тишина, лишь тихо журчала и дымилась вытекающая из радиатора вода.
– Звиздец котятам!
– расслабился напарник и полез за сигаретами.
И тут волки бесшумно обрушились на них. Сомкнув зубы на человеческом горле, Гало содрогнулась от ни с чем не сравнимого удовольствия. Тело под ней тоже задергалось и каждый его толчок разливался внутри ее благодатью неслыханного резонанса.
В предсмертной судороге старшина, придавленный к земле вгрызавшимся в него Клыком, нажал на курок. Автомат бестолково затрясся и пули, срикошетив от асфальта, пробили бензобак. Жар опалил шерсть и в небо взвился столб пламени - отличная иллюминация для последней трапезы в городе.
Джип все еще пылал, когда серые тени растаяли среди голых холмов.
– Вот это был твой настоящий первый, - Клин шутливо боднул Гало в плечо.
Она радостно взвизгнула в том смысле, что не последний, и от избытка энергии кувыркнулась через голову. Впереди была интересная и полная нечеловеческих приключений вся оставшаяся жизнь.
20:57 Майор нервно курил. Над стадионом стоял гул, но не вой, и это его не устраивало. В небе сияла проклятая Луна, которую он наивно считал сегодня союзницей. С таким же успехом можно было бы записать к себе в сторонники и Папу Римского. Впрочем, от того было бы даже больше толку - отвлек бы народ...
– Товарищ майор!
– подбежавшего капитана перекосило от возбуждения.
– Что еще?
– майор с тоской подумал о том, что так называемое плотное кольцо оцепления - всего лишь пленка на белке внутри сваренного вкрутую яйца. Стоит лишь немного пережать и под напором толпы от него полетят лохмотья.
– Пятнадцатый докладывает о подозрительной машине в районе Подцерковного переулка...
– Они ее задержали?!
– возбуждение капитана передалось начальнику:
"Подцерковный - это же рядом с церковью! Черт, как же это я прощелкал..."
– Взорвали к чертовой бабушке!
–
"Старый идиот! Кротов же ясно сказал, что трупы возвращаются! И сказал это в церкви, следовательно, он их видел там! Там и в морге! Вот где я должен был их ждать, ведь они всегда возвращаются, чтобы забрать своего!.."
– Гони!
– заорал он, плюхаясь на заднее сидение.
– Тут недолго и расшибиться в лепешку, - позволил себе вякнуть капитан.
– Ничего, - майор оскалился в зеркальце.
– Трупы возвращаются!
Капитан умолк и старался даже не косить глазом в сторону начальника.
20:58 Земля была холодной и пробирала до костей.
– Надо что-то делать, - подал голос Роман. Кол придавал ему самостоятельности.
– Можешь вызвать такси, - мрачно фыркнул Гармаш.
– Какое такси?!
– То самое, с лампочкой во рту. Правда, она у него не в шашечки, а в горошек... Скоты! Ублюдки! Сволочи! Зеленый такой горошек...
– Я серьезно!
– Нужно убираться отсюда, - тихо сказал Булка.
– Клянусь, я узнаю кто это сделал и тогда он пожалеет, что родился у блядской мамы!
– забормотал Васька и в его глазах сумасшедшинками плясали языки пламени.
– Я буду не я, если...
– Если будешь лежать здесь и таращиться на этот металлолом, - оборвал его стенания старший сержант и пополз подобно раку.
Тут сквозь треск пламени послышался выстрел. Затем еще несколько. Он замер и начал тихонько молиться. Мимо прополз Васька.
– Замри, идиот! Не слышишь, стреляют!
– Отцепись! Это мой пистолет в "бардачке". Я его постоянно там забываю...
– Тогда ползи быстрее!
Один за другим наряд юркнул в раскрытую дверь церкви. Не успел Булка преодолеть и трех метров, как наткнулся на непонятное. Отсветы пламени лишь сбивали с толку и ничего разглядеть толком было невозможно.
– Васька, закрой дверь!
– он повернулся к Роману.
– Посвети мне.
Шевчук послушно чиркнул спичкой и огонек высветил несколько трупов. Один из них показался старшему сержанту до боли знакомым.
– Свети сюда!
– и когда огонек вплотную приблизился к обезображенному лицу, ошарашено прошептал.
– Захар, твою мать!..
Шевчук бросил спичку и на четвереньках помчался, высоко подбрасывая задницу, в сторону выхода, сбив Гармаша. На улице у него, правда, хватило мозгов притормозить и затаиться в тени, дрожа от страха.
– Я знаю, что происходит, - вдруг сказал Гармаш неестественно спокойным голосом.
– Идет охота на ментов! Мы стали не нужны...
– Как это?!
– Очень просто. Когда у Гитлера отпала надобность в штурмовиках, он устроил им Варфоломеевскую ночь.