Тот

Торн Алесса

Тот пристально посмотрел на неё.

— Тебе повезёт, если я буду только кричать на тебя.

— Откуда мне было знать, что это не просто картинки? Я не знаю магии!

— Но у тебя явно есть способность использовать ё иначе я бы не провёл последние два года, бегая по Египту, убирая хаос, который ты развязала своими грёбаными гаданиями, — ответил Тот.

Кема поставила чашку, прежде чем смогла уронить её.

— Ты думаешь, что я, переворачивая карты, выпускала другие существа, подобные этому?

— Мне не нужно думать.

Я знаю, — Тот шаркал по комнате. — Эта призвана вызвать ифрита, а три недели назад мне пришлось изгонять его. Я чувствовал, как моя собственная магия резонирует с того места, где он был призван. Вот как я узнал, что кто-то использует мой дневник для своих гнусных дел. Я думал, что имею дело с колдуном, а не с какой-то шарлатанкой, отбирающей у туристов деньги!

— Жаль, что разочаровала, — губы Кемы растянулись в недружелюбной улыбке. — Они теперь у тебя, так что, думаю, тебе стоит меня отпустить.

— Сколько раз ты гадала сегодня? — спросил Тот.

Кема подумала об этом и пожала плечами.

— Я не знаю. Около двадцати?

— Двадцать. — Карты вспыхнули в руке Тота. Бронзовая магия превратила их в сверкающий пепел, который тут же исчез. — Это значит, что благодаря тебе у меня возникнет двадцать новых проблем.

— Извини, девушке нужно зарабатывать на жизнь.

— Не моей магией, она не для этого.

Тот посмотрел на неё долгим, обдумывающим взглядом. Кема привыкла к тому, что мужчины смотрят на неё, но не так, будто они решают, убивать её или нет. Наконец Тот издал раздражённый звук и отвернулся от неё.

— У меня нет времени разбираться с двадцатью в одиночку, так что ты поможешь мне исправить это, воровка.

— Я? Но я не знаю магии. Разве ты не можешь позвать на помощь другого друга-колдуна?

— Я не знаю других колдунов, потому что они жалкие.

— Или потому, что ты придурок и у тебя нет друзей, — пробормотала она.

— Ты поможешь мне исправить это, чтобы загладить свою вину и уйти. Но за магию приходится платить, — ответил Тот, его голос угрожающе понизился до шёпота. — Ты сломала это, и клянусь Огдоадой, я заставлю тебя всё починить.

— А если я откажусь? — потребовала Кема, сложив руки на груди.

Тот шагнул к ней, в его глазах сверкнули жар и магия. Она снова почувствовала запах его одеколона и ненавидела то, что часть её внезапно почувствовала его присутствие, и не потому, что она боялась.

— Ты поможешь мне, или я брошу тебя в первое царство Дуата, кишащее тысячей демонов, чтобы они съедали твою плоть и выдрали тебе глаза, прежде чем…

— Ещё немного рано, чтобы грозить выдиранием глаз, — сказал незнакомый голос, заставив Кему обернуться.

В дверях кухни стоял огромный мужчина. Он посмотрел на неё блестящими золотыми глазами и дружелюбно улыбнулся.

— Я не думал, что у тебя есть другие друзья, кроме меня, Тот. Особенно привлекательные женщины, которые любят переодеваться.

Кема фыркнула, понимая это.

— Он мне

не друг, и я не его девушка по вызову. Этот придурок меня похитил.

— Это правда? — здоровяк поднял бровь, глядя на колдуна.

— Не смотри на меня так, Сет. Это человек, который украл мою книгу и выпустил на волю демонов, ифритов и всё остальное, что преследовало Александрию! — возразил Тот.

Глаза Кемы расширились, и она снова посмотрела на здоровяка.

Сет. Конечно, не тот самый Сет. Во что, чёрт возьми, она вляпалась…

— И за то, что она украла книгу, ты собираешься бросить её в Дуат? Кажется немного несправедливым, — произнёс Сет.

— Спасибо! Я была ребёнком и мне было страшно, — ответила Кема.

— Ты уже не ребёнок, и ты вернёшься сюда завтра на закате, или я брошу тебя в Дуат.

Быстро, как гадюка, Тот схватил её за руку. Магия и жар обожгли её ладонь, и она отдёрнула руку. На её коже теперь был выжжен бронзовый картуш (прим. Картуш — лепные или графические украшения в виде щита или полуразвёрнутого свитка, обрамлённого завитками, с гербом, вензелем или эмблемой внутри. В данном случае метка).

— Какого чёрта? — прошипела Кема.

— Это для того, чтобы ты могла найти дорогу обратно завтра, — Тот открыл дверь, и на другой стороне оказалась улица возле садов Шалалат.

— Завтра я не вернусь, ты, высокомерный осёл… — начала Кема, прежде чем Тот подтолкнул её.

— И принеси с собой мою чёртову книгу, — крикнул ей Тот вслед.

Кема как раз говорила ему, куда именно она собирается засунуть его книгу, когда дверной проём исчез, унося с собой странного колдуна и ухмыляющегося Сета.

Кема коснулась картуша на своей руке, и по кончикам её пальцев пробежало покалывание. Знак или не знак, но, чёрт возьми, она ни за что не вернётся в тот книжный магазин.

Кема была игрой для большинства вещей в жизни, но отношения с богами не входили в их число.

Глава 4

Тот наблюдал за тем, как Кема исчезла, прежде чем повернуться к богу, ухмылявшемуся до ушей.

— Что всё это было? Я никогда не видел твои перья в такой беспорядке, — сказал Сет, садясь за стойку.

Тот испустил длинную череду проклятий, прежде чем рассказать Сету о своём утре. В конце концов, они были почти друзьями.

Когда Тот достиг того места, где Кема выбила шест палатки, бог войны начал смеяться, глубокий, редкий грохот веселья, от которого Тоту захотелось швырнуть что-нибудь тому в голову.

— Кто бы мог подумать, что колдуний делают такими красивыми и находчивыми? — с ухмылкой произнёс Сет.

Тот закатил глаза. Конечно, Сет заметит, как она выглядит, а не сколько неприятностей она причинила. Он будет наслаждаться хаосом, который она вызвала.