Торн
Шрифт:
– Я не особо ее впечатлила. Думаю, она очень спешила запихнуть меня в лифт.
– Это так похоже на Джоан, – Майлз чуть наклонил голову.
– Давно она на вас работает?
– Джоан, так или иначе, работала на мою семью с тех пор, как я был еще ребенком. Она была личным помощником моего отца. А после переехала сюда – вроде как на пенсию – и я уговорил ее помочь мне с этим новым бизнесом. Планировалось, что это продлится пару недель, но я не могу убедить ее, что способен дальше со всем справиться сам.
– Должно быть, она вас очень опекает и беспокоится.
– Надеюсь, что так. Не знаю,
Было что-то очень искреннее в его голосе, что немного расположило меня к нему. Он обманул меня – по крайней мере, в том, что умолчал о своем настоящем имени – и он вытащил меня сюда на притворное свидание, только чтобы сменить тему разговора и побеседовать о чем-то другом, может и о работе. Пока что, он не показался парнем, которому девушка может довериться. Хотя, этот проблеск искренности в его голосе пошатнул стены, которые я начала возводить по отношению к нему.
Через минуту к нам подошел официант с большой миской свежего салата с прекрасной итальянской заправкой. Я и раньше пробовала такой, но он каждый раз вызывал новые вкусовые ощущения с первой ложки. Я брала себе огромные порции, умирая от голода после утомительной и напряженной дневной смены в кофейне Уэйкос.
– Ты всю жизнь жила в Уэйко?
Я подняла голову:
– С пяти лет.
– Тебе там нравится?
– Да. Хотя мне не с чем сравнивать.
– Ты когда-нибудь была в Нью-Йорке?
Я покачала головой. Мы с Лизой мечтали когда-нибудь поехать в путешествие. Она хотела поступить в Нью-Йоркский Университет и вести богемный образ жизни, но ее родители не могли платить за обучение, и она поступила в Бэйлор, как и я. Тем не менее, она по-прежнему хотела уехать, а я планировала последовать за ней, как и всегда, когда Лиза что-либо делала.
– Я не особо путешествую.
Он кладет себе немного салата и заправки, пробует и кривится, когда горький вкус уксуса от соуса, касается языка.
– Я вырос в северной части штата Нью-Йорк. Там красиво.
– Наслышана.
– Катскильские горы летом тоже прекрасны.
Не зная, что на это ответить, я также начинаю есть свой салат. Очень вкусно. От первого же кусочка вздыхаю, непроизвольно прикрыв веки на мгновение. Открыв глаза, я замечаю, что он смотрит на меня с выражением, отдаленно напоминающим улыбку.
– Тебе стоит поездить, – говорит он. – Держу пари, тебе бы понравилась Италия.
Это было моей мечтой – когда-нибудь посетить Европу. Лизе казалось, что это звучит слишком хлопотно: вся эта беготня с паспортом. Однако я всегда хотела это сделать. Италия, и Париж, и Испания. На самом деле, у меня был паспорт. Я сделала его год назад в надежде, что смогу найти работу, которая даст мне возможность осуществлять международные поездки. Но это было до того, как я узнала, что сделали мои тетушки, чтобы оплатить мое образование.
Он отодвинул свою тарелку с салатом и откинулся на спинку стула, вновь потягивая вино.
– Мы провели что-то вроде расследования, после получения твоей заявки на работу.
– Правда?
– В основном общедоступные данные: кредитная история, образование, записи о рождении, – кивнул он.
– Зачем?
– На сегодняшний день это обычная практика большинства
Он играет с ножкой бокала. Похоже, вновь занервничал. Я нахожу это отчасти сексуальным, вся эта необходимость в конфиденциальности, но и немного выводящим из равновесия. Я задаюсь вопросом, что именно он хочет у меня попросить. Это что-то незаконное? Иначе, зачем бы он так нервничал?
– Дело в том, что у тебя совершенно не было квалификации для этой работы. Ни малейшей.
– Ну, спасибо.
– Уверен, ты итак об этом знала.
Это правда. Конечно, я знала. Но не собиралась признаваться ему.
– Но ты квалифицирована для кое-чего другого, что мне необходимо, – его взгляд снова устремляется на бокал, а пальцы скользят вверх и вниз по тонкой ножке. – У тебя нет приводов в полицию, никогда не получала талон предупреждения [2] и ты голосуешь за республиканцев. Я не смог бы найти более идеальную кандидатуру, даже если бы разослал список требований в каждый свадебный журнал в мире.
2
Талон о предупреждении – выдается в связи с нарушением правил дорожного движения.
Я не понимаю, о чем он говорит. С одной стороны, это прозвучало, как комплимент моему скучному образу жизни. С другой... при чем тут свадебные журналы?
– У меня есть к тебе предложение.
– О’кей.
Но прежде чем он успел произнести еще хоть слово, появился официант с нашим основным заказом. Аромат был божественным, и все хорошенько сдобрено маслом. У меня потекли слюнки, пока официант расставлял блюда, в отличие от Майлза, который даже не взглянул на тарелки. Он пристально наблюдал за мной с задумчивым выражением лица. Я вежливо поблагодарила официанта, а когда тот ушел, сконцентрировалась на Майлзе на некоторое время.
– Разве ты не голоден?
– Был, но вроде как потерял аппетит.
– Тебе не нравится это блюдо? Уверена, официант мог бы предложить тебе что-нибудь другое.
– Это не из-за еды, – он откашлялся, вновь фокусируя взгляд на мне. Было такое чувство, будто он пытается что-то найти в выражении моего лица, какой-то секрет, который облегчил бы ему задачу, что бы он там не задумал. Но он явно не находил его.
Он подцепил вилкой креветку и откусил хвостик. Похоже, ему понравилось, потому что спустя мгновение он отправил в рот и остальную часть. Однако после этого опустил вилку и стал наблюдать, как я трапезничаю. Это действовало мне на нервы, так что я тоже отложила вилку и встретилась с ним взглядом.
– Полагаю, будет проще просто сделать это одним резким движением, как сорвать пластырь, – произнесла я.
– Наверное, ты права. Думаю, я не нервничал так даже тогда, когда в школе меня вызывали в кабинет директора.
– Уверена, это происходило часто.
– Чаще, чем надеялась моя мама, – он улыбнулся, а от воспоминаний его глаза на секунду подернулись пеленой. Но он снова сосредоточился на мне. – Поэтому, думаю, должен просто произнести это. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.