Тоннель
Шрифт:
– Серёга! Надо на себя брать!
– Ладно, да… давай… – Сергей протёр заспанные глаза и уставился тупым взглядом на панель. Взялся за штурвал и тут же отпустил. Поводил указательным пальцем перед панелью, что-то хотел нажать, но всё не решался. Веки его опускались медленно, не спешили, делали хорошие паузы. Уставившись в монитор перед носом, он начал кивать головой. Веки сомкнулись. Слишком долго…
– Серёга!
– Да, конечно, я тут… – сказал Сергей и посмотрел на Виктора. На лице всё ещё отсутствовала разумная жизнь.
– Возьми себя в руки!
__________ 13. 11. 2021.
– Ага, – скал Сергей и в этот раз указательным пальцем нажал несколько кнопок.
Сергей уже залез на сторону Виктора. Вытянутой рукой он нажимал кнопки, гладил сенсорные экраны, пыхтел и ругался. Виктор даже отодвинулся и отпустил штурвал, чтобы не мешать товарищу. Но только он это сделал, как Сергей повернул к нему голову, как мог, и буркнул, чтобы тот не отпускал этот клятый агрегат. Виктор повиновался. Дрожь от вибрации снова появилась в руках.
Сергей вернулся на своё место, закончил лапать панель. С виду ничего не изменилось, но на некоторых мониторах данные поменялись. Машина продолжала лететь ровно и была готова перейти под ручное управление. Впервые за полтора века человек снова управлял ей. Не те это были руки, что первыми вели её через атмосферу гиганта, к базальтовым рекам и острым иглам скал. В них не было той прежней силы и упрямства. Тогда за штурвалом сидел отчаянный человек, сорвиголова, первопроходец. Сейчас, хоть и крепкие, но не уверенные руки, держали её, готовились заарканить, пуститься в скачку, и хоть это были совсем другие люди, благодаря неисправности, они собирались заставить старушку поработать, как в старые добрые…
Сергей взял штурвал на своей стороне. Скомандовал:
– Так! Держи крепко. Сейчас будем брать! Держим машину, чтобы белая полоска не падала ниже этой чёрточки! Дальше по инструкции.
– Напомни… – сказал Виктор.
– Тянем на себя пока не обосрёмся! А там посмотрим! Поехали!
Сергей тыкнул пальцем в кнопку над головой. Мужчины схватили штурвалы и ощутили всю силу корабля. Громадина упала к ним в руки.
Лица Сергея и Виктора напряглись. Руки до белизны сжали штурвалы. Вибрация прошла по телам. По ушам ударил гвалт звуков. Звяканье, гудение, тарахтение, всё, что и так шумело, начало шуметь и вибрировать ещё сильнее. Один звук, особенно чёткий, словно молоток бил по мозгам: «ДЫД-ДЫН-ДЫН…»
Машина стала замедляться. На всех десяти мониторах белая полоска слабо дребезжала на границе чёрточки. Экран разделял чёрный крест. Белая полоска
По вискам Сергея покатились капли. Лицо покраснело, вены на висках вздулись. Виктор походил на своего напарника, как брат близнец. Казалось, что головы обоих мужчин сейчас лопнут. Виктор со свистом выдыхал воздух. Сергей хранил молчание. Корабль продолжал бить по ушам звуками хаоса, будто оркестр во время настройки инструментов.
Скорость снижалась. Тут в правом боковым окне Сергей краем глаза увидел огромное отверстие. Корабль летел со сверхзвуковой скоростью. Все объекты за бортом, кроме багрового неба с чёрными тучами, сливались в кашу, но отверстие хорошо зацепилось за взгляд Сергея.
– Видел?! – крикнул он.
– Чего?!
– Видел?!
– Держи штурвал мать твою!
– Давай сволочь! – захрипел Сергей, напрягая бицепсы. Виктор последовал его примеру. Сергей отпустил одну руку и нажал над собой несколько кнопок. Виктор почувствовал, как дрожь в штурвале уменьшилась.
– Теперь поднимаем нос к верху! Будем разворачиваться и садиться! Тяни на себя!
Виктор, почувствовавший облегчение, ругнулся про себя за свою поспешность и ухватил штурвал с новой силой. Нос корабля постепенно поднимался вверх. Багрового в окне стало больше.
– Тянем до сорока пяти градусов! Следи за осью! Держи прямо!
Корабль потянул морду к небу. Сергей нажимал кнопки. Периодически хватал штурвал и подтягивал его на себя. Все действия он делал автоматически. Часами он сидел в такой же кабине и повторял последовательность действий думая о чём-то своём, нажимал кнопки машинально, от скуки, но и с определённым умыслом. Таким образом Сергей вырабатывал мышечную память, чтобы в экстренной ситуации действовать рефлекторно, не растрачивать внимание и действовать, как машина, робот. Вот что требовалось от хорошего пилота корабля, когда он берёт управление на себя – стать роботом.
Панель управления мигала лампочками. Мужчины воспринимали это мигание, как верный признак хорошей работы системы – сердцебиение корабля. Воспринимали они эту информация автоматически, без помощи мозговых чипов. ИскИн корабля не работал, и они стали бесполезны. Всё внимание было направленно на экраны мониторов и штурвалы, мерное мигание панели жило своей жизни где-то в другом измерении. Но что-то стало моргать совсем иначе. Виктор и Сергей сосредоточенные каждый на своём, вдруг ощутили явный дискомфорт. Что-то было не так…
Белые строчки прекратили бег.
– Коля? – спросила Маша.
– Почему она остановилась? – сказал мужчина.
– А?.. Что?..
– Ты с нами?!
Маша прицелилась морщиной между бровей в лицо Коли.
– Да… Я здесь. Не знаю…
– Сделай что-нибудь!
– Подождите…
Взгляд кибернетика прошёл через Машу. Столбики с символами менялись. Через половину минуты он заговорил:
– Она подготавливает следующий материал.
– И сколько это займёт времени?
– Не думаю, что много.
– Сколько?
– Не знаю… Я не понимаю, подождите…
Понадобилось ещё минута. Коля вернулся.
– Почему только одна история и такая…
– Коля, что происходит? – сказала Маша.
– Она… Саша, она обрабатывает информацию, готовит вторую часть…
– Продолжение?
– Да.
– Её можно ускорить? – сказал мужчина.
– Нет. Ускорить – значит повредить в нашем случае. Я не понимаю…
– Коля, на сколько то, что мы читаем, достоверно?