Тонкий профиль
Шрифт:
— Вот это да! — даже присвистнул Павел Игнатьевич. — Я знаю приятеля, который в шестьдесят только еще женился, морковина-чепуховина! Так можно пробросаться стариками!
— Вы правы, Павел Игнатьевич, — подхватила Ирина, — жизнь и не пошла по Ослеру. Я не говорю об Америке, даже там уделяется внимание благополучию стариков. Но в нашей стране охрана здоровья людей, в том числе и пожилых, — особо опекаемая государством отрасль здравоохранения.
Потом Ирина заговорила о продолжительности жизни людей труда. Слушали ее с интересом.
— Если жизнь человека построена на строгих гигиенических началах, — говорила Ирина, — когда хорошо организован режим труда, отдыха, питания, исключены табак и алкоголь, если жизнь человека протекает в радостном труде, в здоровой бытовой обстановке, когда соблюдаются моральные и этические нормы, — можно смело утверждать, что она будет длительной.
Ирина передохнула немного перед тем, как перейти к конкретным рекомендациям. Собственно, этого и ждали от нее сегодня члены завкома. Многие вытащили блокноты, приготовились записывать.
— Итак, товарищи, рекомендация первая, — продолжала Ирина. — Необходимо планировать свою работу на каждый день, неделю, месяц и даже год. В этом случае вырабатывается известный автоматизм и достигается наименьшая затрата энергии. Второе — свежий воздух. Не менее полутора часов надо проводить на свежем воздухе, а выходные дни — в парках, в саду, за городом. Третье. Большое значение имеет ходьба. Необходимы для людей среднего и пожилого возраста полуторачасовые ежедневные прогулки. Никакие лекарственные средства не успокаивают так быстро уставший от дневной умственной работы мозг, как вечерние пешие прогулки. Недаром существует народная поговорка: "Пешком ходить — долго жить".
Ее слушали очень внимательно. В чем здесь причина? В необычности темы? Серьезности ее? А может быть, той внутренней иронии — рассказывай, мол, сказки о столетней жизни! — которую никто не решался открыто обнаружить, чтобы не смутить врача? Да, наверное, имели место и то, и другое, и третье. А вообще-то кому не хочется пожить подольше? Ирина привела в конце, может быть, и не очень кстати, замечание Альберта Эйнштейна о том, что жизнь — это возбуждающее и великолепное зрелище, которое никогда не может надоесть.
Да, тема многих взяла за живое. Это почувствовалось даже тогда, когда после сообщения врача обратились к другим вопросам, в частности, к делам старого и нового цехов печной сварки труб, в которых все-таки до сих пор, как сказал Крючков, проблема высоких температур не снята с повестки дня.
— Мы теперь, товарищи, обязательно добьемся изменений! — заявил Крючков.
Это "теперь" прозвучало немного наивно. Но решительный энтузиазм нового председателя, подогретый сообщением Ирины, отвечал, видно, общему настроению присутствующих.
— И на пилу поставим новый кожух, чтобы она по искрила, — горячо продолжал Крючков. — А еще, товарищи, есть такой проект — газорезка вместо шумной пилы. Тише станет,
Эти технические подробности Ирина слушала вполуха. Правда, ее заинтересовал проект новой комнаты отдыха, о котором вспомнил Крючков, а затем и Гречкин-старший, но все же не сами, хотя и показательные, частности занимали ее сейчас — те общие наблюдения, которые позволило ей сделать заседание завкома. Крутой поворот делался для улучшения быта рабочего человека. Теперь уже можно всерьез ставить проблему долголетия рабочего человека как награду за разумно и хорошо прожитую жизнь.
Ирина любила свою науку. Как врач и просто как человек она желала ближним и неближним, всем хорошим людям длительного добра и счастья. Она подумала об отце. Да, его упрекают в том, что в свое время он был не слишком озабочен проблемами улучшения условий труда и быта рабочих. В какой мере справедливы эти упреки, судить трудно.
Что же касается ее личного мнения, то Ирина уверена: отец никогда не был злым или бессердечным человеком. Просто, наверное, все время и силы поглощали узкотехнические проблемы. И трубы, трубы прежде всего!
Увы! Это беда не только его. В какой-то мере поветрие целой эпохи. А точнее говоря, вынужденная необходимость суровых предвоенных, военных, первых послевоенных лет.
Но меняется время и вместе с ним общественное сознание. Неумолимо приходит пора новых оценок наших поступков и стремлений.
Закономерность
По воскресеньям, не изменяя долголетней привычке вставать рано, Чудновский слушал музыкальную передачу для тружеников села — "Сельское утро", а затем краткий обзор центральных газет.
Слушал, а думал о своем. Это были минуты психологической настройки, своего рода нравственная зарядка перед воскресеньем. В обычные рабочие дни на такой самокритичный душевный массаж у него просто не хватало времени.
Обычно он продолжал думать о своих делах и на улице. Чудновский взял себе за правило в выходной день больше гулять, дышать свежим воздухом.
Недавно один из зарубежных гостей на заводе рассказывал ему, что в Японии считают обязательной для человека ежедневную прогулку в шесть километров. Не меньше. Что ж, это правильно! Но многие ли из его заводских знакомых следуют такому правилу?
По местному радио уже передавали "Дневник зрителя". Куда пойти днем в Челябинске? К сожалению, выбор пока невелик. В кино? В городе идут три фильма, и программа кинотеатров меняется лишь по понедельникам. Считается, что в воскресенье зритель, которому деваться некуда, пойдет и на старый фильм.
Что еще? Открыта зоовыставка. Диктор сообщил: "Демонстрируется удав из Индии". Вот уже десять дней Чудновский слышит про этого удава. Пойти, что ли, посмотреть?.. Нет, уж лучше просто погулять, посидеть для начала в скверике, а там что-нибудь придет в голову.