Тонкая грань
Шрифт:
– Реви, Забимару! – провозгласил Ренджи, переводя занпакто в шикай.
Взмахнув мечом, тем самым, разделяя его на звенья, Абарай направил их в предполагаемое место нахождения противника и не прогадал. Вот только все пошло несколько не так, как рассчитывал парень. Он-то собирался отрезать тому путь к отступлению, буквально окружив своим духовным мечом. Но мужчина не дал свершиться задуманному, снова опутав занпакто Абарая своим кнутом. Хмыкнув, Ренджи дернул меч на себя, снова собирая звенья воедино, и на этот раз удача была на его стороне. Несмотря на то, что противник в последний миг все же просек,
Йоко старательно выжидала нужный момент. Шунко она контролировала откровенно паршиво, рискуя в любой момент разнести все вокруг, в том числе и себя, поэтому права на ошибку у нее не было. И как раз в тот момент, когда все внимание врага сосредоточилось на Момо, а его оружие было подавлено духовным мечом Ренджи, Накамура вступила в бой, напав сверху.
Не тут-то было. Несмотря на то, что мужчина отвлекся на атаку Момо, он все равно успевал следить за всеми своими противниками. Поэтому, когда Йоко оказалась близко, он просто деактивировал свой кнут и отскочил в сторону. Удар вышел знатным, так что склад просто разлетелся на части, а девушка стояла посреди этого бедлама, тяжело дыша и сверля его тяжелым взглядом.
– От шинигами столько проблем, – притворно посетовал их оппонент, а потом перевел взгляд на свою змею, которая все это время так и лежала у него на плечах. – Ты закончила подготовку, Фридо?
Глаза змеи сверкнули красным светом, от которого по спинам друзей побежали мурашки, и тут же началось вообще черте что. Все выбоины, которые кнут оставил на покрытии крыши и которые сейчас красовались на ее обломках, внезапно превратились в змей, незамедлительно бросившись в атаку. Но, как оказалось, это было лишь началом. Все продолговатые предметы, такие как свернутый моток провода, старый шланг, валяющийся на земле, и даже пояса, которыми были подпоясаны друзья и которые удерживали занпакто – все это стало превращаться в змей, и вскоре их стало так много, что они окружили ребят плотным широким кольцом.
– Что за черт? – спросил Изуру, рассматривая пресмыкающихся.
– Похоже, это его способность, – заметила Йоко и без того очевидный факт, а потом вздохнула. – Но это же просто смешно.
– Да какая разница, – огрызнулся Ренджи. – Хватит болтать.
Повторять дважды не пришлось, и друзья, выхватив мечи, ринулись на змей, не оставляя им ни малейшего шанса. Нет, ну правда. Как змеи могли навредить тем, кто постоянно двигается в сюмпо и махает мечом направо и налево?
– Думаете, все? – усмехнулся мужчина, который все это время стоял в сторонке и наблюдал, как ребята уничтожают дело его рук.
Сразу же после этих слов на место убитых змей, которые, разумеется, были никакими не змеями, а своеобразными иллюзиями, состоящими из духовных частиц, пришла новая партия, ничуть не уступающая по количеству предыдущей. К удивлению друзей, новые змеи оказались более непробиваемыми, чем те, которых они только что прибили. Шкуры были на порядок прочнее, хотя это и стоило змеям скорости.
– Хадо №63! Райхоку! – произнесла Хинамори, накрывая всю площадь, заполоненную змеями,
Но мужчина от этого, кажется, только еще больше обрадовался. Усмехнувшись, он кивнул своей змее, и после очередного сверкания ее глаз на друзей ринулась новая партия гадов.
– Мы можем так играться всю ночь, – буквально пропел чей-то женский голос. – Пока вы не помрете от усталости. – Только спустя несколько секунд друзья поняли, что это сказала змея, покоящаяся на плечах баунто.
– Обалдеть, – хмыкнул Изуру. – Оно еще и разговаривает.
Сконцентрировавшись, он подскочил вверх и накрыл площадь еще одним Райхоку, вот только на этот раз это не принесло желаемого эффекта. Змеи немного обгорели, но помирать не собирались.
– Знаете, я не хочу усугублять ситуацию, – заметила Хинамори, разрубая напополам одну из змей, – но если так пойдет дальше, нас и правда возьмут измором.
– Бессмысленно убивать этих змей, – произнесла Йоко, со всей дури ударяя по земле и размазывая клубок гадов в лепешку. – Надо что-то сделать с той, что у него, пока он не придумал чего получше. Возможно, мой меч сможет, если не уничтожить, то хотя бы нейтрализовать ее силу.
– Значит, надо пробиваться к нему, – констатировал Абарай, разрывая сразу несколько змей голыми руками.
– Тогда решено, – хмыкнул Изуру, выразительно смотря на друзей.
План был до смешного прост. Пока ребята находятся в воздухе, уплотняя под ногами духовные частицы, змеи не смогут до них добраться, а там можно уничтожать их сверху при помощи Кидо или занпакто Ренджи. Не могут же они, в самом деле, терпеть такие удары бесконечно. Решено – сделано. Райхоку полетели одно за другим, Абарай тоже даром времени не терял, атакуя при помощи Забимару с дистанции.
– Очаруй врага сладким голосом, Камиюмэ, – высвободила шикай и Йоко, летя в лобовую атаку на противника. Расчет был прост. Его кнут, скорее всего, является хвостом этой змеи-куклы. И если он вздумает блокировать ее удар, то занпакто сработает и усыпит ее.
Но баунто отказался принимать удар, отскочив назад, исполнив при этом в воздухе удивительный пируэт, никак не ассоциирующийся с человеком его сложения.
– Пронзи, Шинсо!
Раздавшийся откуда-то сверху голос Гина стал полной неожиданностью для всех участников этого затянувшегося боя. Удлинившееся лезвие его занпакто угодило в то место, где стоял мужчина, почти моментально, и только удивительная реакция спасла его от верной смерти. И если на ребят он смотрел с откровенной насмешкой, то при виде стоящего на крыше соседнего здания Ичимару улыбка как-то неуловимо погасла.
– Думается, на сегодня хватит, – произнес баунто, обращаясь к своей змее.
– Согласна, – своим странным певучим шипением отозвалась та.
– Тогда я, пожалуй, откланяюсь, – сказал тот и исчез, словно в сюмпо.
– А ну стой! – рявкнул Ренджи, вмиг освободившийся от многочисленных змей, до этого покрывающих землю. С исчезновением создателя все призванные им иллюзии вмиг растаяли.
– Расслабься, Абарай-кун, – остановил его Гин.
– Мы теперь в жизни не найдем баунто снова, – парень буквально трясся от негодования, как от того, что бой можно было смело считать проигранным, так и от спокойного тона лейтенанта.