Тонкая грань
Шрифт:
«А можно в кои-то веки позволить себе расслабиться и полежать где-нибудь на дереве, где тебя никто не найдет», – как-то ностальгически произнес внутренний голос, определенно скучающий по размеренной жизни в Руконгае.
– Ну уж нет, успеется еще, – решительно покачала головой Йоко и, к своему удивлению пошла не в зал, а в парк. – Э-э-э… – Она была так ошарашена столь явным расхождением решения и дела, что даже не попыталась этого исправить. Видимо, организм, устав от постоянных нагрузок, сам по себе перешел в «режим сохранения энергии» и решил устроить себе отдых.
И лишь оказавшись одна среди зелени, Йоко поняла, как ей этого в последнее время не хватало.
– Папа, мама, я пойду. До свидания, – голос молодого человека отвлек Йоко от созерцания цветов, и она уже в который раз сделала себе втык, что надо что-то делать с этими выпадениями из реальности. И тут он перевел на нее взгляд. – Ты идешь, Накамура-кун?
– А? – на более осмысленный ответ Йоко не хватило, но это не помешало ей взять себя в руки и подняться с земли. – Прости, я не хотела тебе мешать.
– Ты не мешала, – спокойно отозвался он. – Я все равно не собирался задерживаться здесь. Так ты идешь?
– А мы… знакомы? – медленно спросила девушка, все еще тщетно пытаясь выудить из памяти его лицо.
– Чего и следовало ожидать, – усмехнулся парень, кажется, ничуть не обидевшись ее незнанию. – Мы ведь учимся в одной группе. Меня зовут Изуру. Кира Изуру.
Наконец, Йоко вспомнила и в корне устыдилась собственной забывчивости. Это же надо настолько уйти с головой в проклятые тренировки, чтобы забыть имена и лица своих одногруппников. Впрочем, она ни с кем особо и не общалась. Несмотря на изначальное желание найти себе в Академии друзей, времени на это не было. Из всей группы она каждый день общалась только с Хинамори и иногда с Ренджи, который, как и ожидалось, тоже большую часть свободного времени посвящал тренировкам кендо, и им с Йоко уже не раз доводилось скрещивать боккэны.
– Прости, – извинилась девушка. – Я так замоталась с этой учебой, что просто ничего не соображаю.
– Кто из нас нынче не замотался… – рассудительно заметил Кира. – Но давай поспешим назад, а то, чего доброго, опоздаем.
Пожалуй, он был прав – от парка до Академии было достаточно далеко. Йоко просто не представляла, каким образом ей удалось уйти в такую даль, когда она просто хотела проветриться. Это, вообще-то, можно было сделать и в парке при Академии, но взять и уйти чуть ли не за дюжину кварталов… Что-то в последнее время она стала слишком рассеянной. Небось, Момо уже
Как и следовало ожидать, по дороге они незаметно для себя разговорились о всяких глупостях, словно сто лет друг дружку знали. Йоко рассказывала забавные истории из тех времен, когда она еще гнула спину на клумбах в Руконгае. Казалось, что с того момента, как она пришла в Сейрейтей, минуло уже несколько лет, хотя еще не прошло и года. К слову сказать, свое руконгайское происхождение она ни от кого не скрывала. Хотя уроженцы Сейрейтея в большинстве своем были настроены к выходцам из Руконгая довольно скептически и даже пренебрежительно, девушка ценой невероятных усилий на тренировках добилась того, что разговоры и неуважительный смех за ее спиной прекратились. Как однажды выяснилось, в этом она была очень похожа на Абарая Ренджи, который тоже раньше жил в Руконгае, аж в семьдесят восьмом районе. Кира на ее заявление о былой жизни в бедном районе Общества душ вообще никак не отреагировал, а только с легкой улыбкой внимал ее бесконечному трепу.
– Слышал, до поступления в Академию тебя тренировал Лейтенант Ичимару, – заметил он, когда девушка замолчала, чтобы перевести дух. – Повезло тебе. Неудивительно, что у тебя такие успехи в кендо.
И не было в его словах ни капли зависти или издевки, лишь искренняя радость чужим успехам – качество редкое не только для шинигами, но и вообще для людей, как таковых.
«Не знала, что об этом всем известно, – про себя хмыкнула Йоко. – Интересно, откуда? Момо растрепать не могла, не тот характер. Тогда откуда?»
За этими размышлениями в памяти Йоко невольно всплыло лицо Гина с его извечной хищной улыбочкой, от которой так и веяло опасностью и неприятностями. Неожиданно для себя девушка поняла, что даже отчасти скучает по нему, по тем порциям яда, которые он регулярно выливал на ее голову, и по спаррингам, в которых он гонял ее до пены у рта. Как бы ни был хорош в кендо Абарай, он все равно не мог сравниться с Ичимару, тут и думать было нечего.
– Скучаешь по нему, – Изуру не спрашивал, а утверждал, заставив Йоко удивленно вытаращить на него глаза.
– Э-э-э… – девушка была совершенно выбита из колеи, не понимая, каким образом он определил, что у нее на уме. Она была совершенно уверена, что не издавала никаких ностальгических вздохов и сохраняла беспристрастное выражение лица. Тогда как он узнал?
– Ты замолчала, – наконец, сжалившись над ней, пояснил Кира. – До этого ты все время говорила, а тут замолчала.
– Я не скучаю, – недовольно почесала голову Йоко, взъерошив свою шевелюру. Изуру ничего не ответил, вместо этого одарив ее таким взглядом, что она сдалась без боя. – Если только немного… По нему, по капитану Айзену и вообще по Пятому Отряду.
– Собираешься после Академии в Пятый Отряд? – поинтересовался он. – Под его командование?
– Ну, мне кажется, что это неплохо, – пожала плечами Накамура.
– Действительно, – согласился Кира. – Если честно, Накамура-кун, сперва мне казалось, что ты собираешься пойти в Одиннадцатый Отряд, раз ты так любишь кендо. – Он как-то загадочно улыбнулся и добавил. – Но ведь ты ненавидишь сражения, верно?
То ли ему доставляло удовольствие лицезреть удивленно распахнутые глаза Йоко, то ли ее изумление не было изначальной его целью, а просто так выходило, но это удивительное легкое чтение ее, как открытой книги, просто выбивало почву из-под ног.