Том Верное Сердце

Бэк Ян

— Вообще-то иногда было весело…

— Конечно, Том, — согласился ворон Хохоток.

— А ты надолго улетишь? — спросил Том.

— Честное слово, не знаю.

— Но мы же еще увидимся?

— Надеюсь, Том, надеюсь, — ответил ворон.

— Только… только… — Том осекся и глотнул холодного воздуха.

— Только — что? — спросил ворон.

— Только… только… — Том замялся. — Только я очень не хочу весной изображать этого дурацкого пажа на свадьбах

братьев!

— Посмотрим, что тут можно сделать, — ответил ворон и вспорхнул на ветку.

Том подобрал горсть снега и скатал небольшой плотненький снежок.

— Знаешь, Том, если ты хочешь попасть в меня, одной отваги недостаточно, — заметил ворон.

Том засмеялся и бросил снежок. Он промазал, и ворон с веселым «кар!» взлетел в воздух, сделал пару кругов у Тома над головой и крикнул:

— Тогда до весны, Том, до новых приключений! До свидания!

— До свидания, ворон! — крикнул ему Том и помахал вслед птице, исчезнувшей в пасмурном небе.

— Скорее, Том, не копайся! — крикнула мама, которая отошла по тропе уже довольно далеко. — Мне было бы сейчас очень кстати как следует посидеть у огонька, и чтобы ты рассказал мне свою сказку!

Том побежал ее догонять. Обернувшись, ворон увидел край зимнего плаща, мелькавшего среди деревьев.

* * *

Дома Тому устроили королевское угощение. Съели даже весь пудинг из тапиоки, который приготовил Джексон, хотя Том сгоряча и сказал, что этот пудинг похож на лягушачью икру.

Наконец мама сходила наверх и принесла Тому длинный сверток, упакованный в мешковину, перевязанный бечевкой и украшенный бантиками из нежнейших эльфийских ленточек. Это был подарок на день рождения. Со всеми приключениями и треволнениями Том и забыл, что ему полагается подарок.

— Держи, Том, с днем рождения. Обращайся с ним осторожно и всегда будь начеку, сынок, — сказала мама.

Том развернул мешковину. Это было именно то, о чем он мечтал: настоящий меч.

— Ух ты! — сказал он, и глаза у него засияли. — Спасибо, мама!

— Том, не забывай, что это подарок и от всех твоих братьев, и, конечно, от нашего бедного папы, — напомнил Джек.

— Будь он здесь, он гордился бы тобой, — сказала мама и украдкой всхлипнула.

Том медленно вытащил меч из ножен. Клинок был новенький и сверкал, словно ртуть. Том потрогал лезвие — оно было очень острое. Том отсалютовал мечом, а потом сделал выпад в сторону собственного отражения в стеклянной дверце шкафа. Клинок легонько коснулся стекла и загудел, будто колокол.

— Осторожней, Том! Это не игрушка! — встревожилась

мама.

— Не беспокойся, мама, — ответил Том.

Он убрал меч в ножны и пристегнул их к поясу. И, постояв немного посреди кухни, полной родных лиц, произнес:

— Я всем докажу, на что способен, дайте только срок. Я найду нашего папу, целого и невредимого, правда, мама, найду.

* * *

Ворон Хохоток, как и было условлено, сел на ветку невдалеке от некоего старого дуба. Он прислушался к звукам сумеречного леса. Ухали совы, скрипели заснеженные сучья. Ждать пришлось недолго. Вскоре Хохоток услышал легкие эльфийские шаги. И точно — по тропе к нему спешил дальний родственник, старый Цицерон Браунфилд собственной персоной. По спине у ворона пробежали мурашки, и он вернулся в прежнее обличье. Хохоток вышел из-за дерева, потянулся, пошевелил пальцами. Конечно, снова стать самим собой было приятно, хотя и немного непривычно.

— Вот и ты, — сказал Цицерон. — Интересно, каково живется воронам? Обязательно расскажи мне об этом поподробней за бутылочкой доброго эльфийского эля у костерка. Думаю, мы можем друг друга поздравить: дело сделано превосходно. Отличная работа, особенно во всем, что касается тебя, юный Хохоток. — И он похлопал Хохотка по плечу. — Идем, нам пора. Скоро нужно будет доставлять новые письма с инструкциями и устраивать новые приключения.

Эльфы зашагали по лесу, ступая легко, словно тени, и растворились в предзакатной мгле. Остались только деревья, зябко подрагивающие в белых зимних одеяниях.

* * *

Далеко на севере, за темными лесами, за широкими лугами и за круглыми холмами, в укромном уголке Страны Сказок, было темно и пусто. Выли волки, бушевала пурга. Кругом был только лед, снег и мороз. Дни стали совсем короткие, света почти не осталось. Уже темнело, когда дырявый воздушный шар с глубокой ивовой корзиной врезался в мягкий сугроб. Несколько секунд спустя из корзины выбралась нелепая дрожащая фигура в черной хламиде — и стояла теперь по колено в снегу, изнемогая от жажды мести.

Благодарности

Я искренне признателен Лиз Кросс, Ларе Деннис, Дэвиду Фиклингу, Хилари Деламере, Джульет Тревеллард и всей моей семье за бесценные советы, неизменную поддержку и, главное, терпение.

Книга посвящается памяти Глин Бойд Харт и Джонатану Джили, моим любимым друзьям и коллегам.