Том II: Отряд

Джентл Мэри

— Выдайте женщину, — рявкнул легионер. — Не путайте лорда Фридриха с Леофриком. Леофрик слаб и вздумал заключить мир, когда победа была уже в наших руках. Милорд Фридрих, став калифом, решительно пойдет по пути, предначертанному предательски убитым Гелимером. Милорд Фридрих казнит эту женщину, Флору, называющую себя герцогиней Бургундии, чтобы сделать нашу победу окончательной.

Ансельм с почтительным ужасом прогудел:

— Каков сукин сын!

Розоватый туман на востоке посветлел — солнце поднималось. Блестел свежий снег. Дыхание выплывало из губ белыми облачками. Аш прикинула позиции: Баязет теперь слева от нее, Синий Вепрь де Вира

справа. Она прищурилась, вглядываясь через пятьсот ярдов, отделявших ее от отряда Фридриха.

— Король-калиф Фридрих, — повторила она. — Да, если он убьет герцогиню, обернув дело поражением Бургундии, визиготы признают его великим героем империи, вполне может быть, и калифом. Да еще он отхватит солидный кус Бургундии. Большая часть достанется Луи Французскому, но и Фридрих в обиде не останется. А к тому времени как турки полезут через границу — его границу, — он уже подчинит себе войска да еще использует силы визиготов, и бояться ему нечего: погонит их как овец. Император Священной Римской империи и король-калиф. А всего-то и надо для этого — прикончить герцогиню Бургундии.

— Не могу поверить… — Флориан снова закашлялась, утерла слезящиеся глаза. Нос у нее заметно покраснел, и Аш на долю секунды захлестнула нежность к своему простуженному лекарю-герцогине. — Мелкие политические интриги! Фридрих не может не знать, что задумали Дикие Машины!

Аш пожала плечами:

— Очевидно, он в них не верит.

— Ты разбила визиготские легионы! Не может все сорваться из-за какой-то засады!

— Нет таких героев, которым не грозит глупая смерть в мелкой заварушке после окончания настоящей войны, — мрачно возразила Аш и добавила на солдатском жаргоне для Роберта Ансельма: — Прорвемся. Вы с милордом Оксфордом и Баязетом берите Флориан и уносите ноги. Доберетесь до Дижона — вышлете подмогу.

— Когда разберемся, кто теперь в Дижоне командует, — угрюмо поправил ее Джон де Вир и повернулся в седле, чтобы отдать распоряжения янычарам.

Аш, прикрывая его, дала шенкеля кобыле и выехала вперед, ближе к герольду:

— Возвращайтесь и передайте Фридриху, что он — лающий пес. Герцогиня под нашей защитой, а он может валить на все четыре стороны.

Визигот вскинул и резко опустил руку. Раздалось резкое гудение луков. Аш машинально пригнулась. Стрелы засвистели в гуще всадников. Герольд пришпорил коня и галопом ускакал к своему отряду.

Янычары, не раздумывая, бросились в атаку. Копыта пяти сотен коней взметнули вверх грязь, перемешанную с камнями и снегом. Брызги талой жижи застучали по шлему Аш. Она приподняла свой салад, вытерла лицо и выкрикнула: «Стройся!» Ансельму. Конные стрелки янычар натянули луки и выпустили стрелы на скаку, в то же время перестраиваясь так, что знамя Синего Вепря с Флориан дель Гиз оказались в самой середине их отряда.

«До нее им не добраться», — подумала Аш, видя, как атакующая колонна превращается в столпотворение: крики раненых лошадей, падающие люди и сбитые знамена.

Сквозь этот хаос она увидела, как расступились ряды стоящих против них воинов.

По истоптанному снегу и напрямик по сугробам зашагали вперед фигуры выше человеческого роста. Их движение казалось неторопливым, но они приближались с пугающей быстротой. Каменные подошвы уходили так глубоко в землю, что невозможно было представить их поскользнувшимися или упавшими. Красноватые лучи солнца блестели

на их телах и в слепых глазницах.

Вот один протянул руку и снял человека с коня. Держа извивающегося турка за лодыжку, одной каменной рукой поднял и хлестнул его телом, как бичом.

Не менее двадцати карфагенских големов-гонцов надвигались тяжелой поступью, протянув вперед руки.

Аш заставила кобылу попятиться, взметнув грязные брызги, увидела рядом с собой Рикарда со знаменем. Сжалась всем телом, ожидая струи греческого огня.

Один из големов, с блестевшей за плечами медной цистерной, хлестнул ревущим пламенем в гущу атакующих. Строй турок рассыпался

«Всего один; греческий огонь у них кончается; — откуда взялись големы?»

Масса всадников пронеслась мимо нее, моментально скрыв из вида големов. Снова послышался кашляющий рев огня, закричали кони. Ее эскорт расступился, пропустив к Аш Баязета, дюжину турецких всадников и Джона де Вира, сжимавшего в латной перчатке поводья коня Флоры.

— Они прорвались, женщина-бей!

— Роберт! Рапорты разведки! Есть дыра, где можно отсидеться, пока гонец приведет помощь?

Ансельм указал рукой:

— Постройки на краю леса справа по склону. Разрушены, но можно укрыться.

— Флориан, тебе туда. Не спорить! — Аш выбросила себя из седла, с перепуганной кобылы, приземлившись не слишком удачно, но все же на ноги. Выхватила меч и указала, крича знаменосцу Лазоревого Льва: — Отступаем обратно к лесу!

Примчался Виттелеши. Алебардщики выстраивались за его спиной. Стрелы звенели о плоские шлемы. Кто-то с кряхтением нагнулся, чтобы обломить древко засевшей в икре стрелы. Рикард потянулся к поводу ее кобылы, знамя мешало ему. Аш сыпала короткими приказами, командиры копий кричали своим людям, они медленно-медленно пятились к лесу, отбивая германцев, прикрываясь строем алебард, отплевываясь визжащими болтами арбалетчиков Жан-Жака Кловетта.

— Хорошо, тесни их, не спешить… Пошли!

Она не сознавала ничего, кроме налившихся усталостью ног и необходимости бежать — быстро, в полной броне, по снегу, через заваленный обломками стволов и сучьями лес. Комья липли к подошвам, невидимые кроличьи норы грозили вывихом лодыжек.

Впереди нее неровным сбивчивым шагом бежали Флориан и два прикрывавших ее англичанина. Аш уже различала в просвете деревьев разрушенные серые стены. Рык Ансельма выстроил бегущих в неровную цепь, которая должна была одним концом зацепить пустую скорлупу стен. Аш рванула на другой конец цепи, к груде обгорелых мощных стволов, своим телом оттесняя людей к укрытию. Знамя все время держалось у нее за плечом. Рикард нес его — бледный, задыхающийся; а маленький паж Жан вел лошадей… Она остановилась с разлета, когда на склоне появились и стали наступать на цепь красные гранитные големы.

«Прорвут цепь, обойдут или зайдут в тыл через лес…»

— Аш! — кричал ей в ухо Рикард, отпихнувший Неда Моулета и Генри ван Вейена. — Аш!

— Что такое? — Она крикнула гонцу: — Скажите де Виру — арбалеты! Если броню пробивают, то и камень расколют! Рикард, что?

— Флориан!

Аш с усилием оторвала взгляд от схватки: от колеблющейся цепи, пятившейся вверх по откосу. Штандарт Лазоревого Льва развевался в середине линии — яркий ласточкин хвост. Питер Тирелль вставил древко в кожаную петлю пояса. Перед проломом каменной стены («Церковь», — решила Аш, заметив круглые арки оконных проемов) сгрудилась горстка людей. Ричард Фавершэм, Виттелеши, Джованни Петро.