Том II: Отряд
Шрифт:
— Ну так не поднимай его! — в раздражении Флора не выбирала слов, жестикулировала. — Брось, Аш. Оставь рыцарские манеры. Пусть знамя останется скатанным. Можешь свалить, когда мы все-таки выберемся из Дижона! Но не говори мне, что ты намерена пойти туда и поговорить с ней!
— Да у меня уйма причин, по которым мне надо поговорить с командиром визиготской армии, — Аш обтерла грязные руки одну об другую, вытащила заткнутые за пояс все еще мокрые перчатки и надела их, хоть ощущение было неприятным. — Мы — наемники. От меня ждут такого поступка. Я должна искать более выгодной сделки. Может, она захочет
Флора пришла в ужас.
— Ничего себе шуточка! После Базеля? После Карфагена? Как только они увидят твое лицо, тебя сразу на корабль — и назад, на ту сторону Средиземного! И вздернут за побег! И уж тогда Леофрик поковыряется в твоих останках!
Аш потянулась, ощущая боль в мышцах после ночной вылазки; наблюдала, как лагерь укладывается.
— Я от кого угодно приму помощь, хоть и от визиготов, мне бы отряд вывести отсюда, пока не начнется то, что Дикие Машины уготовили для Бургундии.
— Нет, ты точно спятила, — категорично заявила Флора.
— Нет. Вовсе нет. И я представляю, какого приема мне ждать. Но, как ты сказала, нельзя же вечно скрываться.
Грязное лицо Флоры насупилось.
— Более сумасшедшей идеи я от тебя еще не слышала. Зачем тебе соваться туда, где тебе грозит такая опасность!
— Даже если мы благополучно войдем в Дижон, все же это только попытка спрятаться. Временная, — Аш помолчала. — Флориан, подумай, — ведь на всей Божьей земле только она слышит каменного голема.
Аш в наступившей тишине заглянула в лицо Флоры.
— Ну и что?
— Как что… Мне надо знать — слышит ли и она Дикие Машины? — Аш подняла руки кверху. — Или их голоса звучат только в моей голове. Мне надо знать, Флориан. Вы все видели гробницы калифов. Вы все мне поверили. Но только она одна на всей Божьей земле знает. Кто еще слышал то же, что и я!
— А если она не слышала?
Аш пожала плечами.
Помолчав, хирург спросила:
— А… если слышала?
Аш снова пожала плечами.
— Думаешь, она об этом знает что-то, неизвестное тебе?
— Она, видишь ли, настоящая. А я — ошибка эксперимента. Кто знает, в чем ее отличие от меня? — Аш сама услышала, с какой горечью она это сказала. Она вскинула серебристую бровь и усмехнулась: — И только одна она может убедить меня, что я не спятила.
Флора сардонически проворчала:
— Да ты всегда была чокнутой!
Реакция Флоры была знакомой, знакомо было и ее неохотное, но не высказанное словами согласие. Аш непроизвольно заулыбалась высокой грязной женщине:
— Ты доктор, тебе и знать!
И рывком повернула голову на резкий звук — шпок! Увидела Рикарда с его рогаткой; кора на дереве в тридцати ярдах от них была ободрана, обнажилась белая древесина. Это он сделал тренировочный выстрел:
— Если ты себя обнаружишь, не только Фарис будет знать, где тебя искать. И Карфаген, и король-калиф, и Природные Железные Машины, — заметила Флора.
— Знаю, — согласилась Аш. — Но мне это надо сделать. Как всегда, говорит Роберт — ошибаться-то я могу. Но кому я нужна, если я не в здравом уме?
В тот же день в сумерках — они наступили рано, потемнело холодное безоблачное небо; под
— Луна в первой четверти взойдет после вечерни note 11 . Тогда и отправимся, после мессы. Если будут сообщения от Ансельма, их немедленно ко мне. Если соберутся облака, позовите меня. Но сначала я посплю часа два!
Когда она вошла в палатку, там воняла и мигала последняя сальная свеча, извлеченная со дна тюка. Рикард встал, в руках у него была книга.
Note11
9 часов вечера
— Почитать тебе, командир?
У нее осталось две книги, и они находились в тюке Рикарда: Вегеций и Кристина Пизанская. note 12 Аш добрела до ящика, служившего постелью, и рухнула на холодный соломенный тюфяк и козлиные шкуры.
— Давай. Почитай мне из книги Пизанской об осаде.
Черноволосый юноша, что-то еле слышно бормоча, отыскивал по оглавлению нужную главу, поднеся книгу близко к тусклому источнику света. В воздухе клубился белый пар его дыхания. На нем было надето все его имущество: две рубахи, две пары рейтуз, камзол, стеганый камзол, и поверх всего — ободранный подпоясанный плащ. Из-под края капюшона торчал красный нос.
Note12
Дочь врача-астролога, овдовев, с тремя маленькими детьми, Кристина Пизанская зарабатывала на жизнь как профессиональная писательница. Кроме многих других трудов, она создала «Книгу искусства владения оружием и рыцарского духа» (начала в 1409 г.), «Ревизию Вегеция» и «Практическое пособие по ведению войны», имевшее широкое применение при полевых действиях великими капитанами ее времени. Ссылка во «Фраксинусе», скорее всего, относится именно к этой книге.
Аш перекатилась на спину на своем убогом ложе. В палатке был сквозняк — как бы плотно ни зашнуровывали полог, с улицы все равно просачивался влажный студеный воздух. «Спасибо, нам еще не приходилось есть мулов…»
— Командир, мне читать?
— Да, читай, читай, — но он не успел открыть рта, как Аш добавила: — Луна только прошла первую четверть; конечно, от нее есть хоть какой-то свет, но местность тут весьма неровная.
— Командир…
— Извини, больше не буду, читай.
Но через минуту снова заговорила; он прочел еще только несколько фраз, но о чем — она не могла бы сказать.
— Из Дижона пока ничего?
— Не знаю, командир. Нет. Кто-нибудь придет и скажет.
Она уставилась неподвижным взглядом на крепления палатки. Холод обжигал пальцы ног, сквозь сапоги и рейтузы с чулками. Она перекатилась на бок, свернулась клубком.
— Через два часа наденешь на меня доспех. Что люди говорят о Дижоне?
У Рикарда заблестели глаза.
— Просто здорово! Копьеносцы Питера Тиррела закрашивают лица черным. Они заключили пари, что просочатся в город раньше итальянских пушкарей, потому что будут тащить фальконеты Мадам Пушкаря…