Том II: Отряд
Шрифт:
— Штурм начался? — Аш уже шарила глазами вокруг. — Рикард, мой меч! Откуда на этот раз?
Рослый фламандец, раскрасневшийся под плоским шлемом-шляпой, покачал головой:
— У северо-восточных ворот, босс. Не знаю, что там. Может, и не атака. Кто-то подходит.
— С той стороны?
— Да.
— Черти траханые!
Рикард подбежал из глубины кузницы, с перевязью и мечом через плечо и с курткой Аш в руках. В следующие несколько секунд Аш чуть не взбесилась, пытаясь отвечать одновременно на вопросы командиров копий, толпой вбежавших следом за Кампииом, и на вопросы Ансельма
— Заткнитесь!
Воцарилась тишина, только потрескивали угольки в горне.
— Удвоить посты на стенах, — быстро распорядилась Аш. — Возможна вылазка. Роберто, возьмешь двадцать человек, и за мной, к северо-восточным воротам; Флориан…
Герцогиня выхватила из рук Бальдины свой мешочек с травами:
— Я с тобой.
— И не думай! Чертовы визиготы только и мечтают о возможности подстрелить бургундскую герцогиню. Тебя проводят во дворец.
— Я что, неясно выразилась? — пробормотала Флора дель Гиз и ухмыльнулась, взглянув на Аш. — Ты сама не устаешь напоминать, что дух войск — важнее всего. Герцогине подобает смело стоять на крепостной стене.
— Ты не герцогиня, а… черт, времени нет! Рикард высоко поднял форменную куртку, держа ее за плечи. Аш сжала в кулаки руки в латных перчатках и поднырнула снизу, стараясь попасть кулаками в широкие проймы рукавов. Пару секунд она задыхаясь, путалась в складках материи и наконец пробилась наружу, вынырнув из ворота. Рикард опоясал ее мечом, подтянул пряжку, и Аш, развернув пояс так, чтобы рука удобно ложилась на рукоять, выхватила у него плащ, нахлобучила на голову капюшон и вышла на улицу.
Слишком холодно для верховой езды — можно застудить лошадь. Широким шагом, переходящим иногда в бег, до северо-восточной стены добрались меньше, чем в полчаса. На безлюдных улицах попадались то и дело патрули. Со стен смотрели солдаты. Ни лая собак, ни мычания коров; яркое прозрачное небо светилось голубизной, и было так же пустынно, как и земля. Голуби давно пропали. От зимнего ветра слезились глаза и захватывало дух.
Аш, отдуваясь, поднялась на верхнюю площадку ворот и нашла там Оливера де Ла Марша с двумя десятками бургундских рыцарей. Высокий бургундец, ладонью прикрывая глаза от солнца, смотрел на северо-восток.
— Ну? — спросила Аш.
Биллем Верхект подбежал к ней от башни и указал:
— Вон там, босс.
За спиной у нее вспыхнула перебранка: де Ла Марш заметил присутствие герцогини, и Флоре пришлось отбиваться от града бурных упреков в неосторожности — но Аш было не до того.
— Что, мать его, там такое?
Рикард протолкался к ней. Под мышкой парень нес ее салад, не самый лучший, но отличного качества. Аш взяла у него шлем и помедлила, застыв на резком ветру с непокрытой головой: женщина со шрамами и патлами серебристых волос, отросших уже ниже ушей.
Аш покосилась на ближайшего к ней капитана стрелков, указала взглядом на Флору:
— На сколько отсюда бьет арбалет?
Людмила Ростовная улыбнулась кривой от заживающих ожогов улыбкой:
— Ярдов на четыреста, босс.
— А сколько отсюда до их передовой линии?
— Этак четыреста один, босс.
— Отлично. Если кто-нибудь
— Да, босс!
Палатки визиготов под безоблачным небом светились белизной. Струйки дыма тянулись к небу из-под дерновых крыш землянок, окружавших эту часть города. От конных рядов доносилось ржание лошадей. Аш присмотрелась: ни одной осадной машины в поле зрения. В пяти сотнях ярдов от стены суетились люди, раздвигались ряды солдат; и что-то еще двигалось между палатками вдоль дороги, тянувшейся по берегу реки. Кони? Флаги? Вооруженный отряд или безоружные?
Рикард протер заслезившиеся глаза:
— Цветов отсюда не разберу, босс.
— И я… хотя… кажется, вижу! — Аш уцепилась за локоть стоявшего рядом Ансельма, и он улыбнулся ей из-под забрала. — Милый Христос. Роберт, или мне это кажется?
Впервые за много недель голос ее старого товарища прозвучал легко и беззаботно:
— Стареешь, девочка? Зрение слабое?
— Красный полумесяц, так его и так! — выкрикнула Аш. Шум голосов за ее спиной оборвался. Аш повторила: — Турки!
— Мудозвоны долбанные! — высказалась герцогиня Флора (к счастью, на малоизвестном жаргоне наемников). Джин Шалон неодобрительно выпятила губки, осуждая тон высказывания; Оливер де Ла Марш, знаток языков, едва не подавился.
Стройная колонна всадников рысцой продвигалась через расположение визиготских войск. В морозной дымке Аш только и сумела рассмотреть, что белые вымпелы с красными полумесяцами, желтоватые плащи всадников да белые шлемы. На фоне неба наконечники копий были бы ясно видны — стало быть, копьеносцев нет. Колонна, извиваясь, прошла между шатрами лагеря и выдвинулась на ничейную землю под стеной; кони с опаской выбирали путь по окаменевшей на черном морозе комковатой грязи. Сотня, другая… пятьсот человек!
— Что они делают? Глазам не верю! — Аш снова выругалась, обхватила руками плечи Людмилы и Виллема. — Молодцы, вовремя заметили! Но какого черта они затевают?
— Если они намерены атаковать, то это безумие, — заметил Оливер де Ла Марш и, сделав над собой заметное усилие, повернулся к Флоре дель Гиз: — Как видите, мадам, на стенах у нас имеются пушки.
Флора ответила ему взглядом, означавшим: «Сама знаю, с какого конца аркебуза палит»; за последний месяц Аш не раз видела у нее на лице это выражение.
— Не стрелять, — сказала она.
Тон приказа. Ла Маршу потребовалось всего мгновенье, чтобы ответить:
— Слушаюсь, мадам.
Аш скрыла улыбку, пробормотала:
— Подумать только, а я еще сомневалась, по силам ли тебе роль герцогини!
— Врачам привычно говорить людям, как им поступать, — Флора оперлась руками о парапет, не сводя глаз с приближающихся всадников, — даже если они сами точно не знают, как лучше…
— Особенно тогда, — понимающе кивнула Аш. Она торопливо надела шлем и застегивала пряжку. Турецкие всадники уже приблизились настолько, что видны были круглые щиты и круто изогнутые луки. Белизна шлемов объяснялась просто: каждый был обмотан белой тканью, ниспадавшей сзади на шею.