Том 8. Лети, корабль!
Шрифт:
После войны работал в Кишиневе в министерстве пищевой, затем — вкусовой (была и такая) промышленности, одно время даже в должности зам. министра, затем — главным инженером Молдаввино.
После войны, в 1947 году, тяжело болея, Любовь Дмитриевна писала Н. Н. Радченко:
«Вот теперь я смогу уйти из этого мира, Николаич, с улыбкой Вас благословляя. Много, много грехов да простится Вам за ласковое письмецо мне к 17-му сентябрю, друг милый, старый друг… Спасибо Вам за него большое. Как Вы здоровы сейчас и что Екатерина Михайловна…»
Больше они не встречались. Но после смерти Николая Николаевича, в 1948 году, Любовь Дмитриевна ездила в Кишинев, была на кладбище, где он
А хоронили Н. Н. Радченко «с музыкой и церковным хором»…
После войны, с 1945 года, когда сыновья поступили в Военно-морское училище, Любовь Дмитриевна работала в театре им. Кирова агентом, контролером, лаборантом, и даже старшим пожарным в пожарно-сторожевой охране. Но все ее мысли — о сыновьях.
Милый Валентин Саввич. Спасибо за такой исчерпывающий ответ. Очень, очень всему рада, Вашей Веронике низкий поясной поклон. Я завидую ее возможностям. Увы, я не умею владеть и требовать. До боли тяжело, но полная растерянность, когда нужна сила. Быть может, виной тому, что выросла я в семье без мужчины (мама и трое старших сестер), поэтому, может быть, и характер мягче, чем требуется. Да дети мои не считаются со мной. Говорят, что любят, но я и этому не верю, доказательств хочется.
Вы спрашиваете про Олега. Он семьянин, у него чудесная, умная жена, но так уже вся в его власти. Двое детей — девочки. Олег не пьет, не курит. Любит только семью и книги. Любит также старину, особенно русскую. Пишет какую-то очень большую философскую писанину, но нам с Виктором читать не дает. Давал двум большим писателям. Те говорили Виктору, что вещь совершенно замечательная, но непроходимая. Много лет тому назад он написал для альманаха маленькие рассказы, очень хорошо, но сейчас больше не хочет.
Вику очень раздражает, что трудно сейчас писать, и он решил уйти плавать. Он всю зиму занимался, выдержал прекрасно все испытания и ушел пока 2-м помощником капитана. Сейчас он в Лондоне, затем пойдет на Алжир и т. д. Я одна в квартире, тоскливо? И да и нет, конечно, тоскливо без него, но я так безумно устала за прошлый год, что пока еще не пришла в себя. Ушел он 25 октября на т/х «Челюскинец», а будет обратно, вероятно, весной. Сбылась его мечта — только очень трудно. Да у меня хватит хозяйских дел, потому что я все делаю замедленными темпами, лет-то мне «только» 75!
Очень, чрезвычайно хочу поговорить с вами, увидеть Веронику (она очень элегантная, а я обожаю элегантных женщин) и поучиться у нее. Здесь одна моя подруга (лет 30-ти, у меня много таких!) хочет в декабре повезти меня в Ригу и Таллин. Конечно, если буду здорова, Бог даст, заеду к Вам… Я живу сейчас этой мечтой — обожаю путешествовать.
Вы прислали мне выписку моих мимансов. Две мои родные сестры актрисы. Я с ними жила вместе всю жизнь до замужества. Жили мы на Екатерининском канале…
09.68
Умерла Л. Д. Конецкая 4 октября 1971 года. Похоронена на Богословском кладбище рядом с мужем Виктором Андреевичем.
ВСЕГДА ПОМНИ: Цель жизни — служение флоту, укрепление морского могущества Родины.
В трудные минуты требовать от себя как коммуниста больше, чем от других, в минуты успеха отказываться от славы и почета для себя и выдвигать тех, кто помогал
Не подчиняться женщине, но быть рыцарем в отношении любимой и всех женщин.
Неустанно совершенствоваться, прежде всего в морском деле, затем культурный уровень — философия и искусство в первую очередь.
Ставить службу выше дружбы, но дружбу — выше всех других отношений. Ничего не жалеть для других.
Заставлять себя поступаться своими желаниями в мелочах и никогда не отступать в крупном, принципиальном, даже если это очень трудно.
Быть всегда честным и говорить правду, особенно когда это тебе не выгодно.
Выпивать только для компании и вовремя останавливаться, пить без свинства.
Всегда владеть собою, не проявлять своих чувств и настроений, воспитывать волю и характер.
Научиться подавлять свои плохие желания.
III
Семья Штейнбергов переехала в Петербург в середине XIX века из Вильно.
Недавно я листала в Публичной библиотеке «Указатель города Вильно» 1864 года и поинтересовалась — что же представлял собой город, находящийся в 662 верстах от Санкт-Петербурга…
Мещанский город, с населением в 69 464 человека. Два монастыря, 11 православных церквей, 22 костела, 2 евангелическо-лютеранских церкви, мечеть.
При составлении «Указателя» оказалось, что многие улицы Вильно не имеют названий или же названия свои утратили… И главный начальник края утвердил новые названия. Размах его фантазий удивляет: Абрамовиговский переулок, например, был переименован громко в Губернаторский, Безымянная улица — в Миллионную… А вот Безымянному переулку не повезло: его окрестили Глухим.
«После Глазкова г. Вильно один из самых здоровых городов и может быть причислен к северной полосе по малой своей смертности…» — говорится в «Указателе».
Вот в этом здоровом городке и родился в 1858 году Андрей Семенович Штейнберг (до принятия православия — Мендель Шлиом).
Вероятно, у семьи Штейнберг были немалые средства, так как Андрею Семеновичу удалось получить медицинское образование в Петербурге — в 1888 году закончил медицинский курс. Имел практику и «свою вывеску» на Садовой улице. Андрей Семенович был хорошим дантистом.
Умер А. С. Штейнберг 12 февраля 1922 года.
Его жена, Евгения Николаевна (Зельда Абрамовна), родилась в 1871 году. Она запомнилась родным доброй и набожной женщиной. После смерти мужа жила со старшим сыном Александром. Умерла 26 ноября 1939 года.
Место захоронения Штейнбергов неизвестно.
Старший сын Андрея Семеновича и Евгении Николаевны, Александр Андреевич, родился 27 июня 1888 года в Санкт-Петербурге.
30 ноября 1903 года причтом церкви Ремесленного училища цесаревича Николая ученик 8 класса Десятой гимназии Александр Андреевич Штейнберг, был крещен «и присоединен к православной кафолической церкви с наречением Александром в честь святого Александра Невского».
Закончил гимназию с отличными отметками по всем предметам и в августе 1905 года принят в число студентов Петербургского университета на юридический факультет.
До революции Александр Андреевич служил присяжным поверенным и присяжным стряпчим, а после — членом Петроградской губернской коллегии защитников по уголовным и гражданским делам при Петрогубсуде.
Семьей не обзавелся. Собою был очень хорош, нравился женщинам и вовсю пользовался этим… Он был книгочеем и некоторые книги из его библиотеки, не погибшие в блокаду и не проданные после войны на рынке Балтийского вокзала, хранятся в личной библиотеке Виктора Конецкого. Среди них 10-томное издание Суворина Сочинений А. С. Пушкина.