Том 6. Война и мир

Толстой Лев Николаевич

Билибин, не утративший репутации умнейшего человека и бывший бескорыстным другом Элен, одним из тех друзей, которые бывают всегда у блестящих женщин, друзей-мужчин, никогда не могущих перейти в роль влюбленных, Билибин однажды в petit comit'e [176] высказал своему другу Элен взгляд свой на все это дело.

— Ecoutez, Bilibine (Элен таких друзей, как Билибин, всегда называла по фамилии), — и она дотронулась своей белой в кольцах рукой до рукава его фрака. — Dites moi comme vous diriez `a une soeur, que dois-je faire? Lequei des deux? [177]

176

маленьком интимном кружке.

177

Послушайте,

Билибин: скажите мне, как бы сказали вы сестре, что мне делать? Которого из двух?

Билибин собрал кожу над бровями и с улыбкой на губах задумался.

— Vous ne me prenez pas en расплох, vous savez, — сказал он. — Comme v'eritable ami j'ai pens'e et repens'e `a votre affaire. Voyez vous. Si vous 'epousez le prince (это был молодой человек), — он загнул палец, — vous perdez pour toujours la chance d''epouser l'autre, et puis vous m'econtentez la Cour. (Comme vous savez, il y a une esp`ece de parent'e.) Mais si vous 'epousez le vieux comte, vous faites lo bonheur de ses derniers jours, et puis comme veuve du grand… le prince ne fait plus de m'esalliance en vous 'epousant [178] , — и Билибин распустил кожу.

178

Вы меня не захватите врасплох, вы знаете. Как истинный друг, я долго обдумывал ваше дело. Вот видите: если выйти за принца, то вы навсегда лишаетесь возможности быть женою другого, и вдобавок двор будет недоволен. (Вы знаете, ведь тут замешано родство.) А если выйти за старого графа, то вы составите счастие последних дней его, и потом… принцу уже не будет унизительно жениться на вдове вельможи.

— Voil`a un v'eritable ami! — сказала просиявшая Элен, еще раз дотрогиваясь рукой до рукава Билибина. — Mais c'est que j'aime l'un et l'autre, je ne voudrais pas leur faire de chagrin. Je donnerais ma vie pour leur bonheur `a tous deux [179] , — сказала она.

Билибин пожал плечами, выражая, что такому горю даже и он пособить уже не может.

«Une ma^itresse-femme! Voil`a ce qui s'appelle poser carr'ement la question. Elle voudrait 'epouser tous les trois `a la fois», [180] — подумал Билибин.

179

Вот истинный друг! Но ведь я люблю того и другого и не хотела бы огорчать никого. Для счастия обоих я готова бы пожертвовать жизнию.

180

«Молодец-женщина! Вот что называется твердо поставить вопрос. Она хотела бы быть женою всех троих в одно и то же время».

— Но скажите, как муж ваш посмотрит на это дело? — сказал он, вследствие твердости своей репутации не боясь уронить себя таким наивным вопросом. — Согласится ли он?

— Ah! Il m'aime tant! — сказала Элен, которой почему-то казалось, что Пьер тоже ее любил. — II fera tout pour moi [181] .

Билибин подобрал кожу, чтобы обозначить готовящийся mot.

— M^eme le divorce [182] , — сказал он.

181

Ах! он меня так любит! Он на все для меня готов.

182

Даже и на развод.

Элен засмеялась.

В числе людей, которые позволяли себе сомневаться в законности предпринимаемого брака, была мать Элен, княгиня Курагина. Она постоянно мучилась завистью к своей дочери, и теперь, когда предмет зависти был самый близкий сердцу княгини, она не могла примириться с этой мыслью. Она советовалась с русским священником о том, в какой мере возможен развод и вступление в брак при живом муже, и священник сказал ей, что это невозможно, и, к радости ее, указал ей на евангельский текст, в котором (священнику казалось) прямо отвергается возможность вступления в брак от живого мужа.

Вооруженная

этими аргументами, казавшимися ей неопровержимыми, княгиня рано утром, чтобы застать ее одну, поехала к своей дочери.

Выслушав возражения своей матери, Элен кротко и насмешливо улыбнулась.

— Да ведь прямо сказано: кто женится на разводной жене… — сказала старая княгиня.

— Ah, maman, ne dites pas de h^etises. Vous ne comprenez rien. Dans ma position j'ai des devoirs [183] , — заговорила Элен, переводя разговор на французский с русского языка, на котором ей всегда казалась какая-то неясность в ее деле.

183

Ах, маменька, не говорите глупостей. Вы ничего не понимаете. В моем положении есть обязанности.

— Но, мой друг…

— Ah, maman, comment est-ce que vous ne comprenez pas que le Saint P`ere ^* , qui a le droit de donner des dispenses… [184]

В это время дама-компаньонка, жившая у Элен, вошла к ней доложить, что его высочество в зале и желает ее видеть.

— Non, dites lui que je ne veux pas le voir, que je suis furieuse contre lui, parce qu'il m'a manqu'e parole.

— Comtesse `a tout p'ech'e mis'ericorde [185] , — сказал, входя, молодой белокурый человек с длинным лицом и носом.

184

Ах, маменька, как вы не понимаете, что святой отец, имеющий власть отпущений…

185

— Нет, скажите ему, что я не хочу его видеть, что я взбешена против него, потому что он мне не сдержал слова.

— Графиня, милосердие всякому греху.

Старая княгиня почтительно встала и присела. Вошедший молодой человек не обратил на нее внимания. Княгиня кивнула головой дочери и поплыла к двери.

«Нет, она права, — думала старая княгиня, все убеждения которой разрушились пред появлением его высочества. — Она права; но как это мы в нашу невозвратную молодость не знали этого? А это так было просто», — думала, садясь в карету, старая княгиня.

В начале августа дело Элен совершенно определилось, и она написала своему мужу (который ее очень любил, как она думала) письмо, в котором извещала его о своем намерении выйти замуж за NN и о том, что она вступила в единую истинную религию и что она просит его исполнить все те необходимые для развода формальности, о которых передаст ему податель сего письма.

«Sur ce je prie Dieu, mon ami, de vous avoir sous sa sainte et puissante garde. Votre amie H'el`ene» [186] .

Это письмо было привезено в дом Пьера в то время, как он находился на Бородинском поле.

VIII

Во второй раз, уже в конце Бородинского сражения, сбежав с батареи Раевского, Пьер с толпами солдат направился по оврагу к Князькову, дошел до перевязочного пункта и, увидав кровь и услыхав крики и стоны, поспешно пошел дальше, замешавшись в толпы солдат.

186

«Затем молю бога, да будете вы, мой друг, под святым и сильным его покровом. Друг наш Елена».

Одно, чего желал теперь Пьер всеми силами своей души, было то, чтобы выйти поскорее из тех страшных впечатлений, в которых он жил этот день, вернуться к обычным условиям жизни и заснуть спокойно в комнате на своей постели. Только в обычных условиях жизни он чувствовал, что будет в состоянии понять самого себя и все то, что он видел и испытал. Но этих обычных условий жизни нигде не было.

Хотя ядра и нули не свистали здесь по дороге, по которой он шел, но со всех сторон было то же, что было там, на поле сражения. Те же были страдающие, измученные и иногда странно-равнодушные лица, та же кровь, те же солдатские шинели, те же звуки стрельбы, хотя и отдаленной, но все еще наводящей ужас; кроме того, была духота и пыль.