Том 4. Расплата

Браун Картер

— Почему? — спросила Белла хрипло.

— Люди тут терялись. Вот и сейчас это глухое место, а представь себе, как оно выглядело в те времена. Ходят слухи, что люди здесь просто растворялись в воздухе. Приходили, оставались переночевать, а больше их уже никто не видел. Говорят, что даже сами монахи терялись. В общем, спустя тридцать лет после основания обители монахи покинули это место.

— Из-за пропадающих людей?

— Посчитали, что обитель расположена уж в слишком изолированном месте, монахи предпочли куда-то перебраться.

— Господи,

чтобы я тут делала без тебя! — с неподдельным ужасом произнесла Белла.

Я поднес руку к приборной доске, взглянул на часы.

— Мы приехали рано. Сейчас только без двадцати девять.

— Если Тони действительно здесь, почему он не выходит к машине? — тихо спросила она.

— Если у него есть причина прятаться, зачем же ему рисковать? Он же не знает, чья это машина и кто в ней.

— Наверное, так, — согласилась Белла с сожалением. — Это значит, что нам придется выйти и искать его?

— Пожалуй.

— Вот этого я боюсь!

B отделении для перчаток лежал электрический фонарик. Я вытащил его и проверил: он работал. Затем вышел из машины, обошел ее и остановился спереди. Через минуту Белла присоединилась ко мне.

— По правде говоря, Эл, — произнесла она осипшим голосом, — я бы предпочла махнуть на все рукой, вернуться в город и выпить чего-нибудь покрепче.

— Подумай о том, что Тони Форест находится здесь и ждет, — пришлось напомнить ей. — Если ты не появишься сегодня, то, вполне вероятно, с ним что-нибудь случится. Например, умрет от страха.

— Это я умру! — холодно сообщила она.

— Куда же подевалась твоя смелость?

— Исчезла почти в то же самое время, когда монахи бросили свою обитель, — ответила Белла. — Знаешь, у меня какое-то ужасное предчувствие, будто здесь должно произойти что-то страшное.

— Право, я на такое не рассчитывал, но кому ты говоришь…

— У меня нет настроения продолжать веселую болтовню, Уилер! — процедила она сквозь зубы. — Если мы не уезжаем, тогда давай подойдем к тем руинам и посмотрим!

— О’кей, — согласился я. — Это твоя вечеринка..

Мы пошли по жесткой траве к руинам, ветер яростно теребил юбку Беллы. По мере того как мы приближались, очертания колокольни и стен делались более четкими.

— Единственное, чего нам здесь недостает, так это пары летучих мышей прямо над головой, — бодренько пошутил я.

— Эл, — слабым голосом перебила меня Белла. — Перестань!

Три черные стены остались от бывшей трапезной. В самом центре, в той, что была обращена к нам, зияла прямоугольная дыра, сквозь которую было видно небо. Дверь давным-давно исчезла, но остался дверной проем. Если Форест был здесь, то он находился за этой стеной.

Мы остановились примерно в шести футах от дверного проема.

— Что теперь будем делать? — прошептала Белла.

— Окликни его, — посоветовал я, доставая свой 38-й и снимая его с предохранителя.

— Тони! —

позвала Белла дрожащим голосом. — Тони! Это я, Белла. Где ты?

Следующие десять секунд только стон ветра нарушал тишину.

— Его здесь не может быть, — сказала Белла с оттенком облегчения в голосе. — Давай вернемся к машине.

— Попробуй еще. Может, он хочет убедиться наверняка, прежде чем ответить.

— Тони! — позвала она снова. — Тони, ты где? Это Белла. Где ты?

И опять только скорбный вой ветра.

— Видишь? — Теперь в ее голос вселились нотки уверенности. — Я же говорила тебе, что его здесь нет! Теперь мы можем…

— Заткнись! — прошипел я, изо всех сил напрягая слух. И снова услышал тихий, звенящий звук, исходивший откуда-то слева, как если бы чья-то туфля, зацепившись, чиркнула о камень.

Я включил фонарь, осветил выветрившуюся каменную стену, переместил луч света, прежде чем успел сообразить, что увидел неподвижную фигуру в темной одежде. Фигура стремительно задвигалась, а я быстро развернул луч и на долю секунды снова поймал ее, успев увидеть белые руки и тусклый блеск металла.

Времени на объяснения не было. Я схватил Беллу за плечо, изо всех сил толкнул, так что она отскочила от меня, споткнулась и тяжело упала на бок. В следующую секунду я выключил фонарь и сам рухнул на землю. Одновременно тишина разорвалась резкими вспышками и в ушах тяжело застучали звуки выстрелов. Совсем рядом с моей правой рукой пуля, разрезав тонкую корку высохшей почвы, зарылась в землю. Я направил револьвер на то место, где в последний раз видел вспышку, пару раз выстрелил. Одна пуля попала в каменную стену и отскочила рикошетом, издав злобный звук, а куда подевалась другая, я так и не знаю.

В ответ раздались еще три выстрела. Я снова включил фонарь, целясь на огневую вспышку, вновь поймал фигуру парня и пару раз выстрелил в него. Парень увернулся от света и быстро побежал. Мне удалось увидеть его еще раз, когда он, пригнувшись, забегал за угол стены. Потом скрылся.

Я поднялся на ноги, посветил фонариком на Беллу.

— С тобой все в порядке?

Она с трудом села, ее била дрожь.

— Через минуту все будет в полном порядке, — ответила она, громко стуча зубами.

— Конечно! — подбодрил я ее. — Вот только проверю, что он ушел — и через минуту вернусь.

— Эл!

Я обернулся. Пытаясь встать, Белла впилась в мою руку.

— Не бросай меня здесь одну! Я иду с тобой!

— Ладно, — неохотно согласился я. — Но иди за мной.

Мы добрались до дверного проема, прошли через него.

И опять услышали только стон ветра. Кто бы ни был тот парень, я понимал, что сейчас он бежит так быстро, что его не догонит и пуля.

Отойдя на десять шагов от проема, я остановился и медленно осветил фонариком всю внутреннюю сторону стены. Белла крепко держалась за мой локоть.