Том 3. Мини-убийцы

Браун Картер

— О, я так рад вас снова видеть! — Он остановился передо мной. — Вы представить себе не можете тех душевных мук, которые я испытал за последние два часа! Пожалуйста, расскажите мне немедленно, что здесь происходит?!

Его пухлые розовые щечки-яблочки то раздувались, то опадали, словно у благодушного моржа, а слишком длинные седые волосы колыхались вокруг лба, ложась изысканными волнами. Бриллиантовая булавка в его галстуке торжественно посверкивала.

— Какая встреча! — радостно сказал я. — Просто красавчик Браммел из старой сказки! Что привело

вас в Лондон, мистер Райт?

— Это длинная история! — Его высокий голос дрожал от нетерпения, сдобренного негодованием. — Мы можем выяснить это потом, мистер Бойд. Где Шэрон? — Он отчаянно замахал руками в воздухе, словно дирижировал сбивающимся с такта симфоническим оркестром. — Когда я приехал, мне сказали, что она отбыла за полчаса до меня и оставила записку для вас у администратора. Я пытался позвонить вам в номер, но вас не было, и с тех пор я вас тут жду!

— Почему бы вам не присесть? — Я легонько подтолкнул его к ближайшему креслу. — Поглядим на записку, которую оставила Шэрон.

Я задержался на мгновение по пути к столу администратора, чтобы пропустить коридорного, за которым следовала фигуристая брюнетка, обтянутая черной кожей, — брюнетка подмигнула мне, проходя к лифту. Я тем временем взял со стола свой ключ, и клерк вручил мне вместе с ним конверт. Внутри оказалась коротенькая записка, написанная нервным женским почерком. Она гласила: «Дэнни, Донаван неожиданно настоял на проведении аукциона сегодня вечером. Он не хочет ждать. Мистер Баллард отвезет меня к нему. Увидимся, когда я вернусь. Держи пальцы крестиком, чтобы я вернулась с этими винными кувшинами! Шэрон».

Шэрон О’Берн определенно была королевой доверчивых блондинок! — уныло подумал я, запихивая записку в карман. Поверить Балларду на слово — все равно что принять предложение Аль Капоне прокатиться на автомобиле по Чикаго в добрые старые времена.

К тому времени, когда я снова вернулся к Арнольду Райту, мое лицо украшала довольная улыбка.

— Дело плохо, — весело сообщил я. — Шэрон встретилась со своими старинными друзьями и провела с ними ночь. Вернется завтра к ленчу.

— Да? — Райт сложил губки в куриную гузку. — Думаю, с ее стороны это очень неосмотрительно! — сказал он с неодобрением.

— Она знала, что вы приедете? — спросил я.

— Конечно! Я предварительно послал телеграмму. — Он неожиданно заморгал глазами. — О Господи! Кажется я этого не сделал. Для памяти записал в блокноте на письменном столе, но во всей этой спешке, в поисках самолета… — Он горестно покачал головой. — Вы, должно быть, считаете меня абсолютным дураком, мистер Бойд?

— Ничего, со всеми случается, — сказал я. — Однако что же все-таки привело вас в Лондон?

— Непосредственное приказание мистера Слейтера, — признался Райт. — Я не хотел приезжать, могу вас заверить, мистер Бойд! С самого начала я вовсе не одобрял этого мероприятия. Я говорил Шэрон…

— Припоминаю, — сказал я. — Непосредственное приказание мистера Слейтера?

— Да, — сказал коротышка, резко мотнув головой. — До него дошли слухи, что Донавану удалось

завладеть отличными подделками винных кувшинов «юй» и он намеревается заменить ими настоящие. Я, конечно же, возражал, что это совершенная чепуха! Но он настаивал, говоря, что я… — он скромно покраснел, — такой специалист, которого нельзя обмануть. Поэтому я должен присутствовать на аукционе. Чтобы гарантировать, в случае удачи, покупку Шэрон подлинных предметов антиквариата! — Райт пожал плечами. — Что я мог сделать, мистер Бойд? — продолжал он. — Несмотря на сомнительность предприятия, мистер Слейтер — самый серьезный клиент галереи, и если мы вызовем его неудовольствие, если он даст понять, что порвал с нами, галерея может потерять половину своих клиентов.

— Вижу, что у вас не было выбора, мистер Райт! — вежливо сказал я. — Вам не о чем беспокоиться. Аукцион назначен на завтра, на восемь вечера.

— И хорошо, я рад, что приехал вовремя. — Он убрал седые пряди со лба на затылок жестом отдыхающей примадонны, довольной своим туалетом и шикарным внешним видом. — Тогда мне ничего не остается, как отправиться в постель и хорошенько выспаться. — Он выдавил из себя улыбку. — Я был совершенно уверен, что послал телеграмму!

— Спите спокойно, увидимся утром, — сказал я ему. — Доброй ночи, мистер Райт. — И я послал ему ответную улыбку.

— Доброй ночи, мистер Бойд. Спасибо вам.

Я поехал на лифте на девятнадцатый этаж и, как только вошел в номер, позвонил дежурной и заказал бутылку бурбона, ведерко со льдом и содовую. Когда все это прибыло, я отстегнул кобуру «магнума» и насладился удивительным видом тумана, который стал за окном еще гуще. После ухода официанта я приготовил спиртное, закурил сигарету и стал размышлять, сколько времени потребуется Лоре Донаван, чтобы явиться ко мне. Через пять минут я стал бросать взгляды на часы через каждые десять секунд.

Лора сняла свою кожаную куртку; черный облегающий свитер еще больше подчеркивал выступающие округлости ее полных грудей.

— Надеюсь, я не долго заставила тебя ждать, Дэнни? — непринужденно спросила она, входя в комнату. — Я сменила прикид, на случай, если ты устал от прежнего моего одеяния.

Лора уселась в ближайшее кресло и положила ногу на ногу со своей беспечной небрежностью, показав несколько дюймов обнаженных белых ляжек поверх коротковатых черных чулок, что почти гарантировало сдвиг моих распутных мозгов.

— Кто был этот коротышка, с которым ты беседовал в вестибюле? — спросила она.

Я поведал ей, кто такой Арнольд Райт и почему Слейтер отправил его в Лондон.

Лора презрительно рассмеялась.

— Старикан Слейтер боится собственной тени! — Она пожала плечами, потеряв всякий интерес к моим словам, и посмотрела на спиртное. — Что это такое со странной этикеткой?

— Бурбон, — сообщил я ей.

— Из чего его делают? Растворяют в спирте тела бывших французских королей?

— Это, — сказал я, смешивая ей напиток, — самый лучший лимонный коктейль, который тебе доводилось пробовать.