Только ты
Шрифт:
— Все хорошо, может, вызвать «Скорую»?
— Нет, она будет в порядке, — заверил Финн.
— Что ж, если вы уверены, — с сомнением произнес мужчина, придерживая для них входную дверь.
— Спасибо, Джон, такое случается. Я признателен вам за беспокойство. У мисс Кэмерон бывают ужасные мигрени. Они начинаются быстро и валят ее с ног. Какая жалость, что наш приятный вечер заканчивается таким образом. — Иззи пожал мужчине руку.
Управляющий вышел следом за ними на тротуар.
— Как печально. Мисс
— Конечно вернемся, — на автомате заверил Иззи.
Жасмин подъехала как раз вовремя, пассажирская дверь внедорожника открылась, и Хейл быстро и плавно посадили на пассажирское сиденье. Финн обошел машину спереди и сел за руль. Он наклонился к Хейл и пристегнул ее ремень безопасности.
— Отодвинься, от меня, наверное, пахнет рвотой, — попыталась оттолкнуть его Хейл.
— Тихо, детка, все хорошо. Просто сиди и отдыхай.
Она рвано выдохнула:
— Извини, я это ненавижу.
Она откинулась на спинку сиденья.
— Не переживай. Просто постарайся расслабиться. У тебя дома есть обезболивающее?
— Думаю, да, в ванной, но у них, наверное, истек срок годности. У меня два года не было мигреней. Я думала, что они закончились.
— Тебе просто надо добраться до дома, выпить таблетку и поспать. Никакого света, никакого шума.
— Ты помнишь. — Когда они были вместе, у нее случались жестокие головные боли. — Думаю, это сочетание головной боли, болезни и Мэйджора. По шкале от одного до десяти сегодняшняя на пять. Больше тупые удары, чем нож для колки льда.
— Я всю жизнь имею с ними дело, сначала мама, потом ты.
Хейл поерзала на сиденье, ища более удобную позу.
— Я приезжала повидаться с ней, с твоей мамой, знаешь, после того как мы расстались.
— Она никогда мне не рассказывала.
— Я была в Лос-Анжелесе по работе. Я позвонила и приехала в Ла-Холью4 на выходные. Она была такой доброй ко мне, почти нежной.
Финн прочистил горло:
— Почему ты это сделала?
— Мне нравилась твоя мама. Она была так добра ко мне, когда мы встречались. Я хотела сказать ей, какой хороший у нее сын. Она очень хорошо относилась ко мне, хотя не была обязана.
— Ты всегда ей нравилась. — Несколько минут он молчал. — Белые розы были прекрасны. Ты помнила, что она их любила.
Папа звонил ей, когда пять лет назад мама Финна умерла.
— Я хотела приехать на похороны. Знала, что для тебя это будет ужасное время, но не была уверена, что ты захочешь видеть меня там. Я хотела быть утешением, а не болезненным напоминанием. Цветы были слабой заменой, но я должна была сделать хоть что-то.
Именно в то время она осознала, что никогда не найдет замену Финну. Ей предоставилась возможность испытать истинную любовь, а она ее запорола.
— Было тяжело.
Этот проблеск его боли разрывал ей сердце. Господи, неужели он действительно так считал? Ей пришлось прочистить горло, прежде чем заговорить:
— Финн, ты дорог многим людям. Ты же знаешь, верно?
— Ты входишь в их число? — мягко спросил он.
— Да, вхожу.
Она наблюдала за ним, жалея, что не видит его глаз, чтобы понимать, что он чувствует.
Он медленно повернулся к ней и улыбнулся.
Должно быть, она задремала, потому что проснулась, когда услышала, как Финн открыл дверь со своей стороны. Она повернулась к нему.
— Хорошо, что ты проснулась. Я открою дверь в дом и выпущу твоего пса. Он позволит мне войти?
— Просто крикни: «Миллер, ко мне, мальчик» — и стой около открытой двери, ему этого достаточно. Он защищает меня, а дом не очень-то.
Она завозилась с ремнем безопасности.
— Сиди здесь, пока я не вернусь, чтобы отвести тебя в дом.
— Командир, — сказала она, пытаясь шутить.
— Просто посиди, — улыбнулся он, но смотрел вполне серьезно.
Через несколько минут Финн проводил Хейл в ее комнату. Она села на край кровати и скинула туфли. Она слышала, как в ванной комнате Финн открывает и закрывает шкафчики.
— Посмотри в шкафчике для лекарств, наверное, на второй полке. Думаю, это будет единственный пузырек с рецептом.
В комнату вошел Миллер и плюхнулся на пол возле ее ног.
Финн вышел из ванной с рецептурным пузырьком в руке.
— Вот, возьми, тут написано, что ты можешь принять две таблетки, и они не просрочены.
Финн протянул ей две таблетки, и она положила их в рот, после чего он вручил ей бутылку воды.
Сделав несколько глотков, Хейл поставила бутылку на прикроватную тумбочку.
— Что ты хочешь надеть? — Финн осмотрел комнату. — Или ты спишь голая?
— Верхний ящик справа, — показала она на комод. — Достань любую футболку.
Сегодня определенно не та ночь, чтобы сверкать сексуальным бельем.
Финн вернулся, держа в руках голубую футболку. Хейл начала вставать, и он оказался рядом, поддерживая ее за руку.
— Эй, погоди. Я не хочу, чтобы ты упала.
Он поднял ее свитер над головой, коснувшись живота костяшками пальцев, потом шагнул ближе и расстегнул крючки лифчика. Его руки передвинулись к поясу ее брюк.
— Тут молния или как?
— Что? — Хейл наслаждалась возможностью опереться на его сильное тело. — Нет, тут резинка, просто стяни вниз.
Он стянул брюки по ее округлым бедрам, и она почувствовала кожей прохладный воздух. Потом передвинул ее, чтобы она могла шагнуть вправо и освободиться от брюк.