Только ты
Шрифт:
— Хрянов, когда мы выезжали, сказал мне, что ты меня любишь. Он сказал, дословно "Я бы никогда не отдал десять лямов евро за женщину. Пусть и красивую".
— Я в тебя сильно влюблён, это верно. Ты вновь сделала меня живым. Я не знаю как, но это факт. И надеюсь, что это надолго. Желательно — на всю оставшуюся жизнь. И ты знаешь, — он усмехается, — я хочу умереть старым. Внуков поняньчить, посмотреть, как они в университеты поступят, всё такое.
— А у тебя разве есть дети? — озадаченно
— Слушай, ну в этом вопросе я очень рассчитываю на тебя.
Улыбаюсь, и, наверное, краснею. Смущена очень.
— Понимаешь, Милан, я на самом деле выбрал не между колье и тобой. Ты не товар, тебя нельзя обменивать на драгоценности. Я никогда бы себе не простил, если бы ты погибла. Мне даже думать об этом страшно. Я выбрал между прошлым и настоящим, между прошлым и будущим. Мне не нужно больше колье Лантольи. Как символ не нужно. Мне нужна только ты.
— Ты знаешь, что я в тебя по уши влюблена?
— Догадывался, — улыбается он. — Но теперь, когда ты мне это сказала — знаю. И я тебе очень благодарен за то, что ты мне это сказала.
— Но знаешь что? — подняв палец, строго говорю я.
— Что?
— Я хочу, что в нашей с тобой совместной жизни не было никаких перестрелок, нападений, погонь и прочего такого, отчего я чувствую себя плохо.
— Этого не будет, милая, — глядя мне в глаза, совершенно серьёзно говорит Валера.
Он берёт меня за руку и говорит:
— Я всё сделаю для того, чтобы у тебя была комфортная и безопасная жизнь. Слово даю.
— Я тебе верю, — куснув губу, отвечаю я, и глажу его ладонь.
Чуть позже, когда мы, одетые в тёплые пальто и шарфы, гуляем в парке, с неба падает крупный снег, а над головой мелькает между ветвей яркое солнце, я спрашиваю его:
— Скажи, а ты выяснил, кто организовал покушение тогда ночью, в ресторане?
— Выяснил. Спустя пару дней после случившегося.
— И кто же это сделал?
— Сделали наёмники, организовала бывшая.
Я останавливаюсь и, округлив глаза, поворачиваюсь к нему.
— Бывшая?
— Ты ревнуешь, что ли? — улыбается он.
Прислушиваюсь к себе. Да. Ревную. Конечно, ревную! Что за бывшая вообще?!
— Это немножко не так, как ты, похоже, думаешь, — продолжая улыбаться, отвечает Валера. — У меня год назад была небольшая интрижка с французской барышней. Она длилась два дня, и почему-то нашу изначальную договорённость о том, что между нами только секс, она расценила, как какое-то кокетство с моей стороны. Долгое время заваливала меня и моих людей письмами и звонками. Она дочка одного французского предпринимателя и в общем-то довольно обеспеченная женщина. Человек мне откровенно неподходящий и никакого романа между нами не было.
— А зачем это организовала?
— Как я понял из её объяснений, хотела припугнуть. Чтобы ты уехала. Только благодаря тому, что никто, кроме меня не был ранен, я сделал всё для того, чтобы на неё и исполнителей не было заведено уголовное дело. Но при двух условиях — они возмещают ущерб, выплачивают денежную компенсацию мне и моим сотрудницам — и это довольно солидные суммы и я больше о ней не слышу. Она извинялась, пыталась объяснить своё неадекватное поведение истерикой, жгучей ревностью и тому подобным, но в итоге мы остановились именно на этом. Я отзвонился её отцу и в итоге я уверен, что она не появится на моём горизонте в принципе. В ином случае, на неё будет заведён целый ряд уголовных дел, а отец лишит её наследства. Мы с ней разговаривали три дня назад — весь её пыл и всю её влюблённость, как рукой сняло. Больше я с ней общаться не собираюсь, но до тех пор, пока она в Швейцарии, мои люди отслеживают её перемещения. Так что угрозы и с этой стороны для тебя нет. Я вообще хочу увезти тебя отсюда.
— Куда? В Россию?
— Можно в Россию. Тебе там больше ничего не угрожает. Вопрос в том, где ты хочешь жить.
— С тобой.
Он улыбается, берёт меня двумя пальцами а подбородок и, склонившись ко мне, нежно целует в губы.
— Ты даже не представляешь, как мне приятен твой ответ, милая. Даже не представляешь.
Мы стоим в парке обнявшись, и мне очень, очень хорошо.
— Так куда же ты хочешь меня увезти? — с улыбкой спрашиваю я. — На край света?
— Да, в каком-то роде, — с нежностью глядя на меня, говорит Валера. — В Канаду.
— В Канаду? — удивляюсь я. — А почему туда?
— Хочу начать с тобой новую жизнь. У меня в Канаде живут хорошие друзья и я присмотрел большой участок неподалёку от уютного города. Лес, чистый воздух, горы. У нас будет свой дом. И я бы хотел детательно обсуждать с тобой то, как он будет выглядеть. И снаружи и внутри. Поможешь?
— С удовольствием, милый, — отвечаю я и прижимаюсь к нему. — С удовольствием.
По моим щекам текут слёзы. Но в этот раз я плачу от счастья.
Конец