Только (не) ты
Шрифт:
Кроме той, что я почти не знаю ни его, ни семью. Хотя ладно, вряд ли Дмитрию Алексеевичу выгодно, чтобы кто-то узнал о нашей лжи. Едва ли я чем-то рискую.
На этот раз я пропускаю слова босса об отсутствии моей личной жизни. Мне уже даже всё равно, что он и это знает. Куда больше занимают другие мысли.
Мне предлагают деньги… Прекрасная возможность закрыть кредиты и уже нормально зажить, наконец. И всё это всего лишь за штамп в паспорте, который ещё и недолго простоит.
Ну так чего я вообще боюсь? Если подумать, это удача.
– Кроме
Но тут же ловлю себя на мысли, что возражаю скорее для галочки. Внутренне уже опасаюсь, что босс решит, что ему ни к чему такая сомневающаяся на эту роль, другую найдёт, а меня уволит или отправит куда подальше, чтобы никому ничего лишнего не говорила.
– Это я научу, – поигрывает бровями Дмитрий Алексеевич. Я натянуто улыбаюсь этому жесту, хотя он не особо успокаивает. – Да брось, никто тебя под микроскопом рассматривать не будет. Ну так что скажешь?
Разумная часть меня ещё ищет возражения, но авантюрная становится на передний план. С периода маминой болезни я жизни почти не видела, а тут и приключения, и выгода. Даже если предположить худший сценарий, то не думаю, что разоблачение мне чем-то грозит. А бояться его брата? Вряд ли я вообще с ним часто буду пересекаться.
– Ладно, Дима, – решительно отрезаю я путь назад, назвав босса по имени, на что мне тут же отвечают сияющей улыбкой. – Обговорим детали?
– Одобряю твой подход, – азартно потирает ладони он.
Глава 2. Рита
Дима всё рассчитал. Обстоятельно подошёл к вопросу, ничего не скажешь.
До приезда его брата оставалась неделя – и уж не знаю, почему, но босс был уверен, что за это время тот ничего не узнает о завещании. Не знаю, с чего вдруг такая убеждённость – у меня вот по разговорам о Марке складывалось впечатление, что он и во время командировок мог подсуетиться, выяснить насчёт завещания и по-быстрому «устроить» себе личную жизнь. Ну да ладно, Диме виднее. Может, он даже не предполагал, а знал наверняка – например, кто-то из его людей был в это время с братцем и сообщал о шагах того.
Та ещё семейка получается. Любовь и дружба между братьями так и процветают.
Хотя это уже не моё дело, я решила не вникать. Эту неделю мы провели очень даже увлекательно и продуктивно – начали с того, что как бы случайно попались за пылкими объятиями на глаза главной сплетнице офиса. Конечно, та всем разнесла, а коллектив призвал меня к ответу. И тогда я, наигранно смущаясь и поломавшись для видимости, рассказала, что наш с Димой роман длился уже три с хвостиком месяца и скоро будет свадьба.
Безупречно сыграли два фактора – босс до этого не встречался ни с кем из сотрудниц, а его «отношения» никогда не длились больше недели. А потому то, что мне сделали исключение по обоим пунктам, отрезало любые сомнения о серьёзности его намерений. В наш будущий брак поверили.
А значит, почва на случай сомнений кого-либо из его семьи была успешно подготовлена – если что, любой сотрудник компании горячо подтвердит,
Дальше Дима купил нам кольца, договорился насчёт торжества, распорядился о подготовках к свадьбе. Оказалось, что у него связи чуть ли не везде – нас распишут буквально через два дня после приезда его брата в Москву.
Это неделю босс меня водил по ресторанам, аукционам, закрытым показам и вечеринкам, чтобы я привыкала к дорогим блюдам, обслуживанию, досугу богачей и их интерьерам. Уж не знаю, что он думал – что я грохнусь в обморок, впервые оказавшись в такой атмосфере или буду глупо себя вести, не понимая что и как, ну да ладно. Я ничего не имела против таких «репетиций».
За это время у меня полностью поменялся гардероб, с меня были почти сняты рабочие обязанности, я чуть ли не перед каждым выходом из дома ходила по салонам красоты, где мне создавали образ, подобранный Димой. От всего этого было немного не по себе – хорошо хоть к пластическому хирургу не отправил, и на том спасибо. Конечно, я любила наряжаться и проходить самые разные процедуры, но делать это каждый день уже утомляло.
Я ничему не возражала – слишком уж грели душу обещанные деньги. Сумму мы обговорили, и её сполна хватало, чтобы закрыть не только кредиты, но и любые потребности, которые только в голову придут.
В общем, неделька была насыщенной, но вот, наконец, закончилась. Сегодня я еду знакомиться с его семьёй – с мамой и братом, который только вчера вечером вернулся в Москву. Дима не так уж много рассказывал мне о них – больше о себе, оно и понятно. Мы ведь не так давно «вместе» и встречаюсь я с ним, а не с его родными.
О его брате я знаю только то, что его зовут Марк и он старший. Ему тридцать два, Диме – тридцать. Оба живут отдельно от матери, она – на Рублёвке, мой босс там же неподалёку от неё, а Марк словно намеренно отдалился от них – поселился где-то в центре Москвы.
***************
Мы уже подъезжаем к коттеджу матери Димы, когда я вдруг узнаю, что родные ещё не в курсе нашей будущей женитьбы.
– У нас ведь свадьба через два дня, – недоумённо говорю я. Кстати, за эту неделю становится намного легче свободно общаться с боссом и выпаливать всё, что на уме. – Я думала, ты им уже сказал и везёшь меня знакомиться.
В душе ковыряет червячок сомнения. Появляется подозрение, что, несмотря на исходящую от Димы уверенность, он не так уж решителен в действиях, беспокоится о чём-то. Словно что-то может пойти не так… Возможно, он не хотел один говорить с семьёй о женитьбе и ему проще со мной это сообщить, как с группой поддержки?
– Марк только вечером приехал, пока не видел завещание, – помедлив, отвечает Дима. – Я решил, что лучше мы сначала посидим в расслабленной обстановке, ты со всеми пообщаешься и понравишься маме, а там и объявить можно под конец вечера. Если нас сначала оценят и примут как пару, предвзятости будет меньше, чем если мы сразу про свадьбу выпалим.