Токсины

Бизё Кшиштоф

Из этой тысячи я отобрал шестерых, которые, как мне показалось, могут чего-то добиться.

Из этой шестерки, не прошло и часу, я выбрал вас.

Вы спросите, почему?

Опыт, интуиция, вера, вдохновение, сам не знаю что. Во всяком случае, я почувствовал, что это можете быть вы. Я говорю: «можете», потому что еще не был в этом уверен.

Я отложил в сторону вашу папку и ждал.

Фотография говорила о многом. Да еще заявление. Очень выверенное, но сквозь слова пробивалась страсть,

настоящая страсть. Я это почувствовал.

Еще до начала первого собеседования я знал вашу биографию наизусть.

Несколько пунктов показались мне не совсем ясными, но так всегда бывает.

Для меня главное — честность.

Сами понимаете, мне нельзя было и виду подать. Ведь я же мог и ошибиться. Вы должны были пройти все туры самостоятельно, без моей помощи.

Нет, нет, не беспокойтесь. Даю вам слово чести: я ни разу не вмешался в процесс. Можете быть абсолютно уверены, что вы прошли честно, согласно условиям приема. Я не мог позволить себе такого, это было бы непрофессионально.

Вы спросите, коллега, возникали ли у меня сомнения?

Конечно, возникали, но ведь они и у вас были. Вы же хотели от нас уйти, хотели перейти к нашим конкурентам. Это были трудные моменты. Я начал колебаться, не ошибся ли я, может, я вас неверно оценил?

К счастью, в последний момент вы опомнились — сегодня вы понимаете, что это было испытание, да, коллега? Только и всего, и не надо в этом усматривать какие-то подтексты.

Ну, а теперь все уже позади, испытаниям и сомнениям пришел конец.

Теперь уже почти все ясно. Я очень, очень рад, что так все закончилось.

ММ. А как я рад! Это чрезвычайно приятная неожиданность, и я хочу вас за все поблагодарить.

Для меня это огромная честь.

ПМ. Не надо, дорогой коллега, не говорите так.

Это только ваша заслуга. Мир не всегда честен и справедлив, но существуют места, где усилия и заинтересованность еще ценятся.

Помните, коллега, какой вопрос вы мне задали во время нашей первой встречи?

ММ. Конечно, помню.

Я спросил, в чем будет заключаться моя работа?

ПМ. Вот именно. А помните, что я вам ответил?

ММ. Что это очень интересный вопрос.

ПМ. Потому что это действительно самый главный и самый интересный вопрос.

ММ. Вы говорили о вещах, которых я не понимал.

Я этого до конца жизни не забуду. Вы сказали, что большая расточительность — принимать человека на определенную должность: с конкретными задачами справиться нетрудно, это любой сумеет.

Вы сказали, что настоящее искусство — работать без конкретных задач и самому ставить перед собой эти задачи.

ПМ.

Я и сегодня мог бы это повторить. Только дураков берут для того, чтобы продавать, покупать, рекламировать, носить, открывать. Таких людей сотни.

Нам нужно нечто другое, речь идет о развитии.

Развитие нельзя запрограммировать, оно должно возникнуть само по себе.

Тогда я вам сказал только это, сегодня вы узнаете кое-что еще.

Впрочем, коллега, вы сами отлично понимаете, что я имею в виду, не так ли?

ММ. Мне так кажется.

ПМ. Вот именно, речь идет о новых способах, о новых путях, об их создании.

Вы уже хорошо знаете НАШУ КОРПОРАЦИЮ?

ММ. Мне кажется, да. Я работал в разных отделах НАШЕЙ КОРПОРАЦИИ, ездил по стране, даже побывал за границей.

ПМ. Отлично, ну и что вы думаете о НАШЕЙ КОРПОРАЦИИ, коллега?

ММ. Я уже говорил и написал в отчете: что она приобретает все большую популярность на рынке. Мы уже вышли на третье место и активно развиваемся.

ПМ. Коллега…

ММ. …и скоро выйдем на второе место. Я думаю, необходимо интенсифицировать продажу отдельных видов продукции. Мы выходим в лидеры по продовольственным товарам, но с промышленными товарами дело обстоит хуже.

ПМ. Оставьте, коллега, о таких вещах можно прочитать везде.

Я спрашиваю, что вы думаете о НАШЕЙ КОРПОРАЦИИ, что вы сами думаете?

ММ. Я? Ну… я думаю, что все хорошо.

ПМ. Еще.

ММ. …но могло бы быть лучше.

ПМ. Что еще?

ММ. Я думаю, мы допустили кое-какие ошибки, но…

ПМ. Но?

ММ. …но их можно исправить. Вот только люди… как бы это сказать… Им это не очень важно.

ПМ. Вот именно.

ММ. По некоторым показателям конкуренты нас опережают. Я задумался, почему?

ПМ. И?..

ММ. И решил, что это из-за людей.

ПМ. Люди, люди, люди.

Вы знаете, коллега, что такое люди сегодня?

Я вам скажу: это огромная масса, стадо. Они сами не знают, чего хотят.

Спросите их. Они будут говорить о любви, счастье, семье.

А значат ли что-нибудь эти слова, скажите вы мне, коллега, имеет ли это хоть какое-нибудь значение?

ММ. Однозначно я затрудняюсь сказать.

ПМ. Никакого значения, понимаете? У этих людей нет направления, цели, пути, ничего нет, это вам понятно, коллега?