Токарь
Шрифт:
Генерал едва сдержался, чтобы не продолжить спор. Он сильно хотел ответить и доказать Глошану вель Гану, что тот — конченый предатель, который собственноручно убил их отца, но посмотрел на шныряющих по коридору солдат и лишь сухо выдал:
— Есть ещё вопросы по делу, командующий Шестым флотом?
— Никак нет, генерал, — так же сухо ответил брат.
— В таком случае я откланяюсь. Меня ждут на мостике. Советую и Вам не тратить время на разговоры.
— Как пожелаете, генерал, — Глошан вель Ган нарочито поклонился и отключился.
«Не будь он хорошим полководцем — давно исключил бы из состава командования», —
***
Десять лет назад
Челнок аккуратно приземлился на посадочную площадку фамильного замка семьи Ган. Молодому сыну герцога сегодня присвоили звание капитана тяжёлого крейсера класса «Айкирия» — самого нового вида. Церемония посвящения новоиспечённых командиров (вместе с ним повышение получили ещё четырнадцать) прошла за закрытыми дверями на флагмане Второго флота: линкоре «Ушаяо». В то время ещё средних лет командующий флотом Кришд ван Симол рассказал молодым офицерам о новой эпохе, которой пора настать в стране.
— Нынешний, восемнадцатый Император не оправдал нашего доверия! Он погружает страну в коррупцию и беззаконие! — вещал тогда с трибуны перед офицерами командующий. — Хватит это терпеть. Я призываю вас, молодых и незатуманенных разумов, присоединиться к нам. Когда мы с вами придём к власти, то продолжим политику Шестнадцатого и создадим светлое будущее для наших детей!
Полное выступление произвело на капитана Торана вель Гана огромное впечатление. Он давно видел в своём генерале чуть ли не идола, а сегодняшняя речь заставила парня убедить в том, что он готов пойти за Кришдом ван Симолом до конца. Поэтому молодой офицер возвращался домой в воодушевлённом настроении и сгорал от нетерпения, чтобы обсудить услышанное с отцом и старшим братом. Только вот погода подводит: густые тучи и сильный ветер не слишком подходят под праздничное настроение.
Когда двери челнока открылись, Торан вель Ган напрягся: на посадочной площадке не было ни души. Обычно прибывших всегда встречала прислуга. На капитана напал мощный поток ветра, отчего стало не по себе, а стоявшие по периметру деревья издали жуткий свист. Родной замок такой погодой казался не очень приветливым: высокие шпили, тёмно-серые стены и… Полное отсутствие света в окнах. Что случилось? Проблемы с электричеством? Такое могло возникнуть из-за бушующей стихии, но всегда оставались ещё свечи и несколько запасных генераторов.
— У меня плохое предчувствие, господин, — прошептал стоявший по правую руку телохранитель в чёрной броне. — Я рекомендую вам остаться в челноке и дать моим людям обследовать территорию.
— Нет, — гуинбо поправил свой синий мундир. — Чего мне опасаться в собственном доме? Здесь должны быть не только брат с отцом и их телохранителями, но и охрана нашей семьи. А её, если ты забыл, сто гуинбо. В случае происшествия со мной успели бы связаться. Возможно, слуг просто пожалели и разрешили не торчать на улице в такую погоду. Идём.
— Так точно, господин, — прямоходящий крокодил опустил голову. — Но разрешите хотя бы выставить прямоугольную защиту.
— Эх, хорошо.
Отряд телохранителей в чёрной броне мигом занял свои позиции: по двое спереди и сзади, по одному справа и слева.
Капитан с отрядом прошёл уже через весь сад, но до сих пор не
Возле главного входа тоже никого не оказалось. Вот это уже напрягало, ведь здесь всегда стояла охрана. Будущий герцог осмотрелся по сторонам: сердце начинало биться сильнее. А ведь это не Великая Игра, где можно умереть и возродиться через полчаса. Хочется попросить своих телохранителей пойти и проверить, что там внутри замка, но нельзя. Что подумают отец и брат, когда туда ворвутся солдаты? Первый снова назовёт своего сына трусом из-за чрезмерной осторожности, а второй, как всегда, неодобрительно покачает головой. Ну уж нет! Нужно быть уверенным в собственных силах.
Будущий герцог попросил стоящих спереди телохранителей открыть двери и первым вошёл внутрь. Стояла тишина. И повсюду лежали тела. Мир вокруг Торана поплыл, а содержимое желудка попросилось наружу. На раскрашенном в бело-чёрные квадраты полу валялись все: телохранители отца, прислуга, солдаты семьи Ган. Капитан посмотрел под ноги. Прямо перед ним лежал со стекающей изо рта струйкой крови семилетний сын поварихи. Торан ведь только вчера дарил ему книжку…
У капитана навернулись слёзы и закружилась голова. До этого он видел только трупы незнакомых ему гуинбо, а сам уничтожал корабли. Одно дело взорвать летающую железяку и не видеть лица её экипажа, а совсем другое — смотреть на бездвижные тела своих знакомых и друзей. Сзади послышался звук вскидывания оружия и снятие его с предохранителя.
Торан вель Ган поднял глаза. На верхушке широкой лестницы появился Глошан в своей чёрной броне и шлемом в руке.
— Брат? — сквозь плачь спросил капитан. — Что здесь произошло?
Вместо ответа Глошан лишь поднял руку. Из всех дверей и с балкона второго этажа появились с наведёнными винтовками солдаты в красной броне и закрытыми шлемом лицами. «Эта форма… Телохранители брата?!» — сообразил Торан. Охрана капитана в миг окружила своего хозяина и направила оружие в ответ.
— Что всё это значит? — растерянным голосом спросил младший вель Ган. — Где отец?
— Он мёртв. Я лично убил его, — спокойно, холодно отозвался брат. Его голос эхом прокатился по всему холлу.
— Пов… Повтори, — Торана бросило в дрожь.
— Господин, — шёпотом начал главный телохранитель. — Их в четыре раза больше, чем нас.
— Ты всё слышал, — таким же спокойным голосом сказал Глошан. — Если не хочешь отправиться следом, то прикажи своим гуинбо сложить оружие.
У капитана стал ком в горле. Что происходит?! Почему брат несёт такую чушь?!
— Два раза повторять не буду.