Точка обмана
Шрифт:
— Давайте посмотрим, как вы будете сидеть, сенатор. Секстон направился в студию, но Гэбриэл успела предупредить его.
— Я знаю, о чем выдумаете, — прошептала она, — но, ради Бога, будьте умницей. Не хватайте через край.
— Через край? — улыбнулся Секстон.
— Не забывайте, эта женщина делает все очень хорошо. Сенатор многозначительно подмигнул:
— Я тоже.
ГЛАВА 21
Напоминающий огромную пещеру главный зал хабисферы НАСА в любом месте планеты показался бы чрезвычайно странным зрелищем. И то, что он находился среди арктических льдов, никак не заслоняло его фантастичности.
Глядя
По ледяному полу в разных направлениях вились, словно змеи, резиновые дорожки. Будто мостики, они соединяли между собой бесконечные, заполнявшие все пространство научные приборы и комплексы оборудования. Среди леса электроники усердно трудились тридцать — сорок сотрудников НАСА. Одетые в белое люди оживленно переговаривались, возбужденно обсуждая что-то. Рейчел сразу поняла настроение, царившее в зале. Оно было вызвано творческим волнением, радостью открытия.
Вместе с администратором Рейчел отправилась вдоль периметра зала. От нее не укрылись удивленные и откровенно неодобрительные взгляды тех, кто узнал сотрудницу НРУ и дочь известного сенатора. В гулком пространстве отчетливо раздавался шепот:
— Это что, дочка сенатора Секстона?
— Какого черта она здесь делает?
— Трудно поверить, что Экстрому не противно с ней разговаривать!
Рейчел не удивилась бы, увидев здесь изрезанные портреты своего отца. Однако тут ощущалась не только враждебность, но и настроение победителей, упивающихся своим превосходством, точно все твердо знали, кто на сей раз будет смеяться последним.
Администратор подвел гостью к ряду столов, из которых лишь один был занят: за ним сидел человек, погрузившись в работу на компьютере. Он был одет в черную водолазку, вельветовые, в широкий рубчик, брюки и тяжелые ботинки на толстой подошве. В отличие от остальных он не утеплился соответственно обстоятельствам. Человек сидел спиной к подошедшим.
Администратор попросил Рейчел немного подождать, а сам подошел к нему, начав что-то объяснять.
Послушав с минуту, человек в водолазке кивнул и начал выключать компьютер. Администратор вернулся к гостье.
— Дальше вас поведет мистер Толланд, — пояснил он, — он тоже завербован президентом, поэтому вы поладите. А я присоединюсь к вам позже.
— Спасибо.
— Надеюсь, вы слышали о Майкле Толланде?
Рейчел пожала плечами, не переставая с интересом рассматривать все вокруг.
— Имя не слишком известное.
Человек в водолазке подошел, широко улыбаясь:
— Не слишком известное? — Голос звучал дружелюбно. — Это лучшая новость, которую я услышал за весь сегодняшний день. Но похоже, я уже утратил способность поражать с первого взгляда.
Рейчел взглянула налицо подошедшего и едва не потеряла дар речи. На нее смотрел красивый, спортивного вида мужчина, которого просто невозможно было не узнать. Его в Америке знали все.
— Ох! — не сдержавшись, произнесла она, пока ученый пожимал ей руку. — Так вы тот самый Майкл Толланд!
Когда президент сказал Рейчел, что собрал для подтверждения открытия авторитетных независимых ученых, она представила себе четырех старых зануд с программируемыми калькуляторами в руках. Но Майкл Толланд был совершенно иным. Один из самых известных людей в мире науки, он вел
— Мистер Толланд… — промямлила Рейчел растерянно. — Я — Рейчел Секстон.
Толланд одарил новую знакомую обворожительной, слегка плутовской улыбкой.
— Привет, Рейчел. Зови меня просто Майк.
Рейчел удивлялась собственной скованности. Это вовсе не было ей свойственно. Очевидно, давали себя знать и напряжение перелета, и обилие впечатлений: хабисфера, метеорит, обстановка секретности и вот наконец встреча нос к носу с этим телевизионным красавцем и умником.
— Честно говоря, я очень удивлена тем, что вы здесь, — призналась она, стремясь обрести привычную уверенность в себе. — Когда президент сказал, что набрал независимых ученых для подтверждения истинности открытия НАСА, я представила…
Она заколебалась, стоит ли продолжать.
— Настоящих ученых? — снова широко улыбнулся Толланд.
Рейчел покраснела, поняв свою оплошность и смутившись еще больше.
— Я не это имела в виду.
— Не волнуйтесь, — успокоил ее Толланд, — с самого приезда сюда я только и слышу подобные слова. А ваш отец — сенатор Секстон?
Рейчел молча кивнула. Ей очень хотелось добавить «К сожалению».
— Шпионка из лагеря Секстона за линией фронта?
— Линия фронта далеко не всегда проходит там, где кажется.
Повисло неловкое, тяжелое молчание.
— Ну так объясните же мне, — попыталась исправить положение гостья, — что делает знаменитый океанограф здесь, на леднике, в компании космических исследователей НАСА?
Толланд издал странный, больше всего похожий на хихиканье звук.
— Честно говоря, один парень, очень похожий на президента нашей страны, попросил сделать ему одолжение. Я уже открыл было рот, чтобы смело отказаться и произнести «Пошел ты к черту!», но вместо этого почему-то проблеял «Хорошо, сэр».
Рейчел рассмеялась почти весело — впервые за все утро.
— Значит, мы из одного клуба.
Хотя обычно знаменитости в жизни оказываются ниже ростом, чем их себе представляешь, Майкл Толланд выглядел, напротив, высоким. Карие глаза смотрели так же живо, пронзительно и страстно, как и с телеэкрана, а голос звучал настолько же тепло и заинтересованно. Прямые непокорные черные волосы падали на лоб, заставляя его время от времени совершать быстрое характерное движение рукой. На вид этому человеку было лет сорок пять, причем он явно не проводил жизнь на диване: спортивный, подтянутый и энергичный облик определенно свидетельствовал о противоположном. Резко очерченный, сильный подбородок и свободные манеры говорили об уверенности в себе. Пожимая его руку, Рейчел не могла не отметить, что ладонь телезвезды не мягкая и изнеженная, как можно было бы ожидать, а плотная, мозолистая и сильная, куда больше подходящая моряку и полевому исследователю.