Тьма
Шрифт:
* * *
ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ КЛИНИКА. 7 сентября 2015 года.
— Ба…
— Тебе вредно говорить. Доктора запретили. Наберись сил. Всё хорошо. Мы контролируем ситуацию. Ничего чрезвычайного. Спи.
— Хоро…шо.
Императрица-Августа прикрыла глаза, вновь проваливаясь в сон. Императрица-Мать просто перекрестилась. Господи Боже, сделай так, чтобы девочка выжила. Она так нужна своим подданным. Никто без неё не вытянет эту страшную ношу…
* * *
ОСТРОВ
Мария Первая растирала онемевшие ноги. Здоровье резко ухудшалось. Ей становилось всё хуже, невзирая на все усилия врачей и техники. Не покушение ли? Или просто старость? Доктора не говорят. Следственный Комитет занимается, и СБД занимается, и Имперская СБ, но… Сколько ей осталось? Доктора даже под пытками не скажут точно. Может и сами не знают. А может считают, что ложь во благо. Во благо ли государства? Знать бы…
Сообщать ли подданным, что Маша пошла на поправку? Тут непросто. С одной стороны, это оздоровит обстановку и подкрепит лояльность элит. С другой, если что пойдёт не так, то может начаться форменная паника…
А медицина пока даёт очень осторожные прогнозы. Состояние стабильно тяжёлое и насколько это самое «стабильно» стабильно пока ответить не берутся.
Плохо.
Даже если абстрагироваться от всего прочего, Вовка пока явно не готов быть Императором. Ни внутренне, ни внешне. Нет пока у него той харизмы, какая есть у его матери. Или у того же Мишки. Даже Динка сплошная властная обаяшка. А Вова вот пока не дозрел до восторга масс.
А это опасно.
Ведь пока всё держится на самой Императрице-Матери, но молодёжь бурлит и сама Мария Первая отнюдь не символ их ожиданий перемен.
Это объективно и очевидно.
Доклады спецслужб это ясно показывают.
Что касается сообщения о поправке здоровья Машеньки, то тут и масса других нюансов. И связанных с этим проблем. Обрадовать подданных можно, тут слов нет, новость радостная и улицы по всей Империи наполнятся ликующими верноподданническими толпами. А вдруг, не приведи Господь, состояние ухудшится и случится страшное? Тут же пойдут разговоры, что нашу прекрасную любимую Марию просто убили! Придушили ли подушкой или сделали инъекцию — это совершенно неважно. Версий будет много. И та же самая, сегодня ликующая толпа, завтра выйдет на улицы и снесёт власть к чертям.
И Империю заодно.
Никто не будет разбираться, а верить официальным сообщениям никто не будет.
И на этом всё.
Мария всё же нажала кнопку вызова под столом. Возник адъютант.
— Слушаю ваших приказаний, Ваше Величество.
— Олег, позови-ка ты всё же докторов…
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. МАЛЫЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. 8 сентября 2015 года.
— Что читаешь?
Динка зевнула и перевернулась на спинку, глядя в потолок.
— Фигню всякую. Рецептики. Люблю гурманов.
— С чего?
Зевок:
— А они вкусные. Потому
* * *
ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ КЛИНИКА. 8 сентября 2015 года.
Вовка поцеловал спящую обессиленную мать в щеку.
Он сидел тут уже три часа, глядя на неё. Пора уходить. Доктора уже четыре раза приходили и просили не беспокоить пациентку. Да и дел полно. Но, не мог себя заставить уйти. Никогда даже не думал, как мать ему дорога.
— Поправляйся, мам. Я жду тебя. Мы все тебя ждём. Люблю тебя…
* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
Миросеть. Вит. Халзанов. Авторский канал. 08.09. 2015 г.
Верная седмица 2015-го.
Кому и как благопристойно
Вести и открывать уста
Мы уяснили в век спокойный
До этой осени листа.
Прорыв студенческий к свободе
Был спешен — как весны глоток,
Когда сентябрь шалобродя
Лил в старый Ликос красный сок.
По всем пределам клокотала
Лояльность юная и честь
Когда Царица умирала
И слал убийца злую весть.
Дельцы и генералы встали,
Иные ликовали зло.
А молодые умирали
Что б время лучшее пришло,
За Родину, Императрицу,
За право Верить, право Знать,
Что б в всевидящих столицах
Нам научились доверять.
Нам эту страстную седмицу
До смерти нашей не забыть,
Ушедшему — не возвратится
Мы не боимся говорить.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. МАЛЫЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. 8 сентября 2015 года.
Понятно, что и речи быть не могло о том, чтобы нас с Динкой вообще допустили на Остров, не говоря уж о доступе в личные палаты Государыни. Это было исключено. Да и что бы я ей сказал? Ерунду какую-то. Разве в этом вопрос? Она нужна всем вот и всё.