Тьма
Шрифт:
— Почему ты решил, что это имеет отношение?
Стэн закатил глаза. Всё-таки спать с ней куда приятнее, интереснее и даже познавательнее, чем разговаривать.
— Садись в машину, поехали! — бросил он и плюхнулся на водительское сиденье, хотя «Шевроле» принадлежал супруге.
— Ладно, как угодно, — пробурчала она, привыкшая к такой реакции мужа, и устроилась рядом.
Зарокотал мощный двигатель, и автомобиль задним ходом выбрался на дорогу, после чего довольно быстро двинулся по пригородной улице. А уж когда он оказался на шоссе, то и вовсе
— Не гони так! — недовольно сказала Карен. — За нами что — сам дьявол гонится?
— Может быть, — ответил Стэн, ни на йоту не уменьшив нажим на педаль акселератора.
На электронном спидометре горела цифра 93, когда неожиданно мелькнула синяя вспышка — настолько яркая, что Харрисоны рефлекторно зажмурились.
— Что за чёрт?! — воскликнул Стэн, ударив по тормозам.
Завизжав шинами, «Шевроле» клюнул носом и его начало заносить. Поняв свою ошибку, водитель прекратил торможение и, выправив машину, уже плавно остановил её на обочине.
— Что это было? — спросила Карен, обернувшись назад.
— Не знаю… — ответил он. — Молния, наверное…
— Так дождя нет…
— Ну, значит, что-то другое, — Стэн изо всех сил старался придать лицу и голосу спокойное выражение, однако внутри его зарождалась паника. Он не рассказывал жене про то, что случилось с фургоном тогда, за городом, равно как и про синее свечение. Но от себя этого скрыть не мог.
Харрисон взглянул в зеркало, потом посмотрел по сторонам — казалось, ничего не изменилось.
«Может, пронесло?» — с надеждой подумал он.
— Так мы едем или нет? — вывела его из оцепенения Карен.
— Да… — кивнул он, сглотнув, и снова вывел машину на дорогу. — Да, едем.
Кейт сидела возле окна и задумчиво смотрела на улицу. Снаружи уже начало темнеть. Не считая редких автомобилей, проезжавших мимо, никаких признаков жизни на улице не присутствовало.
— Ты какая-то молчаливая с тех пор, как уехала Линда, — сказал приблизившийся Джек. Он подошёл тихо, но девушка видела его отражение на стекле и потому не вздрогнула.
— Просто мне не хочется ни говорить, ни делать что-либо, — ответила она. — Иногда на меня такое находит. А сейчас — сам Бог велел.
— Я тебя понимаю, — он нежно обнял её за шею.
— Этот день начинался так прекрасно… — она откинулась назад, наслаждаясь его незатейливым, но очень приятным массажем. — Но в один миг стал одним из самых плохих.
— Да, — кивнул он. — Сегодня у нас ничего не вышло. Однако будут и другие дни.
— Я знаю, — промолвила Кейт. — Пока же я хочу побыть одна. Извини, Джек.
— Ничего страшного, — он ещё немного поласкал её шею, чувствуя приятную упругость мышц, после чего сказал: — Тогда я тебя оставлю и пойду, пожалуй, спать.
— Так рано? — удивилась она. — Ты же полуночник.
— И всё-таки меня клонит ко сну. Наверное, после всего случившегося… В общем, можешь делать, что вздумается — мой дом в твоём полном распоряжении.
— Пожалуй, я что-нибудь
— Как будет угодно. А я сейчас отключусь, ей-богу, — зевнул Тейлор.
— Приятных снов, — с улыбкой произнесла она, и они поцеловались — без страсти, но очень нежно и немного печально.
Кейт расположилась в кресле в гостиной, подогнув под себя ноги, и смотрела фильм по видеомагнитофону. Правда, точнее будет сказать — дремала под него.
Внезапно девушка резко подскочила на месте и осмотрелась по сторонам. Взгляд её упал на часы, и она поняла, что всё-таки заснула и проспала почти два часа — сейчас было уже без пятнадцати двенадцать. Протерев глаза, она посмотрела на экран и поняла, что именно её разбудило. Фильм ужасов, в котором очередная жертва, видимо, чересчур громко крикнула.
«Странно, — подумала Кейт, — я же вроде бы мелодраму смотрела».
За исключением телевизора, никакого освещения не было, хотя до того, как девушка заснула, рядом горела лампа. Когда она успела погаснуть или кто её выключил? Может, это Джек пошутил, заодно сменив кассету «Красотка» на «Ночь демонов»? Нет, вряд ли. Он не стал бы так глупо развлекаться, особенно сейчас. Что же тогда?
Тут Кейт осознала, что не может заставить себя пошевелиться. Казалось, любое её движение, пускай даже самое незначительное, не останется незамеченным для чего-то, находящегося позади кресла и только ждущего подходящего момента.
Ладони мгновенно увлажнились. Будто назло, в фильме как раз началось «самое интересное». Это действительно интересно, когда ты веришь в то, что ничего подобного не может быть в реальной жизни, а вот когда тебе взаправду пришлось столкнуться с чем-то ужасным…
На экране миловидная девушка спасалась бегством от некогда более-менее симпатичной, а теперь чудовищно изменившейся «подруги» в мрачном чёрном платье, которая, казалось, не шла, а плыла за своей жертвой. Эта сцена ещё больше распалила и без того разыгравшееся воображение Кейт. Она посмотрела на пульт, небрежно оставленный ею в паре футов от себя на столике. Очень близко, но, чтобы его взять, придётся сдвинуться с места. Она понимала, что так или иначе нужно что-нибудь делать, или останется лишь просидеть здесь до утра.
Глубоко вздохнув, Кейт резко схватила пульт и выключила телевизор. Обезображенное лицо исчезло, и комната погрузилась во мрак. В темноте лишь продолжал светиться дисплей видеомагнитофона, отсчитывающий время фильма.
«Ты не одна, — сказала девушка самой себе. — Здесь ещё есть Джек. Ну, не совсем здесь — он на втором этаже, но всё же. Поэтому вставай и давай наверх. Оттого, что ты будешь сидеть здесь, тебе лучше не станет. Ну, пошла!»
Она встала, борясь с диким желанием броситься бегом и стараясь не смотреть по сторонам. Шаг, второй, третий. Очень скоро девушка оказалась возле лестницы и принялась подниматься по ней. Оказавшись на втором этаже, она впервые позволила себе посмотреть вниз — туда, откуда пришла.