Тьма близко

Ночкин Виктор

– Я думаю, мы уже близко, – негромко произнес Килгрик. – Только бы не заблудиться в этих ущельях. Кто знает, куда приведет тропа? Вовсе не обязательно к лагерю. Я надеялся, мы увидим зарево пожара и оно укажет путь.

– Палатки не могут гореть долго.

– Это верно. Но куда же теперь?

Тропа исчезла, скрылась в густых тенях, которые отбрасывали отроги Лунного пика. Охотница с мальчиком стояли на дне ущелья.

– Нужно вскарабкаться на кручу и поглядеть сверху, – решила Элис.

Но те скалы, что были повыше, оказались слишком круты. Оставалось брести по ущелью и

надеяться, что оно выведет в нужную сторону. Нетерпение, владевшее Элис и заставлявшее спешить, иссякло, уступив место усталости, колено болело… Охотница шла совсем медленно, а Килгрик, хотя и пыхтел, и время от времени принимался жаловаться, больше не отставал. Близился рассвет, небо светлело на глазах, и после очередного поворота ущелья над скалами показался дым. Ветер принес легкий запах гари. Элис слишком обессилела, чтобы снова торопиться.

– Стоять! – прогремело над головой. – Не двигаться! Вы у меня на прицеле!

Элис замерла, озираясь в поисках кричавшего.

– Медленно подними руки, я хочу видеть, что ты без оружия! – потребовал незнакомец.

Элис поняла, что он кричит сверху. Засаду устроили на скале. Кто это? Победители или убежавшие после разгрома имперцы? Или лагерь удалось отстоять, и враги теперь преследуют бегущих воинов Гринта?

– Это я, Алисия! – крикнула она, заранее примериваясь, за какой бы камень отпрыгнуть, если тот, кто наверху, захочет стрелять. – Охотница!

– Госпожа Алисия! – с неподдельной радостью выкрикнул незнакомец. – Нашлась! Жива! Идемте скорее, господин Гринт места себе не находит из-за вас!

На скале поднялся человек, его черный силуэт отчетливо прорисовался на фоне начавшего светлеть неба. Блестел стальной шлем, в руке воина был арбалет. Он стал спускаться по склону, из-под сапог сыпались потоки мелких камешков.

– Госпожа Алисия! – повторял он. – Уж как обрадуется господин Гринт! А то места себе не находил, так волновался, так волновался!

Когда воин сбежал вниз, Элис его узнала – он нес стражу в замке Фиоро, один из тех, кто предлагал ей флягу.

– Мы победили? – спросила она.

– Да, госпожа. Но только какая победа… лагерь оказался пустышкой. Вернее, толпу пленных мы взяли, еще больше разогнали, да только это новобранцы. Им в бою грош цена, так-то! Но идемте, идемте! Господина Гринта обрадуем скорее.

Солдат спешил, торопил Элис, а она еле ковыляла следом за ним. Сразу навалилось все: и усталость, и боль в колене. Пока нужно было торопиться, спешить присоединиться к отряду Гринта, она держалась, но теперь едва переставляла ноги. А Килгрик даже за ней, едва бредущей, уже не успевал.

Под болтовню стражника они прошли по дну ущелья, миновали нагромождение валунов, и открылся вид на долину. Чадили догорающие палатки, среди костров бродили конные и пешие солдаты, к начинающему светлеть небу тянулся дым, повсюду лежали тела, белые рубахи имперских солдат, застигнутых во сне, отчетливо выделялись в сумерках. По этому мрачному полю, засеянному смертью, разъезжали всадники, тут и там группы пленных собирали мертвецов, волокли куда-то, за ними присматривали аднорцы.

Гринт отыскался в середине разоренного лагеря. Он оглядывал с седла картину разрушения.

Элис не могла видеть его лица в тени под забралом, но могла поклясться, что он сейчас хмур. Завидев, кого привел его дозорный, начальник стражи соскочил на землю и бросился к Элис, вздымая стальными поножами тучи пепла.

– Госпожа! Жива! – выкрикивал он. – Слава Предтечам, жива!

Подскочив, он ухватил Элис и больно стиснул ее плечи латными перчатками.

– Полегче, эй! – возмущенно взвизгнула Элис. – Я жива, но если будешь так меня тискать, то я недолго продержусь на этом свете!

– Прошу прощения, – второй раз в жизни Элис видела улыбку хмурого воина, – не сдержался. Но как? Что произошло? Как вам удалось найти дорогу в пещерах?

– Махрин оказался предателем, – избегая пересказывать подробности, ответила Элис. – Он заманил нас с Килгриком в ловушку. Мы вырвались.

– А Махрина убила гарпия, – вставил Килгрик. – Госпожа прикончила тварь, но…

– Да, мы выбрались из пещеры вслед за Махрином, – перебила его Элис, – но нашли гарпию, которая закусывала этим предателем. К счастью, с нами была королевская Охотница, и твари Тьмы нам не страшны. А что произошло здесь? Мы победили?

Гринт широко махнул рукой, указывая разгромленный лагерь.

– Невелика честь – разогнать крестьян, которым едва-едва объяснили, с какой стороны у копья наконечник. Пленных взяли сотни две, но они сами ничего не знают. Их привели в лагерь для обучения. Совсем недавно, среди них не нашлось ни одного, кто здесь больше недели.

– Значит, обученные копейщики понадобились, – кивнула Элис.

– Вот именно. Может, имперская армия уже перешла границу в Легвольде? Вон там стоят загруженные повозки. Они ждали утра, чтобы выступить. Фураж, заготовленный в лагере, уже начали вывозить. Мы опоздали.

– Ничего, здесь еще много оставалось, – заметил Килгрик, тыча пальцем в чадящие кучи пепла, оставшиеся от сгоревшего сена.

– М-да. Алисия, мы не сможем возвратиться прежним путем через пещеры. У нас есть две возможности. Двигаться вдоль хребта на север и, возможно, встретиться со всей имперской армией… или возвращаться в Аднор через перевалы и потерять два дня на дорогу через горы и третий – на марш от Толгора в лагерь его величества. Если имперцы уже двинулись через границу, королю будет очень недоставать нашего отряда.

– Ты советуешься со мной? – удивилась Элис.

– Я думаю вслух, если хочешь, – буркнул Гринт. – Но добрый совет не помешает. Возвращаемся длинной дорогой через перевалы – потеряем время. Пойдем по имперской территории – рискуем повстречаться с их главными силами. Нас раздавят.

– Не понимаю твоих сомнений. Двинем на север и будем осторожны.

Гринт кивнул. Спустя мгновение он уже ехал по лагерю и орал, раздавая распоряжения: отозвать дозоры, готовиться выступать.

«Бедный Гринт», – подумала Элис. Он уже успел смириться с гибелью Охотницы, которую поклялся беречь. Возможно, этот отчаянный марш с тремя сотнями копий по вражеской земле – его попытка как-то искупить вину? А каково было ему решиться сейчас, когда Элис нашлась! Трудно живется тем, кто отвечает за других… и как трудно сейчас Гильмерту…