Тьма близко
Шрифт:
– Что случилось? Запугивать меня вздумала, соплячка? Сперва лошадей пугать, а потом и вовсе их резать? Ты где была этой ночью? А днем, около полудня? Тебя здесь не видели! На мое подворье лазила?
– Успокойся, Махрин, – прозвучало рядом, и на пороге кухни возник хозяин постоялого двора. – Я не позволяю обижать моих постояльцев, ты же знаешь. Но ты не постоялец, на тебя это правило не распространяется. Если молодой даме захочется проткнуть тебя мечом, я не стану препятствовать. Может, ты не слышал, она тварей Тьмы убивает, так что тебя ей прикончить – раз плюнуть.
Гайвен не спеша прошел по залу и встал
– Значит, так, – неторопливо цедя слова, продолжил Гайвен, – сейчас ты принесешь подобающие извинения госпоже Алисии и только после этого можешь остаться здесь… если конечно, Охотница согласится с тобой говорить.
Последние слова сопровождались легким поклоном в сторону Алисии.
– Я… – начал Махрин, – того… погорячился, значит. Очень уж меня рассердили нападения на мое подворье. Прошу госпожу простить. Слова… не подумал, в сердцах сказал. Шесть коней… шесть коней убиты, лучший товар! Кто-то влез ко мне. Сперва днем переполох устроили, а сейчас и вовсе – лошади с разорванными глотками лежат! Ну и рассердился я. Прошу простить.
– Если госпожа позволит, – ответил вместо Элис Гайвен, – работников лучше отпустить, и моих, и твоих, а поговорить сподручней за столом. Присаживайтесь, я на кухне что-нибудь разыщу, чтобы беседе способствовало.
Работники были рады скрыться поскорее, им-то оказаться замешанными в хозяйскую ссору было совсем уж ни к чему. Махрин, все еще сипло отдуваясь, отошел к столу. Элис села первой, после этого и он опустился на лавку напротив.
Гайвен вернулся из кухни с кувшином и кубками, налил всем, исключая Килгрика, вина.
– Что, госпожа, изволите ли ответить почтенному Махрину, где вы провели сегодняшний день? Он что-то спрашивал насчет полудня.
– Ездила в деревню, где нашли дохлого селифа. Поговорила с местными, отобедала у предекта, – ответила Элис. – Видишь, Махрин, говорить правду легко и просто. Если бы ты не скрытничал, то и тебе было бы легко и просто. Сказал бы сразу, откуда та лошадь взялась – глядишь, не пострадал бы.
– Да что вашей милости в какой-то кляче? Я ж ее честно купил!
– Не кляча, а жеребец с аднорской конюшни. Мне все равно, я же не королевский конюх, но мне стало любопытно. Вот захотелось узнать – и все тут! Просто разобрало. Ну я и спросила. А ты грубишь королевским слугам, это грех. Светлые Предтечи такого не прощают. Да и кому ты жаловаться на разбой пойдешь? Королевскому судье? Так он же тебе не указ.
Купец опустил голову. Смысла происходящего он не понимал, но убытки-то были вполне реальные! Первый налет на его конюшню, случившийся в полдень, походил на предупреждение. Ночное нападение было уже нешуточной бедой… а что дальше? Как далеко зайдет его непонятный враг? Махрин боялся об этом думать. И кто его враг? Ведь не тощая девчонка с мечом? Не могла же она пробраться на подворье, зарезать лошадей? Тем более во время первого налета отсутствовала…
– Ладно, скажу. Есть такой человек, по имени Кадгал. Живет… не знаю, где он живет. Вроде в Легвольде… А, вспомнил! Точно, в пригороде Легвольда!
– Не в самом городе? – вставил Гайвен.
– В предместье, за городской стеной.
– Они там богатеют на торговле скотиной, –
– Я у него в гостях не был. Кадгал сам ко мне является, лошадей пригоняет на продажу, а иногда просит взять в табун, который идет в Империю, и продать там, – продолжил торговец. – Тогда мы прибыль делим.
– Похоже на сбыт краденого, – заметила Элис. – Если главный тракт проходит через Легвольд, там и продать проще, а?
– Да мне откуда знать! Я-то не краду! За эту лошадку я сразу рассчитался.
– И Кадгал поставил условие, чтобы жеребец был продан за горами? По ту сторону границы?
– Да зачем условия ставить, если я и так продаю только имперским! Там цены выше! В Легвольде на рынке ищите Кадгала, его легко узнать – на роже шрам вот такой, так и вот так.
Купец показал пальцем на щеке, какие длинные отметины на лице Кадгала.
– По-моему, ты облегчил душу, и Светлые Предтечи снова берут тебя под защиту, – вставил Гайвен. – Ступай домой, Махрин. Вот увидишь, теперь дела пойдут на лад.
Торговец поглядел на Элис. Та кивнула. Она почувствовала, что ее снова использовали, и не испытывала никакого удовлетворения от того, что успешно справилась с поручением. Гайвен служит принцу Гильмерту, это было известно с самого начала. И Гайвен знал, как выбить сведения из упрямого купца, не мог он только одного – прийти к Махрину и задать вопрос. И вот из столицы приехала любопытная дурочка – королевская Охотница. Она знает лошадей из аднорской конюшни, она может заинтересоваться жеребцом. А потом она уберется восвояси, и все забудется… Лишь в этом и заключалась ее, Элис, роль! Приехать, зайти на подворье к Махрину и задать вопрос! Всего-то навсего… Девушка ощутила обиду от того, что ее использовали в качестве прикрытия. Она ходила, куда велят, произносила слова, которые продиктовал Гайвен… Ох, как обидно и несправедливо, ведь Элис может куда больше! И она это докажет! Очень скоро!
Но Махрину, конечно, не было дела до душевных метаний Охотницы. Он низко опустил голову и тяжело потопал к выходу. Когда дверь за ним захлопнулась, Гайвен одарил Элис и Килгрика еще одной зубастой улыбкой:
– Отличная работа, ваша милость Охотница! Лучшего дознавателя принц прислать не мог. Уже завтра утром… то есть сегодня утром – его светлость узнает имя продавшего лошадь. С Кадгалом будет проще, я уверен. Он наверняка конокрад, поскольку сбывает лошадей через Махрина за границей. С ним можно будет не церемониться.
– Надеюсь, что так, – буркнула Элис.
– Ваша милость недовольны? Осмелюсь заметить, вы отлично справились! Я, с вашего позволения, посоветую выбросить эту историю из головы, выспаться, а завтра отправляться в Аднор. Может, успеете присоединиться к охоте на конокрада Кадгала. Хотя, скорее всего, принц не будет медлить.
– Да, – вспомнила Элис, – я же собиралась узнать насчет селифа! Как вам удается снять шкуру с твари Тьмы? У вас есть нож из лунного серебра?
– Как говорится, клин клином вышибают! – еще шире осклабился Гайвен. – Я использовал зубы другой твари. Вставил их в режущую кромку ножа, получил инструмент для разделки этих созданий. Зубы не гниют сразу, и потом у меня есть раствор, который замедляет распад.