Тизер
Шрифт:
Мимо проносятся подъезды и дома, стелятся жарким асфальтом внутриквартальные улочки. Оглядываюсь, снижаю на пару секунд скорость, чтобы рассмотреть преследователей. Парни гонят налегке, кроссовки, спортивные штаны и свободные руки имеют однозначное преимущество, перед моим рюкзаком, берцами и негабаритным луком. Вера в спринтерские способности проседает, появляется одышка, боль в ногах.
Мозг еще не успел подумать о том, как отделаться от хвоста, как руки на автомате впрягают стрелу в тетиву. Резко останавливаюсь, будто затянул ручной тормоз, разворачиваюсь с уже взведенной стрелой. Задержать дыхание
– Осторожно!
– кричит тот, что справа, за полсекунды до того, как ушла стрела.
Приседает, прижимается к дому. Наконечник разрывает воздух в месте, где он только что был, уносится далеко вперед. Замираю, снова кидаюсь в бегство. Это не в прямолинейных неписей стрелять, эти дорожат жизнями, по-настоящему хотят тебя уделать, и их больше. Нужно быть хитрее.
Смекалка не заставила себя долго ждать. Скрываюсь за углом дома, вдеваю стрелу, высовываюсь к врагам. Простейший фокус застал их врасплох, один реагирует округлившимися глазами, второй, увлекшись бегом, смотрит на мелькающие перед глазами кеды. Поднимает голову одновременно с выстрелом.
Чувство самосохранения успевает отдать команду на спасение, чел смещается вправо. Пока не понятно, попаду ли, но траектории движения расходятся. Прищуриваю глаза и наклоняю корпус в сторону, так делают, когда играют в гоночные симуляторы. Машиной на экране управляют кнопки, но самые впечатлительные считают своим долгом помочь войти в поворот наклоном корпуса...
В глаза вкрался двадцать пятый кадр. Что за фигня? Я на секунду лишился зрения, а вместо прущих на меня людей посмотрел какое-то секундное слайд-шоу: асфальт, девятиэтажки, темная фигура и расплывчатый пейзаж с красными пятнами. Зрение возвращается.
Пацаны остановились. Стрела пробила грудь, раненый рассматривает торчащее оперение, хлопает глазами. Второй пятится назад, наконечник следующей стрелы уже смотрит в его сторону. Не стреляю, пускай сваливает.
Уже успел подумать о том, что легко отделался от погони, когда услышал шум. Из-за поворота выскочили еще люди, человек шесть, может больше. Как минимум двое из них поднимают луки, остальные сжимают ножи, дубинки, копья. Через десять секунд они настигают отступающего спринтера. Толпа придает уверенности, и вот он снова ломится вперед под подбадривающие крики команды.
Один из лучников остановился, рука оттягивает тетиву, целится. Перевожу прицел на него, стреляю и, не дожидаясь результата, сваливаю. И снова глючит зрение, мелькаю картинки: улочка, беспорядочно расставленные фигуры, камера очень сильно наезжает на одну из них, просачивается насквозь. Последний слайд показывает продолжение пешеходной дорожки, справа лежит круглый предмет синего цвета. Мяч что ли? Последний слайд снова получился каким-то размазанным, вижу красные потеки и точечные капли. Зрение возвращается.
Полминуты передышки вернули часть сил, а вооруженная банда подкинула адреналинчика в кровь. Организм включается на все сто, бегу со скоростью гепарда, огибаю мусорный бак, перепрыгиваю лавочку.
Впереди улочка разветвляется, до крутого поворота направо остается не больше десяти шагов. Замедляю ход. Меня раздирает любопытство, хочется обернуться,
Толпа загораживает обзор. Не удается рассмотреть, куда именно прилетела стрела, но хватает, чтобы увидеть обездвиженное тело на асфальте, а справа от него - синий мяч...
Ноги и руки вернулись к бегу, а мысли остались у убитого лучника. Предпочел бы обдумать случившееся, сидя у потрескивающего камина, с бокальчиком красного, рассматривая ползущие по комнате дымовые кольца, но хотеть не вредно. Пазл сложился даже не смотря на колотящий по спине рюкзак, заживо сгорающие от жары ступни, ползущий по лицу пот и пулеметный бой сердца. Я. Могу. Видеть. Как. Летит. Стрела. Охренеть!
Моей прыти хватило ненадолго. Ору себе, что должен бежать, но мышцы не слушают. Сколько я еще выдержу такой темп? Десять минут? Пять? Минуту? Оглядываюсь. Ё-маё! Толпа разрослась, причем увеличилась раза в два. Вся эта история напоминает мне травлю школьниками сломавшегося лоха. Цирк устроили два-три самых матерых хулигана, а по ходу дела к ним подключается едва ли не вся школа. Даже самые примерные и тихие включаются в звериный забег, чтобы полакомиться крошками, повышающими самооценку. Здесь и сейчас их совершенно не парит то, что завтра они могут оказаться на месте лоха.
– Гони его! Это он! Держи суку!
Я не убегу. Придумываю новый план, ну как план - спасительную шлюпку, вместо капитанского мостика. Меняю маршрут.
Изможденное тело колесит по знакомым улицам, тянет за собой увеличивающийся хвост. Через пять минут выхожу на финишную прямую, каменные ноги несут меня к воротам в основную локацию, до передышки остается чуть больше сотни метров.
Ворота выглядят, как средневековый гарнизон. Составленные друг к другу отесанные стволы деревьев нелепо смотрятся на фоне бетонных строений и современной одежды охранников. Что здесь делают охранники?!
Цепь мужичков перекрывает проход, стоят на расстоянии вытянутых рук, их не сложно сосчитать - семь штук. Деваться больше некуда, либо к воротам, либо назад через толпу жаждущих зрелища.
Пару раз ходил мимо этого выхода, но ни разу не видел, чтобы тут дежурили. Не нравится это...
От стоящего по левую руку здания отделяется фигура. Хорошо, что успел заметить боковым зрением.
– На сука!
– замахивается длинной коричневой палкой.
Уйти уже не успеваю, прижимаю руку к корпусу, держу удар. По треску и разлетающимся осколкам понимаю: меня ударили коленом телескопической удочки. Жгучая боль, будто протянули хлыстом, растекается по руке. Сжимаю от нарастающей злости зубы, бью в ответку. Предплечье левой руки впечаталось в нос, щеку и глаз. Приложился от души.
Вытянутые носочки сандалей оторвались от земли. Судя по закатившимся зрачкам мужик потерял сознание еще в воздухе, лицо деформировалось, будто аллергическая реакция на пчелиный укус. На асфальт упал бесчувственный манекен. Похоже, с одного удара на респ отправил.
До цепочки охранников остается двадцать метров, тот, что посередине, останавливает меня вытянутой рукой. Перехожу на шаг, оглядываюсь. Преследователи тоже сбавили темп, понимают, что зверь в ловушке, наслаждаются моментом.