Тизер 2

Кочеровский Артем

Выхожу за ворота учебки. Усыпанная ромашками полянка отлично подходит для того, чтобы попрактиковаться вдали от чужих взглядов. Поехали!

Закинуть лук на спину, чтобы он сходу оказался в походном положении, оказывается не так просто. Древко норовит зацепиться за стрелы, а тетива передавить кожу около подмышки. Терпение и труд... нервы, блин, порвут... Безошибочно убрать и также быстро достать, получилось лишь спустя час, но постепенно руки начали понимать, что я от них хочу.

С мечом все оказалось проще. Запомнил пространственное расположение рукояти

и отверстия в ножнах, теперь достаю и прячу клинок, не глядя.

Апогеем тренировки стало комбо: достаю лук, стреляю, кувыркаюсь, убираю лук, кувыркаюсь, достаю меч. Первые попытки выполнить эффектную комбинацию напоминали падения пьяного бродяги: стрелы рассыпались по земле, сваливался рюкзак, тетива придавливала горло. Покинул поляну только после того, как трижды выполнил комбинацию.

... ... ...

Привык держать обещания, а значит возьму куриную похлебку даже за пять сотен рублей, ничего не поделаешь. Успокаивает то, что обдирают не за приправленную солью водичку. Платишь за качественный продукт – глубокую тарелку гущи с тремя кусками мяса и свежеиспеченную лепешку. Ничего подобного в жизни не ел, аромат специй сводит с ума, а насыщенный вкус заставляет подержать суп во рту перед каждым глотком.

Интенсивно молочу деревянной ложкой, параллельно слушая причитания поварихи. Дарья потеряла камень, что в простонародье называют «перечник». Матовый минерал красного цвета используют, чтобы придать специям дополнительный аромат и вкус. Камень закидывают в мешок с приправой и через шесть дней получают “прокаченные” специи. Пустая болтовня постепенно обретает грани квеста:

– Мирон, миленький! – пухленькие пальцы гладят по голове. – Сходи на полянку сожженных камней, а? Найди перечник для меня? Я в долгу не останусь!

– Теть, Даша..., – переворачиваю посудину, чтобы вылить в себя все до последней капли. – Обязательно схожу, но не сейчас. Есть дела поважнее. Спасибо, но мне пора!

В спину сыплются слова умаления, обещания бесплатных обедов, но я уже иду к водонапорной башне.

... ... ...

Александр Седой сидит на той же лавочке, крутит в руке прутик.

– Ну, что, подготовился?

– Вроде, да.

– Посмотрим, – дергает за рюкзак, ножны, лук. – Хорошо. Доставай свою железяку! Начнем!

Занятие длилось около часа, сорок минут из которого, Саня говорил. Ветеран не собирался делать из меня ниндзю, карающего врагов. Показал основы, объяснил правила игры.

Для себя резюмирую сказанное: лучше уклоняться и контратаковать, чем отражать удары и нападать первым; бить в уязвимые места – лицо, шея, открытые участки кожи или незащищенные броней; если придется бить в броню, то только колющими ударами, остальные – пустая трата энергии, по крайней мере, с обычными мечами; если поставил себе цель – убить врага, то убивай, как только появится возможность, никаких последних слов, покурить перед смертью или рассказать поучительную историю.

Сказал, что если буду делать упор на стрельбу из лука, то меч лучше заменить кинжалом.

Показал пару самых простых выпадов, уклонений и принципы отражения. Сказал, что мастерство придет с опытом, а когда я пойму, что познал азы, порекомендовал найти более искусного мастера. В этом кроется залог прогресса – теория и практика.

Не был бы дед Саша неписем, пообещал бы ему бутылку. Обхожусь привычным “спасибо”, ноги ведут к кузнецу.

Вместе с падением солнца приходит приятная свежесть, жизнь в учебке замедляется. Активность и пустая болтовня перетекают в домики, где зажигаются керосиновые лампы, свечи и камины.

Кузнец долго ходит вокруг да около, раз десять переспрашивает о том, понимаю ли я возможные последствия, предлагает повременить, а лучше – собрать команду, чтобы увеличить шансы на успех.

Я не стал ему грубить или ломать мировоззрение доводами, что они все здесь вымышленные персонажи и могут не бояться смерти, но фиг знает к чему бы это привело. Стойко выдерживаю сорок минут непрекращающегося натиска, и, наконец-то, получаю инфу – Пролл и его подопечные живут в лесу, дорога займет не больше двух часов.

Вдобавок к последним наставлениям получаю охапку стрел с блестящими стальными наконечниками и сверток с едой. В белой ткани, что похожа на наволочку, лежит вяленое мясо и булка черного хлеба.

... ... ...

Походный шум заметно снизился. Болтающийся рюкзак и хлопающие по спине стрелы больше не мешают улавливать порхание птиц и убегающих в чащу животных. Иду быстро, едва не выпрыгивая за пределы петляющей впереди тропы. Настраиваюсь на замес.

Не заметил, как перешел на бег. Убить два часа времени на дорогу – слишком жирно, преодолеваю прямые отрезки спринтами.

В голове крутились советы деда Саши, вертелись комбинации возможных выпадов и позиции для стрельбы в стесненных условиях, когда в полуметре что-то шелохнулось. Останавливаюсь.

Стрелы! Вторая пролетела в полуметре над головой, а третья попала в рюкзак и отскочила в сторону. Слишком сильно погрузился в предстоящий квест, забыв об элементарных правилах безопасности, повезло, что стреляет кто-то неопытный.

Падаю в траву. Зелень высотой до колена не гарантирует безопасность, оглядываюсь по сторонам. Прямо за спиной осталось углубление, за окоп не сойдет, но лучше, чем припорошенная травой земля. Поджимаю под себя ноги, кувыркаюсь назад под выкрики «обходи!» и «давай-давай!».

Одновременно с завершением упражнения, левая рука снимает лук, правая вдевает снаряд, колени впиваются во что-то твердое – отскочившая стрела! Расслоившаяся палка не может похвастаться ни нормальным наконечником, ни оперением, напали либо отстающие неписи, либо непрокаченные игроки.

Задерживаю дыхание. Слышу, как спереди и справа четыре-пять объектов обтирают телами деревья, радует, что никто не бежит сломя голову, чтобы развалить меня в рукопашку. Выпускаю разведывательную стрелу, но успеваю рассмотреть лишь приблизительное расположение – слишком маленькое расстояние.