Титаникус
Шрифт:
Остальные были незнакомыми, но все они оказались в этом вместе с ней.
— Привал окончен! — крикнул мастер-сержант Чайн. — Давайте, давайте! Подтягивайтесь!
Калли в это время незаметно ускользнула в дождевую канаву пописать. Она услышала крик мастер-сержанта, сидя на корточках со спущенными штанами на дне канавы, и изо всех сил постаралась быстрее опорожнить мочевой пузырь.
— Давайте! Давайте!
— Ты что там делаешь внизу? — позвала Голла. —
— Писаю! — крикнула в ответ Калли. — Прикрой меня!
— Писаю! — захихикал Кирил Антик, словно услышал остроумную шутку.
— Равнение на середину, Двадцать шестая! — донесся крик мастер-сержанта Чайна.
Всё, всё. Калли натянула штаны, застегнула ремень и начала карабкаться по склону, тщетно пытаясь уцепиться за розовый песок. Так легко соскользнув в канаву, Калли и не представляла себе, как трудно будет выбраться наверх. Начиная паниковать, она принялась трамбовать руками осыпающийся песок. В нос ударил едкий графитовый запах, песок забился под ногти.
Черт. О черт!
Метр по склону вверх — и обратно вниз. Снова метр вверх, и снова вниз.
О черт!
— Двадцать шестая, провести перекличку! — скомандовал Чайн.
Один за другим резервисты начали откликаться.
«Я застряла! Я застряла здесь, внизу! Помогите, я застряла в дождевой канаве!» — хотелось закричать Калли. Но как это будет выглядеть? И чем это закончится? Офицеры СПО обладали комиссарскими полномочиями. Чайн, убогая скотина, точно прострелит ей башку.
— Где Замстак? — крикнул Чайн. — Куда она делась?
Тишина. Калли снова попыталась выкарабкаться, но съехала обратно, туда, откуда начала.
Послышался отклик Голлы:
— Сэр, рядовая Замстак отошла облегчиться, сэр!
— Что? — донесся вопрос мастер-сержанта.
— Сэр, облегчиться, сэр!
— Отлить, что ли?
— Так точно, сэр!
Раздался смешок Антика.
— Хватить ржать, весельчак! — рявкнул мастер-сержант.
— Сэр, виноват, мастер-сержант, сэр!
Пауза.
— Мобилизованная двадцать шестая, вы просто кучка идиотов, — послышался недовольный голос Чайна. — Вы не имеете понятия даже о порядке, не говоря уж о правилах.
Тридцать девять голосов ответили:
— Виноват, мастер-сержант!
— Найти рядовую Замстак и привести ее ко мне, — приказал Чайн. — И меня не интересует, закончила она мочиться или нет! Привести ее ко мне немедленно! Я, на хрен, покажу вам, что значит дисциплина!
— Мастер-сержант, прошу вас, — раздался голос.
Сарош. Это мистер Сарош.
— Что такое, Сарош?
— Это не опытные солдаты, мастер-сержант. Это резерв СПО третьей очереди. Они стараются, как могут. Дайте им немного времени
Долгое молчание, прерываемое лишь шумом ветра и ревом далеких горнов Гинекса.
— Ты закончил, Сарош? — спросил Чайн.
— Так точно, мастер-сержант.
Раздался хлесткий звук удара — мозолистой ладонью по лицу.
— Какого хрена, Сарош, ты смеешь указывать мне, как руководить отрядом?
— Виноват, мастер-сержант.
Калли попыталась забраться наверх ползком — так точно получится — но нет, не получилось.
— Я скажу вам, дебилы, что я собираюсь сделать, — начал Чайн. — Я собираюсь…
Раздался хлесткий звук удара — словно мозолистой ладонью по лицу. Только на этом удар не остановился. Он прошел сквозь жир, плоть, кости, зубы. Кто-то завопил.
Воздух над шоссе внезапно наполнился визгом лазерных выстрелов. Калли свалилась обратно в канаву и инстинктивно свернулась в клубок.
Она слышала, как выстрелы раз за разом пробивают кого-то насквозь, и каждый раз вздрагивала и скулила. Попадания лазера в тело издавали звуки, пугающе не похожие на попадания в асфальт или роккрит. Звуки влажных шлепков, звуки разлетающихся брызг, звуки шипящего мяса. Мобилизованная двадцать шестая орала. Одни вопили в панике, но большинство исходили криком боли. Боли и смерти.
Сжавшись на дне канавы, обхватив голову руками, Калли слышала и другие звуки: пневматический цокот бронированных ног и маниакальный треск бинарного кода из механических ртов — безумный и частый, словно кудахчущий смех.
Небо над канавой вспыхнуло яростным лазерным огнем. Сверху полетел песок, брызги и комья грязи. Рядом с ней в канаву сыпались тела — кто ползком, кто кувырком. Некоторые падали прямо на нее. Калли увидела Голлу Улдану, Биндермана, беспорядочно загребающего тощими ногами, крутую бабу из Лазаря по имени Рейсс.
Никакого порядка, только мельтешение трясущихся конечностей и плачущие вопли. Люди падали, натыкались друг на друга, пытаясь бежать в противоположные стороны. Биндерман едва поднялся на ноги, как сверху скатился Ларс Вульк и сбил его обратно на землю.
— Туда! Бегом! Туда! — услышала Калли крик Сароша и увидела, как тот съезжает к ним по склону. Его лицо и перед куртки были мокрыми от крови. Он показывал куда-то вдоль канавы. — Туда! На ноги — и бегом со всей мочи!
Сначала ползком, потом с трудом поднимаясь, потом бегом, пригнув головы, — они помчались туда, куда указал мистер Сарош, — куда бы ни вела эта канава, лишь бы подальше отсюда.