Тиселе
Шрифт:
Разве что речью, да и то не на мага, а на профессора. Но с этой категорией городских людей Тиселе почти не сталкивалась и могла только догадываться.
Она была недалека от истины — перед ней стоял преподаватель Магической Коллегии, ассистент Залемран.
— Никто? — удивился маг. — Что вы имеете в виду?
— То, что сказала. Я никто.
Маг засветил еще два огонька, один оставил у себя, а другой снова направил к Тиселе. Девушка сощурилась.
— Никто. Не барышня и, видимо, не леди?
— Не леди, —
— И, тем не менее, одеваетесь более чем свободно. Не как крестьянка. Может, разрешите мое недоумение?
— А зачем? Мне и так хорошо.
— Ладно. Вернемся к первоначальному вопросу. Зачем вы хулиганите?
— Я не хулиганю.
— То есть ваши действия вызваны необходимостью? Но вы же ничего не берете… А некоторые ловушки… Промедление стоило бы вам жизни или свободы, а вы взламывали их, не задумываясь. Я не ошибусь, если скажу — вы поглощаете магию непроизвольно?
— Не ошибетесь, — подумав, признала девушка. Особых причин молчать у нее не было.
— Тогда простите мое любопытство, вы, случайно, не ведьма?
Тиселе усмехнулась. Ведьма — это человеческая колдунья, способная отнимать чужую Силу. Но Заклятые ведьмы сильно отличались от остальных: те просто не имели должного образования и собственной Силы, а немногая имеющаяся нарушала равновесие. Вот они и «воровали» у других то, чего не могли добиться сами. Для Заклятых обучение не играло такой роли; ведьмовские способности появлялись у тех, кто интересовался одной только магией. Тяга ко всему необычному и волшебному становилась у Заклятых потребностью поглощать Силу, которую ведьмы видели везде. Прекрасное и удивительное можно найти в дуновении ветра, в журчании ручья, шорохе листьев, в живом дыхании… И, конечно, в чужой магии! Как не взять то, что так щедро разбросанно вокруг?! А если окружающие от этого почему-то истощаются и слабеют… Что ж… Им же хуже.
Кто мог предположить — страсть к чужой магии останется у отлученной и после лишения Силы?! После лишения самой способности к колдовству?
А случилось.
Ведьм не любили и боялись все. Каменные поселения и вовсе были заколдованы в незапамятные времена от нежелательных визитов. Если ведьма проникла в город, значит, ей кто-то помог.
А раз в Карвийне все проблемы решают маги, то поиском злоумышленника вполне может заняться этот человек.
Но он зря надеется.
— Нет. Уже нет.
— Уже? А раньше были? Вы лишились Силы? Но за это время вы поглотили столько, что должны были восстановиться… И, постойте-ка! Даже ведьма не может поглотить направленное на нее заклинание, иначе их никто не мог бы победить в магическом поединке!
— Я и проиграла.
— А потом?
— Не помню. Проснулась, захотела есть. Заплакала. Потом увидела пищу. Поглотила. Проголодалась. Снова заплакала. Потом выпустили. Искала еду. Пришла сюда. Здесь
— Поразительно! Значит, вы поглощаете Силу не для колдовства, а чтобы насытиться? Любую?
— Нет, — поколебавшись, призналась бывшая ведьма. — Не как раньше. Не могу отобрать. Беру только то, с чем уже расстались. Заклинания или амулеты. Заклинания вкуснее, они свежие.
— В первый раз вижу такое! — Маг сомневался, не уточнить ли, откуда «выпустили» маленькую взломщицу, но научное любопытство пересилило. — Вы говорите, потеряли способности после поединка?
— Да.
— Но проигравшая сторона может в худшем случае истощается и даже ведьмы…
— Уметь надо. Слова знать. Язык.
— Слова?
Лицо девушки озарилось злорадной улыбкой.
— Вам не кажется, — вежливо произнесла она, — разговаривать, сидя в сетях, на редкость неудобно? Я больше ничего не скажу.
— Но…
Тиселе и не сомневалась, что переспорит ученого оппонента. А как он изумился, когда после тупой отрывистой речи услышал культурное обращение! Для него она — загадка, а, значит, пойдет на любые компромиссы, лишь узнать что-нибудь новое. Или не на любые, но это как поставить вопрос.
Она уже видела среди Заклинательниц людей, которые пуще всего стремились к знаниям. Есть такие ненормальные, откуда только берутся?
Нелепая шутка судьбы — те, кто стремился к магии, как таковой, не достигали таких высот, как те, кто стремились к чему-то другому.
Но довольно об этом.
Главное, у нее было чем зацепить хитрого мага. Люди, получающие желаемое, становятся близоруки.
Маг и в самом деле быстро сдался и согласился распутать бывшую ведьму. После этого поспешил представиться.
Тиселе не очень поняла, чем ассистент отличается от профессора, но переспрашивать не стала. Свое имя называть не торопилась: среди Заклятых было не принято представляться кому попало. Но кем она была совсем недавно, сказала.
— Не может быть! — ахнул маг. — Заклятая?
Он поспешил подвинуть девушке стул. Окажись она наследной принцессой, не получила бы такого уважения.
— Бывшая, — педантично поправила Тиселе. — Меня отлучили и лишили имени.
— Имени?
— Точнее, мое имя лишили Силы. Я перестала быть Заклятой.
— Но Силы вы ведь не лишились?
— Нет, не лишилась. Силу у меня отобрали потом.
— И кто отобрал? Почему?
— Я проиграла в поединке. Моя противница оказалась Заклинательницей и вспомнила обряд, который лишает всего. Она и сама не знала, что со мной случится потом.
— Невероятно!
— Кстати, о невероятном… а зачем вы вообще устраивали эту ловушку?
— Я… — Маг неожиданно смутился, будто Тиселе поймала его на очень-очень нехорошем поступке. — Хотел разобраться в этой истории.