Тиора
Шрифт:
— Смешно по твоему? Нельзя было сразу предупредить, как все будет? Я между прочим локтем стукнулся очень больно, — буркнул Марк, но затем смягчился.
Тиора смотрела на него с интересом, озорная улыбка все еще играла на ее лице.
— Нет, хотела посмотреть, что ты будешь делать. Это было так забавно, — и она расхохоталась заливистым смехом, изредка похрюкивая.
— Ну-ну, смейся-смейся, я тебе это припомню, — Марк уже и сам еле сдерживал улыбку, которая лишь немного коснулась уголков его рта, стараясь придать голосу наибольшую серьезность. Затем фыркнул не в силах более выдержать, и они уже оба смеялись от души, оглашая стены коридора сплошным эхом.
— Так, все, тихо, а то Темный еще услышит, — произнесла
Марк отметил, что девочка умна не по годам, и это всегда притягивало к таким детям. Когда встречаешь ребенка ее лет, рассуждающего, как взрослый, во многих вопросах и даже порой применяющего такие же сложные речевые конструкции, порой мороз по коже идет от удивления и, главное, от удовольствия. Юноша пару раз встречал таких детей, и ему всегда казалось, что общение с ними было какой-то своей будоражащей рассудок магией.
Тиора приподняла руки на уровне головы и радостно поскакала по коридору вперед то вприпрыжку, то как будто играя в «классики», мысленно расчерчивая перед собой невидимые квадраты с цифрами. Марк шел за ней, чуть прибавив шаг, осматривая пространство. Голые серые стены. Такие же неотесанные рамы картин без самих картин. Они быстро пересекли коридор, и сразу же вышли на еще один балкон.
Его площадь уже была больше и слева вниз спускалась небольшая полукруглая лестница. Перед глазами Марка предстало нечто похожее на оранжерею под каменными сводами. Здесь было большое количество растений и деревьев, которые юноша никогда не видел. Разные виды лиственных и хвойных деревьев странной изогнутой формы, цветы, похожие на лилии многих видов, цветов и размеров, но Марк не мог точно сказать, они ли это были. Огромные кактусообразные кустарники с кое-где распускающимися фиолетовыми и желтыми цветами, лианоподобные ветки с кучей мелких цветочков, казалось, целыми километрами оплетали разные растения или лежали прямо на каменном полу вокруг, и сложно было понять, откуда они берут свое начало. При этом листья многих видов растений не были привычного для Марка зеленого цвета, а будто бы кто-то вошел в эту оранжерею с большим пожарным рукавом в руках, но залил все не водой или пеной, а разноцветной краской, превращая все растения вокруг в яркий взрыв воображения колориста, который мог довести человека до приступа эпилепсии. Листья и стволы при этом часто не были однотонными, они представляли собой разные полосатые текстуры, порой с крапинами разных размеров, а иногда с градиентным покрытием, связующим несколько переходов разных, казалось бы, не сочетаемых вместе цветов.
Марк на миг зажмурился: палитра жгучего разнообразного цвета когтями прошлась сначала по глазам, а затем прямо по коре головного мозга. Для Тиоры все здесь было привычно, и, спустившись по лестнице вниз, она влилась в ближайший ряд деревьев.
— Пойдем! Чего ты остановился? — ее голос вынырнул где-то далее из разноцветных зарослей.
Глаза немного привыкли, и юноша, повинуясь ее призыву, спустился на каменный пол оранжереи. Проходя по лестнице вниз, Марк заметил, что в ширину оранжерея составляла с десяток рядов растений и необычных деревьев, и теперь входил в один из них, следуя за девочкой. Она уже пробежала треть ряда и склонилась к одному из цветов.
— Лучше ничего руками не трогай, — строго произнесла Тиора. — Здесь есть растения, от которых тебе точно не поздоровится.
— Даже и не думал, — Марк рефлекторно притянул к себе руки и начал с опаской осматриваться по сторонам.
Вся эта флора смотрелась и необычно красиво и в то же время как невнушающая доверия. «Наверное, это самое пестрое и цветастое место во всем этом сером мрачном замке, — подумал Марк. — Но красиво еще точно не значит, что безопасно».
В его детстве мать держала на подоконниках комнат их небольшой квартирки разные виды голубых и белых фиалок, герани,
— Вот эти цветы, к примеру, можно трогать и даже понюхать, они очень приятно пахнут — Тиора резко выбросила Марка из раздумий в реальность. — А вот эту штуку с шипиками лучше не трогать и цветки не нюхать, если не хочешь тут корчиться.
Девочка указала на красивое растение, похожее на пион, с множеством разных цветков и маленькими иголочками вдоль стеблей и по всей поверхности широких листьев, мерно раскачивающееся под своей тяжестью.
— Какое дружелюбное место, — съехидничал Марк.
Они прошли уже больше половины оранжереи, когда услышали тонкий писк откуда-то с другого ряда.
— Ох, я совсем забыла про эту мандрагору, — спохватилась Тиора.
— Мандрагора? Да ты шутишь? — сказал юноша, удивленно приподняв брови.
— Ладно, сейчас у нас нет на нее времени, потом ею займусь.
Под тонкий надоедливый писк, практически граничащий с ультразвуком, Марк с девочкой достигли конца оранжереи.
— Куда теперь? Дверей как-то здесь не наблюдается, — отметил юноша.
Тиора хмыкнула, посмотрев на него исподлобья.
— Я же сказала, что без меня ты тут заблудишься.
«Маленькая выпендрежница», — подумал Марк, но вслух ничего не сказал. Все же она его забавляла такими выпадами.
Рядом с ними находилось достаточно высокое растение с очень широкими листьями. Подойдя к его основанию, Тиора интенсивно потерла стебель, и оно опустило самый большой по площади лист.
— Давай, смелее, — Девочка указала Марку на лист.
— Нет уж, где-то я это уже слышал, теперь твоя очередь, — произнес юноша, скрестив руки на груди.
— Трусишка, — Тиора ловко заскочила на лист, от чего тот немного качнулся.
Убедившись, что никакого подвоха нет, юноша встал рядом с ней, и растение потихоньку начало поднимать их. Когда они достигли потолка, Марк смог рассмотреть все ряды оранжереи. В тоже время было немного страшновато: лист покачивался, и удержать равновесие на нем было делом непростым.
— Помоги мне, — сказала Тиора и указала на плиту в потолке.
Марк сразу же понял, что она имела в виду, и, воздев руки над собой, нажал на каменный квадрат, поднимая его и скидывая куда-то в бок. В тот же момент лист, на котором они стояли, начал поднимать их выше в проем, пока почти не сравнялся с полом следующего помещения. Они поднялись с растения на каменную поверхность.
Далее они прошли еще несколько серых помещений с множеством комнат и дверей, с ветвившимися коридорами, так что Марку показалось, что он уже просто запутался. Тиора ныряла то в одну дверь, то в другую, из проема в проем, неизвестно какими знаками и приметами она при этом руководствовалась, так как комнаты в этой части замка были похожи одна на другую. Юноша же про себя согласился, что без нее, он блудил бы здесь до самой смерти. Наконец, они выбрались к небольшим арочным воротам и остановились перед ними.