Тинар. Том 4
Шрифт:
– Кто ты? – спросил я.
– Ну же, Тинар. Не обманывай меня и себя. Ты же уже догадался, – ответил двойник, щеря зубы в оскале, – голос был холоден, и от осознания правды меня сковал мороз.
– Ты – моя звериная половина, – прошептал я, ощущая, как страх подбирается ко мне, овладевая душой и сердцем.
– Какой проницательный. Но плохой – держишь меня взаперти, не давая свободы, – раскинув руки, при чём когти на руках удлинились он принялся кружить вокруг меня. – Не справедливо! Согласись. Я столько раз спасал тебя, когда ты был уже за чертой.
Я нахмурился, медленно поворачиваясь на месте и не сводя с
– Начиная с тех времён, когда ты был ребёнком, а потом та обезьяна? Ты помнишь? А Азелий? Втоптавший тебя в грязь! Ты помнишь? И после всего этого ты всё ещё сдерживаешь меня? Может, сам посидишь в клетке? А? Посмотришь каково это!?
– Потому что ты – чудовище, неуправляемое и непредсказуемое. Лишь жажда крови и разрушения ведёт тебя. Ты не видишь грани и не знаешь, когда следует остановиться. Именно этого Вардо и добивался.
Глаза зверя сузились, и зловещая аура почувствовалась физически, мышцы его напряглись, словно он вот-вот кинется на меня. Но я продолжал.
– Я тебе не враг. Мы суть едины. Это их опыты привели к тому, что в одном теле сплелись две сущности. Желая получить чудовище, которое смогли бы контролировать, чтобы в конце концов натравить на Сущее и сбросить с себя оковы Устоев, что сдерживают богов, они получили нас, и умело манипулируя поставили себе на службу. Потому что мы всегда боролись друг с другом. Но Вардо просчитался, я смог сбежать, сумев взять контроль, он нашёл меня и запечатал моё средоточие, лишив сил и стерев память.
Зверь молчал, его ноздри яростно подрагивали. Но не нападал, давая мне время выговориться.
– Ты хочешь свободы. Но для чего? Что ты будешь делать, получив её?
– Сражаться! Убивать, тупой слабак!
– А потом? Когда убьёшь всех и вся? Когда не останется никого, чтобы сражаться? Что ты тогда будешь делать всю жизнь? Ты бессмертен, если никто не сможет тебя одолеть, то будешь жить вечно в одиночестве, бесцельно бродя по опустевшему миру.
Зверь открыл было рот для ответа, но тут же снова захлопнул его. Он выглядел смущённым и немного глупым. Даже не думал, что у меня такое лицо в такие моменты. И как только меня Адель полюбила? Когда зверь поднял голову, на его лице появилось выражение неуверенности. Я отлично понимал этот взгляд. Восстановив память, много медитируя и постигая таинства вару, я хорошо понимал, чего хотела добиться Рендезо, в отличие от Вардо. Она пыталась растоптать мою человечность, создав идеального воина. Воина с беспощадной жестокостью зверя и разумом, чтобы управлять им. С таким можно разговаривать, принуждать, шантажировать. У него есть слабости, которые можно использовать в своих интересах. Зверь, подобный стоящему передо мной творению Вардо, не заботился ни о ком и ни о чём. Такого глупо надеяться контролировать.
– Если не убивать и не разрушать, что остаётся делать?
– Стань мной, – уверено произнёс я, протягивая руку, – вместе мы станем единым целым. Идеалом. Тем, кем должны быть. Обретём гармонию. Ты получишь цель, а я силы, чтобы выполнить своё предназначение.
Не знаю, прав я или нет; сейчас поступал, доверяя своему внутреннему чувству и когда-то сказанным словам Старца, возможно, Дух специально принял его облик, давая мне подсказку. Битвой я ничего не добьюсь, а искусы дали понять, что иногда можно и нужно уступать, договариваться, действовать
– А что будет со мной? Я умру, исчезну насовсем? – спросил зверь, и в его голосе впервые прозвучал настоящий страх.
– Нет. Мы просто станем немного другими.
– А откуда мне знать, что ты говоришь правду?
В ответ лишь криво усмехнулся.
– Точно так же, как ты знаешь, что всё, что я говорил до сих пор, было правдой. Ты – это я, ты в моей голове, так что я не смогу тебе солгать.
Зверь кивнул и долго смотрел на протянутую руку. Я молча ждал, не двигаясь с места. Мы стояли так, казалось, целую вечность. Наконец, он встретился со мной взглядом, все следы неуверенности исчезли.
– Похоже, тебе удалось найти выход, – сказал он. – Но ты же знаешь, что не всегда сможешь закончить дело мирным разговором, верно? Бывает, слова ничего не значат, и дело решить можно лишь силой, кулаком да сталью, когда приходится быть беспощадным, убивая без жалости и сомнений. Ты способен на это?
Он и так знал ответ, лишь хотел оставить последнее слово за собой. Зверь протянул руку, обхватим моё предплечье. Наши глаза на мгновение встретились, и каждый слегка кивнул другому. Зверь мгновенно превратился в чистый серебристый свет и устремился прямо мне в грудь. Я отшатнулся, когда сила удара обрушилась на меня, внутри словно разомкнулись какие-то путы и ярость зверя вырвалась наружу, смешиваясь с моим умиротворением и придавая мне новых сил.
Я почувствовал себя поистине единым. Разум, Дух и Тело пребывали в полной гармонии, согласии. Я достиг идеала, о котором говорил Старец.
Ещё одна вспышка света и разрушенный город исчез.
***
Адель сидела на ступенях и смотрела на застывшую фигуру Тинара. Она начала волноваться, когда его тело напряглось, стоило пальцам, коснутся светящейся сферы, но Дух Обители уверил, что всё в порядке, хотя и отказался рассказать подробней, что происходит.
Девушке не оставалось ничего другого, как ждать. В какой-то момент тело юноши начало тускло светиться серебром. Прошло несколько часов, а он так и стоял замерший со сферой в руках. Ночное небо оставалось таким же, как было, сияя ярким светом мириад звёзд. Наблюдая за ними, Адель начала замечать нечто странное: падающих звёзд стало гораздо больше и внезапно они начали двигаться быстрее.
Она моргнула и потёрла глаза, чтобы убедиться, что те её не обманывают. Но, когда снова взглянула на небосклон, те уже превратились практически в светящиеся росчерки, стремительно проносящиеся по небу. В то же время тело Тинара начало испускать серебристо синее сияние, становящееся ярче с каждой секундой.
Адель прищурилась, стараясь не сводить с него глаз, и заметила, что сфера, к которой он прикасался, стала неотличима от падающих звёзд. Глаза девушки сузились ещё больше – свет ослеплял. А затем луч выстрелил прямо в небо. Яркая, невообразимая звезда, словно око громадного и непостижимого существа, вспыхнула в том месте куда бил луч, заливая площадку тёплым и ласковым сиянием.
Девушка вздрогнула от внезапно возникшего невыносимого зуда, рука, нога и бёдра ужасно чесались. Не выдержав, она сорвала повязку и шину. Тело исцелилось. Она снова посмотрела на золотистый свет в небесах, впервые в жизни вознося хвалу Сущему.