Тимбер
Шрифт:
О, черт.
— Хочешь, я разберусь с этим за тебя? — Мягко предложила я. Я не могла представить, как это тяжело для ребенка, который любит свою мать. Похороны были таким последним событием. У меня защемило сердце при мысли о том, что, должно быть, чувствует Лукас.
Он долго не отвечал, просто крепко прижимал меня к себе. — Думаю, мне нужно это сделать, — наконец сказал он. — Всю мою жизнь мы были только вдвоем. Никто не знал ее так, как я... Это просто... Я не знаю. Я чувствую
Я не знала, что на это ответить. Поэтому я просто отодвинулась назад, пока не смогла обхватить его лицо руками, наши лбы и носы соприкоснулись. — Я здесь, если тебе понадобится помощь. Или отвлечение. Или поддержка. Или... все что тебе нужно.
Его губы изогнулись в грустной улыбке. — Я знаю, и я люблю тебя за это больше, чем ты думаешь. Но я думаю, что позже пожалею, если повернусь к ней спиной на этом последнем шаге.
Черт возьми, у Лукаса было огромное сердце. Его способность любить и прощать, его эмоциональная зрелость... это потрясло меня. Мне безумно повезло, что он был в моей жизни.
Не находя слов, я просто притянула его ближе и нежно поцеловала, надеясь, что он знает, как глубоко тронул мою душу, несмотря на мою неспособность выразить эти чувства словами.
Мы долго лежали, прижавшись друг к другу, в тишине, просто находясь в объятиях друг друга и позволяя мягкому ритму нашего дыхания, биению наших сердец успокоить нас обоих.
Однако, в конце концов, я вспомнила, зачем пришла искать Лукаса, и со стоном собралась с силами. — Я пришла за тобой, — призналась я. — У меня есть новости, которые касаются тебя… Но мы все должны обсудить это.
Лукас поднялся с кровати с любопытным выражением на лице. — Почему у меня такое чувство, что это плохие новости?
Потому что, вероятно, так оно и было. В эти дни мы не часто получали хорошие новости.
Я пожала плечами и подождала, пока он натянет джинсы и футболку, затем он протянул руку, чтобы поднять меня на ноги. Прежде чем выйти из своей комнаты, он нежно поцеловал меня, глубоко вдохнув.
— Спасибо тебе, — прошептал он.
— За что? — Спросила я, облизывая губы, чтобы насладиться ощущением его поцелуя.
Он бросил на меня мудрый взгляд. — За то, что любишь меня.
— Вы опоздали, — раздался голос из тени, когда мы с Лукасом вышли из машины. Леон вышел на свет возле лица клоуна «Анархии», но глубокий капюшон скрывал его лицо в полной темноте. Король драмы.
Я равнодушно пожала плечами. — Движение было ужасным. — В полночь в среду на окраине Шедоу-Гроув. — Я думаю, мне больше понравилось то милое, занудное представление, которое ты разыграл, когда впервые приехал в город, Леон. На мой вкус, это слишком похоже на "Dungeons and Dragons".
— О, а я больше подумывал о "Assassin's Creed", — прокомментировал Лукас, задумчиво
— Заткнитесь нахуй, — рявкнул Леон. — У нас не вся ночь впереди.
Закатив глаза, я направилась в парк вместе с Лукасом рядом со мной. Леон на мгновение остановился, без сомнения, ощетинившись от мысли последовать за мной, но я хотела пойти куда-нибудь, где, я знала, нас не подслушают. Не было лучшего места, чем задняя часть парка, где мы хранили все старые аттракционы, которые настолько проржавели, что не подлежали ремонту.
Я махнула рукой в сторону одной из чашек, у которой не было дверцы. — После тебя, Леон.
Его капюшон сдвинулся достаточно, чтобы я поймала его подозрительный взгляд, но он все равно забрался внутрь и занял место раньше, чем мы с Лукасом присоединились к нему.
На мгновение все замолчали. Однако я не собиралась первой ломать лед. Леон созвал эту маленькую тайную встречу; он мог выложить все, что хотел сказать, и отвалить.
В конце концов, член Гильдии разочарованно фыркнул и должным образом откинул капюшон.
— Лукас, мы официально не встречались, — сказал он в качестве вступительного слова.
Лукас приподнял одну бровь, послав мне взгляд "что за дерьмо". — Мы вообще не встречались, — ответил он, — официально или нет.
Леон только моргнул. Без эмоционально. Черт, его непроницаемое лицо могло соперничать с моим в лучшие дни. — Конечно. В любом случае, я уверен, что Аид уже рассказала тебе, кто я такой и на кого работаю.
Лукас склонил голову в знак согласия, но под маленьким круглым столиком его рука крепко сжала мою. — Ты из Гильдии наемников. Я в курсе.
Леон просто смотрел на Лукаса долгое мгновение. Достаточно долго, чтобы ему стало неловко.
— Почему бы тебе не перейти к делу, Леон? — предложила я, теряя терпение. — Ты здесь, чтобы предложить Лукасу работу, я права?
Наемник перевел на меня свои холодные зеленые глаза, по-прежнему чертовски пустые. — Нет, — ответил он. — Как я уже сказал по телефону, это неофициально. Личное дело.
Лукас наморщил лоб. — Личное? — Затем он грубо рассмеялся. — Только не говори мне, что ты мой брат. Это что, семейное воссоединение как раз к похоронам мамы?
Что-то промелькнуло на лице Леона, молниеносная трещина в его маске, но в темноте разглядеть его было невозможно. Однако Лукас попал в самую точку в том, что я подозревала. После всего участия Сандры в Гильдии, ее циклов ЭКО и ее собственного подтверждения того, что до Лукаса были и другие дети… Да, я размышляла о том, что Леон тоже брат Лукаса.
— Нет, — ответил Леон, холодно прерывая ход его мыслей. — Я тебе не родственник, Лукас.
— Ох. — Плечи Лукаса поникли. Несмотря на весь свой сарказм, он тихо надеялся, что это так, что у него все еще где-то есть кровная семья, пусть даже в холодной, социопатической форме наемника Гильдии.