Тиль

Горин Григорий Израилевич

Тиль. Хватит говорить. Скоро люди соберутся, а у нас ничего не готово… Давай дело делать!…

Вдвоем

они поднимают большой деревянный крест, устанавливают посреди сцены.

Ламме. Вот так… Ничего!… Эх, табличку бы надо… «Здесь покоится прах духа Фландрии…» Нет! «Дух праха…» Фу, запутался!

Тиль. Да ну их, таблички… (Вешает на крестовой шутовской колпак.) Так понятней будет!

Один за другим появляются друзья, соратники, родные Тиля, печально рассаживаются вокруг креста, склоняют головы.

Ламме. Тиль! А может, пора объявиться?! Ведь все собрались… Самое

время!

Тиль. Еще не время, Ламме. Мое время придет… Знаешь, Ламме, когда мир и покой, когда все хорошо, я, может, и не очень нужен. А вот случись в доме беда, когда опасность… тут я объявлюсь! Тут я уж точно объявлюсь!… (Тихо запел.)

А вот и гдемои слуги, моя свита, пажи, стражи, кони, герцогини?

Ты не бойся: люди услышат! Не глухие же!… (Громко запел.)

Ой, тили– тили Тиль – будем петь и веселиться!Ой, тили– тили Тиль – по ком плачет виселица!…

Занавес