Тихая гавань
Шрифт:
Он взял несколько из них и нахмурился. Они были жесткими и колючими. И эти ворсинки оказались даже лучшим подарком, чем медальон. Они были ответом на вопрос Куинн.
— Они наскочили на буксирный канат, — сказал Сэм.
С его гидрокостюма ручьями лилась вода. Он положил на ладонь Даны обрывки пеньки.
— Ты уверен в этом? — спросила Дана.
— Абсолютно. Я же морской биолог и знаю все водоросли на свете. Это не водоросли.
— Но у
— Буксирный канат очень прочный, Куинн, — сказал Сэм ласково. — И толстый. Ты же видела, как буксир тянул баржу.
— Они бы его заметили, — упорствовала Куинн. — Ты же сам рассказывал про сигнальные флажки, которые указывают длину каната.
— Нас там не было. Мы не знаем, как это случилось.
— А я хочу знать! — со слезами в голосе крикнула Куинн.
Дана прижала ее к груди.
— Ты так много сделала, родная, — сказала она. — Ты наняла Сэма, чтобы он провел расследование, и он говорит, что это был несчастный случай. Твои родители никогда бы не оставили вас с Элли.
— Никогда, — повторила Элли и взяла Куинн за руку.
Куинн рыдала и не могла остановиться. Слезы текли по ее загорелому веснушчатому личику.
— Мамочка, папочка... — чуть слышно проговорила она. — Я не могу это так оставить...
Сэм высадил их на пристани, и Дана, оставив девочек в машине, снова поднялась на палубу. Мэтт и Терри были в рубке.
— Сэм, я хотела поблагодарить тебя за все, что ты для нас сделал, — сказала Дана.
— Не за что, — ответил он. — Я делал то, что хотел.
— Когда ты нырнул, мы с девочками стояли на палубе и не сводили с моря глаз. Ты был ниточкой, связывавшей нас с Лили и Майком. Мы этого никогда не забудем.
— Ты ведь с самого начала знала, как все будет, да?
— Знала.
— И Куинн со временем поймет. У нее сейчас голова идет кругом. Я ее понимаю. Со мной когда-то было то же самое, — сказал Сэм.
— Спасибо тебе.
На палубу вышла Терри и многозначительно взглянула на часы. Стройная и изящная, настоящая калифорнийская красотка. Сэм поймал взгляд Даны и взял ее за руку.
— Она для меня не существует.
— Она подходит тебе по возрасту, — хрипло сказала Дана. — Очень милая девушка.
— Она мой помощник, и больше ничего, — сказал Сэм. — Я не нырял за яхтой ее сестры. И не о детях ее сестры я хочу заботиться. И люблю не ее...
— Любишь? — с замиранием сердца переспросила Дана.
— Не она в моих мыслях и в моем сердце.
— Не надо, Сэм! — испуганно воскликнула Дана.
— Забудь о нем. Не важно, кто он, не важно, как он с тобой поступил. Я не такой, Дана!
—
Он поцеловал ей руку, и у Даны закружилась голова, по телу пробежала легкая дрожь. Его горящие глаза говорили о том, что все ее страхи напрасны, а правда проста и ясна.
И глядя в его золотисто-зеленые глаза, Дана поверила, что любовь возможна — если она только решится на нее. Она вспомнила о завтрашней встрече в Нью-Йорке. Тогда-то все и встанет на свои места.
Он словно прочитал ее мысли.
— У фонтана, да?
— Линкольн-центр, четверг.
— Буду ждать тебя в семь.
Золотой ключик, который она нашла в офисе Майка, Дана надела на шелковый шнурок и повесила себе на шею. Сэм наклонился поцеловать Дану, и пальцы его коснулись шнурка. Губы у него были теплые и чуточку соленые. И ей так не хотелось с ним расставаться.
— Это ключ Лили? — спросил он.
— Да, — ответила она, коснувшись ключика рукой. — Но теперь это не имеет значения. Ничто больше не имеет значения. Зачем мы только его нашли? Зачем открыли ту жестяную коробку?
Глава 11
Четверг приближался, и девчонки ходили за тетей хвостом — как цыплята за наседкой. Договорились, что в Хаббардз-Пойнт приедет Марта и останется на ночь. Куинн ворчала не переставая:
— Нью-Йорк так далеко, ты не должна ехать туда одна. Возьми нас, тетя Дана. Мы тебя будем охранять.
Дану это растрогало. По представлениям Куинн, все плохое случалось только со взрослыми, с родителями.
— Я же еду всего на один день, — сказала Дана.
— На день и на ночь, да еще часть завтрашнего дня прихватишь, — помрачнела Куинн. — А как же твоя картина?
— Нью-Йорк очень уж далеко! — Элли схватила Дану за локоть.
— Ну все, хватит! Слушайте меня внимательно, — не выдержала Дана. — Мне надо ехать, и это факт. Я буду очень осторожна. Я в своей жизни повидала много городов, в том числе и Нью-Йорк. А еще я обязательно привезу вам подарки.
— Подарками нас не купишь, — сказала Куинн. — Нам на них плевать.
— Куинн, ну ты что! Все-таки подарки, — шепнула сестре Элли.
— Идите сюда, я вас обниму, — сказала Дана и прижала к себе обеих племянниц.
Ее сердце разрывалось от любви к ним. Но ей нужно было денек передохнуть. Сходить на ленч со взрослыми людьми, побродить, как прежде, по галереям. И встретиться с Сэмом. В семь часов вечера в Линкольн-центре.
— Что это? — спросила Куинн, имея в виду ключ, висевший у Даны на шее.
— Это мамин? У нее был такой же, — сказала Элли.