Тихая гавань

Стил Даниэла

– Я хочу, чтобы мы с тобой остались друзьями!

– Для чего? – удивленно вскинул брови Мэтт. – У нас и так есть друзья.

– Но ведь у нас с тобой двое детей. Возможно, для них очень важно, чтобы между отцом и матерью снова восстановились нормальные отношения.

Как странно, однако, что ей пришло это в голову только сейчас! Впрочем, что ж тут странного? Салли всегда думала только о себе. И раз она сейчас завела об этом разговор, стало быть, нужно держаться начеку, решил он. Слишком хорошо он знал ее и сейчас готов руку дать на отсечение,

что она готовит ему ловушку. Ну что ж, усмехнулся про себя Мэтт, он сыграет с ней в ее игру.

– Не знаю даже… – нерешительно промямлил он. – Как-то не вижу смысла.

– Но ведь мы же с тобой как-никак пятнадцать лет были мужем и женой! Разве это ничего не значит? – патетически воскликнула Салли. – Неужели нельзя остаться просто друзьями?

– Должен напомнить тебе, моя дорогая, хоть это, может быть, и грубо с моей стороны, – фыркнул Мэтт, – что ты бросила меня ради моего лучшего друга. А потом забрала детей и уехала за тысячи миль отсюда, вдобавок сделав все возможное, чтобы помешать мне видеть их! Ты не забыла, что на целых шесть лет вычеркнула меня из их жизни?! Сдается мне, вела ты себя как-то не по-дружески!

– Знаю… знаю… Ах, Мэтт, я наделала столько ошибок! – всхлипнула Салли. И тут же, что было особенно противно, перешла на доверительный тон, который Мэтт терпеть не мог еще с прошлых времен. – Кстати, может, тебя утешит, что мы с Хэмишем так никогда и не были счастливы.

– Печально, – пробормотал Мэтт. По спине у него побежали мурашки. – Странно… а у меня всегда складывалось впечатление, что вы на редкость счастливая пара. Хэмиш обожал тебя и детей. – И вообще был на редкость славным парнем. «До того как удрал с Салли», – добавил он про себя.

– Обожал? Да, конечно. Но никогда не понимал – не то что ты. Нет, ты не подумай… Хэмиш был очень хороший. Жаль только пил, как верблюд. В конце концов это и прикончило его, – ворчливо бросила Салли. И, смутившись, добавила: – Знаешь, из-за этого в последние годы между нами даже ничего не было…

– Салли, ради всего святого, не надо таких подробностей! – окончательно перепугавшись, взмолился Мэтт.

– Ах, прости… я совсем забыла, какой ты у нас стеснительный.

Что касается разговоров – да. А вот в спальне Мэтт никогда не отличался закомплексованностью, и Салли прекрасно это знала. Ей и вправду его не хватало. Хэмиш классно рассказывал анекдоты и всегда пребывал в отличнейшем расположении духа. Но при этом гораздо охотнее укладывался в постель один, чем с женой, предпочитая супружеским ласкам крутую порнушку по видео и бутылку.

– Давай остановимся на этом, ладно? Честно говоря, не вижу смысла продолжать разговор. Жизнь все-таки не фильм, который можно прокрутить заново. Между нами все кончено, Салли. Повторения не будет.

– Глупости, Мэтт! И ты сам это знаешь, – бросила она. Мэтт угрюмо чертыхнулся про себя – ощущение было такое, словно она ткнула в него концом обнаженного провода. Проклятие, ей все-таки удалось нащупать его больное место! Все

десять лет Мэтт знал, что бессилен забыть эту женщину. Для Салли это не составляло тайны. Мэтт готов поклясться, что она моментально это почувствовала, как акула чует в воде запах свежей крови.

– Мне наплевать, что ты думаешь. Для меня все кончено, – угрюмо проворчал он.

Как и в прежние годы, хрипловатый голос Мэтта подействовал на нее возбуждающе. Салли вся напряглась – даже сейчас, спустя десять лет, от звука его голоса в ней волной поднялось желание. Все годы она пыталась избавиться от этого наваждения, как от больного органа, но тщетно. Порой ей казалось, что она справилась с ним, но вот сейчас бешеный стук собственного сердца подсказывал Салли, что она лишь тешила себя иллюзией.

– Ладно, Бог с ним, с обедом. Может, просто выпьем вместе? Хотя бы посмотри на меня, черт тебя возьми! Неужели это так трудно? Почему ты отказываешься?!

Потому что устал мучиться, мрачно напомнил себе Мэтт. Он чувствовал, как его против воли тянет к ней… и еще больше ненавидел себя за это.

– Я видел тебя вчера, в холле. Разве ты забыла?

– Нет, ты видел не меня, а вдову Хэмиша, двух его детей и свою дочь.

– Ну так ведь ты и есть вдова Хэмиша, разве нет? – упавшим голосом проговорил Мэтт, уже заранее зная, что она скажет.

– Нет. Во всяком случае, не для тебя.

Наступившее молчание тугой петлей сдавило Мэтту горло. Он мысленно застонал. И как ей всегда удается заставить его почувствовать себя подлецом?! Видит его насквозь и никогда не упустит случая расковырять едва зарубцевавшуюся рану.

– Ладно, ладно, но только на полчаса. Не больше. Увидимся, зароем топор войны, сделаем вид, будто мы снова друзья, но после, ради всего святого, умоляю – убирайся из моей жизни, пока я окончательно не спятил!

Итак, она добилась-таки своего! Впрочем, как всегда. Какое-то проклятие, честное слово! Не хватало еще снова обречь себя на тот ад, в котором он провел целых десять лет!

– Спасибо, Мэтт! – нежно промурлыкала Салли. – Завтра в шесть? Поднимайся ко мне в номер, поболтаем.

– До завтра, – холодно бросил Мэтт, вне себя от бешенства, что снова поддался на ее уловки.

Ну ладно, пусть молится, чтобы он не передумал. Наверняка рассчитывает, что стоит ему только увидеть ее, и он растает. Но хуже всего, мрачно подумал Мэтт, вешая трубку, что она права.

Глава 24

На следующий день Мэтт приехал в город около пяти и через четверть часа был возле отеля. Войдя в вестибюль, он долго бродил по нему, озираясь по сторонам, словно опасаясь засады, и ровно в шесть уже стоял перед дверью номера, где остановилась Салли. Скривившись, Мэтт заставил себя позвонить. Меньше всего на свете ему хотелось находиться тут, но он решил, что пришло время покончить с этим раз и навсегда. Иначе она так и будет преследовать его до конца его дней.