Тигр в стоге сена
Шрифт:
– А сама, что дура? – Разозлился ничего не понимающий Беспалов.
– Не дура, ты просто забыл – туда принимают только по великому блату.
Он хмыкнул и положил трубку.
В пятницу, после вечерней летучки, Чабанов попросил Беспалова задержаться.
– Я знаю, что вы большой любитель и мастер стрельбы, – он пригласил заместителя в комнату отдыха.
– Да, когда-то я неплохо стрелял, но теперь, – развел руками Беспалов.
– Что вы пьете – коньяк, водку, пиво? – Чабанов сел в кресло и открыл свой бар.
– Водку и от хорошего пива не откажусь.
Хозяин кабинета достал
– Мне нравится ваш стиль работы, – Чабанов закурил сигарету, – я хотел бы, чтобы мы подружились. – Он сощурил глаза, – вот так, по-мужски. Вы не против?
– Нет, только я трудно схожусь с людьми.
Чабанов рассмеялся.
– Это вам только кажется. Все ваши подчиненные хвалят вас, но не об этом речь. Что вы делаете завтра?
– Ничего особенного.
– Вот и прекрасно, поедем на охоту в Лесной парк.
– В заповедник?
– Мы будем охотиться по лицензии и с любовью к природе. Согласны? – Леонид Федорович прикоснулся своим бокалом к бокалу Беспалова.
– У меня нет ружья.
– Там есть все. Завтра, часиков в пять, за вами зайдете мой шофер. – Чабанов поднялся. – Да, еды брать не надо, – он широко улыбнулся, – сапоги у вас еще сохранились?
– Конечно.
– Тогда – до завтра.
День прошел незаметно.Охота на кабана потребовала большого напряжения сил и внимания. Беспалов даже забыл, что все утро ломал голову над тем, для чего Чабанов так опекает бывшего сыщика? Только вечером, когда они вдвоем сели за стол, где вместе со свежатиной громоздились такие явства, которые Беспалов видел только в кино, Леонид Федорович начал разговор.
– У меня к вам просьба.
Беспалов почувствовал сердцебиение, во рту пересохло.
Чабанов заметил состояние своего собеседника и прижал его руку своей ладонью.
– Что это вы сразу напряглись? Не ждите от меня подвоха.
– Да нет, – попытался улыбнуться Беспалов, – это я так слушаю, чтобы чего-нибудь не пропустить.
– Ну, ну. Дело простенькое, но я хотел бы, чтобы о нем никто не знал – засмеют. Итак, я собрался написать небольшую детективную повесть и рассказать в ней об одной неуловимой банде. Для этого мне нужно, чтобы вы расписали мне подобную организацию. Лучше всего, опираясь на свой опыт, придумать что-нибудь сверхестественное. – Он налил в свой стакан коньяк, выпил и громко захрустел косточками молодого кабана.
– К примеру – боевые группы, связь, разработка и доведение операции до исполнителей, пути и варианты отхода. Одним словом, представьте себе, что вы решили создать подполье и опишите его структуру.
Беспалов бессмысленным взглядом окинул стол, взял ложку черной икры, поднес ко рту, потом отложил в сторону. Он не заметил как в его руке оказалась бутылка водки. Чабанов подставил ему пустой стакан. Беспалов наполнил его, выпил, сунул в рот икру.
– Шутите?
– Почему?
– Странное желание, но я могу рассказать об одной группе…
– Послушаю с удовольствием, но вы, все-таки, сделайте то, о чем я вас прошу.
« И чего я испугался, – подумал Беспалов, – ведь ему это действительно нужно, как мертвому припарки. Директор, член обкома, жена, дочь. Черт, и чего только не придет
– Хорошо, через три дня я представляю на ваше утверждение свой вариант неуловимой бандитской организации, похожей на сицилийскую мафию.
– Но – советскую, – рассмеялся Чабанов.
– Договорились.
В среду Беспалов позвонил Чабанову и сказал, что у него все готово.
– Что? – Спросил тот, но тут же понял, – приходите, я вас жду.
Брови Леонида Федоровича полезли вверх, когда Беспалов вошел к нему с большим рулоном ватмана.
– Схема?
– А как же без нее?
– Дома чертили?
– Жена у меня не любопытная, да и чертил я ее сегодня ночью, а утром принес с собой и запер в сейф.
– Ну, ну.
Хозяин подошел к двери, запер ее на ключ и включил селектор:
– Вера, – проговорил он, услышав голос секретарши, – меня ни для кого нет.
Потом Чабанов повернулся к Бесплову.
– Итак?
Беспалов развернул на столе чертеж и укрепил его по углам книгами.
– В серьезных организациях о структуре и ответственных функционерах знают всего несколько человек, а лучше всего – один. Итальянцы сделали свою мафию по родственному признаку. Это значит, что глава фамилии знает все о своей ветви. Если же несколько родов объединяются, тогда создается своеобразный Совет руководителей, юридическаяя группа. Там строгой тайной являются лишь банки и номера счетов, об остальном же члены семьи либо знают, либо догадываются. Я думаю, что все это уже морально устарело. Сегодня нужна организация с жесткой централизацией руководства в одних руках, только тогда она будет жизнеспособна. При руководстве создается мозговой центр, разрабатывающий операции, их оперативную, юридическую и финансовую обеспеченность. Центр знает только руководителя, хотя и это можно исключить, работая по письменным, телефонным или электронным указаниям. Тогда все вообще замкнется только на одном человеке.
– А что это за «резидент»?
– Коммуникабельный человек, хорошо разбирающийся в людях, который будет подбирать руководителей пяти – шести боевых групп. Они же будут знать только его и своих подчиненных.
– Как с оружием?
– Создается несколько независимых складов, держатели которых никого не знают. Их дело привезти в указанное место необходимое количество стволов и боеприпасы, а потом забрать их и снова спрятать. Даже если кто-то проследит эту цепочку, то в лучшем случае Организация лишается склада, его держателя и одной боевой группы.
– Это «СБ», чтобы это значило? – Чабанов потер нос, – погодите, сам попробую разобраться. Служба безопасности?
– Да, – усмехнулся Беспалов, – контрразведка, она же, при необходимости, исполняет приговоры. Ее командира должен знать только руководитель всей Организации. Он же и никто другой командует им.
Чабанов расправил рукой ватман и, склонившись над схемой, негромко проговорил:
– Получается – руководитель знает всех, а его – мозговой центр, командир «СБ» и резиденты?
– Лучше ограничиться мозговым центром и службой безопасности, а еще лучше, чтобы между ними было бы какое-то неодушевленное звено, которое всегда можно разорвать простым отключением телефона или компьютера.