Тигр! Тигр! (сборник)
Шрифт:
— Никто их раньше не находил.
— Никто раньше не действовал с партнером.
Фойл не волочился больше в Санитарию и обратно бесцельно. Во мраке он задавал шепотом продуманные вопросы. Ощупывал стены. Замечал двери, их фактуру. Считал, слушал, изучал и докладывал. Фойл и Джизбелла вместе «рисовали» картину порядков и охраны Жофре Мартель.
Однажды утром по возвращении из Санитарии его остановили на пороге камеры.
— Иди дальше, Фойл.
— Это Север-3. Я знаю свое место.
—
— Но… — Фойл пришел в ужас. — Меня переводят?
— К тебе посетитель.
Его довели до конца северного коридора, до пересечения с тремя остальными главными коридорами госпиталя. Там, на гигантском перекрестке, располагались административные помещения и мастерские. Фойла втолкнули в непроглядную темень комнаты и закрыли сзади дверь. Перед ним маячил слабо мерцающий силуэт, едва уловимый контур, не более чем призрачный намек, очертания тела и головы самой Смерти. Два бездонных провала на черепе — глазницы или инфракрасные очки.
— Доброе утро, — произнес Дагенхем.
— Вы?! — воскликнул Фойл.
— Я. У меня есть пять минут. Садитесь. Стул позади вас.
Фойл нащупал стул и медленно опустился.
— Довольны? — поинтересовался Дагенхем.
— Что вам надо?
— Замечаю перемену, — сухо сказал Дагенхем. — В нашу последнюю встречу вы ограничивались исключительно выражением «убирайтесь к черту».
— Убирайтесь к черту, Дагенхем, если угодно.
— Ого, вы начали острить и речь улучшилась… Вы изменились… — задумчиво проговорил Дагенхем. — Изменились чертовски сильно и чертовски быстро. Мне это не нравится. Что с вами случилось?
— Я посещал вечернюю школу.
— Вы десять месяцев учились в этой вечерней школе.
— Десять месяцев! — изумленно повторил Фойл. — Неужели так долго?
— Десять месяцев во мраке и тишине. Десять месяцев полного одиночества. Вас должны были сломать.
— Я сломлен, не беспокойтесь.
— Вы должны были взвыть… Я прав. Вы не обычный человек… Такими темпами это займет слишком долго… А мы не можем ждать. Я хочу вам сделать новое предложение. Десять процентов. Два миллиона.
— Два миллиона! — воскликнул Фойл. — Почему вы сразу не сказали?
— Я не знал вас. По рукам?
— Почти.
— А что еще?
— Я выбираюсь из Жофре Мартель.
— Естественно.
— И кое-кто еще.
— Сделаем. Дальше.
— Открытый доступ к архивам Престейна.
— Это исключено. Вы с ума сошли? Будьте благоразумны.
— К его корабельным архивам.
— Зачем?
— Мне нужен список команды одного из кораблей.
— Так, так… — в голосе Дагенхема вновь зазвучало оживление. — Обещаю. Что-нибудь еще?
— Нет.
— Значит, договорились. — Дагенхем был доволен. Мерцающий контур поднялся со стула. — Приготовления
— Почему вы не подослали ко мне телепата?
— Телепата? О чем вы говорите? На всех Внутренних Планетах не наберется и десятка телепатов. Каждый их час расписан на десять лет вперед. Никто бы из них не согласился нарушить расписание.
— Прошу прощения, Дагенхем. Я думал вы плохо знаете свое дело.
— Вы меня обижаете.
— Теперь я вижу: вы просто лжете. За долю в двадцати миллионах можно нанять любого телепата.
— Правительство никогда…
— Не все они работают на правительство. Нет. Дело не в этом. Тут кроется что-то слишком важное.
Пятно света метнулось через комнату и схватило Фойла.
— Что вам еще известно?! Что вы скрываете? На кого работаете? — Руки Дагенхема тряслись. — Господи, какой я дурак! Конечно, вы не простой космонавт… Отвечайте: на кого работаете?!
Фойл резко стряхнул руки Дагенхема.
— Ни на кого, — сказал он. — Ни на кого, кроме себя.
— Да? Включая друга в Жофре Мартель, которого вы так стремитесь спасти? Боже мой, вы чуть не одурачили меня, Фойл. Передайте капитану Йанг-Йовилу мои поздравления. Его люди лучше, чем я думал.
— Не знаю никакого Йанг-Йовила.
— Так вот вы и ваш коллега здесь сгниете! Издохните! Я переведу вас в самую страшную камеру. Я брошу вас на самое дно Жофре Мартель. Я… Охрана, сюда! Охра…
Фойл схватил Дагенхема за горло, повалил на пол и стал бить головой о каменную плитку. Дагенхем раз вскрикнул и затих. Фойл сорвал с его лица очки и одел их на себя. В мягкорозовом свете вернулось зрение.
Фойл раздел Дагенхема и быстро, разрывая по шву, влез в его костюм. На столе лежала широкополая шляпа. Фойл надвинул ее на самый лоб.
Из комнаты вели две двери. Фойл подскочил к ближней и осторожно ее приоткрыл. Она выходила в северный коридор. Он закрыл ее. Бросился к другой двери и вырвался в противоджантный лабиринт. И тут же потерялся. Отчаянно заметавшись по переходам, он снова оказался в комнате, где Дагенхем пытался подняться на колени.
Фойл повернулся и кинулся назад в лабиринт. Неожиданно перед ним оказалась дверь. Он распахнул ее и попал в просторную и ярко освещенную мастерскую. На него ошеломленно уставились двое рабочих. Фойл схватил кувалду, прыгнул на них и двумя ударами свалил. Тут до него донесся крик Дагенхема. Фойл затравленно огляделся, ворвался в следующую дверь и вновь потерялся в лабиринте. Заревела сирена. Фойл замахнулся кувалдой, пробил тонкий пластик перегородки и оказался в южном коридоре женской половины, освещенном инфракрасным светом.