Тиасса
Шрифт:
Вскоре дверь открылась, явив глазам посетительницы ее высочество Норатар.
— Коти! Входи!
Улыбаясь, Коти вошла.
— Приветствую вас, принцесса! Ой!..
— Я предупреждала, что вмажу тебе, если будешь меня так называть. Садись. Что будешь пить?
— Ничего, мне нужна свежая голова. И ты не будешь, сестра.
— Раскомандовалась.
— Не дури, ты же видишь, как я одета.
Норатар кивнула.
— Либо что-то не так в Южной Адриланке, либо дело во Владе.
—
— Излагай с самого начала.
— Началось все, когда ее сиятельство графиня Белой Вершины появилась у моих дверей.
Норатар выпрямилась.
— Даже так! Она пришла к тебе домой? Какая прелесть!
— Вот-вот.
— И что она сказала?
Коти изложила разговор; похоже, Норатар понравилось, особенно эпизод с соглашением.
— Итак, — проговорила Наследница драконов, — у нас имеется вторжение дженойнов…
— Угроза вторжения.
— Верно. А также способный помочь артефакт, предположительно находящийся у Влада в руках; и императрица, согласившаяся воспользоваться Державой, чтобы его найти.
— Да.
— И ты сделала очевидный вывод.
— Я рада, что и для тебя он очевиден, а то забеспокоилась бы, вдруг паранойя заразна.
— Разумеется, очевиден. Есть мысли, как они это разыграли?
— Пока нет.
— А серебряная тиасса?
— Я понятия не имею ни о ее происхождении, ни о ее свойствах, если ты о них спрашиваешь. Это просто вещица, которую Влад использовал как наживку несколько лет назад. Незадолго до нашей свадьбы. Насколько я знаю, она ничего такого не делает, хотя я не отказалась бы снова взглянуть на эту вещицу.
— Зачем?
— Не знаю. Она просто красивая.
— И напоминает тебе о Владе.
— У тебя тут милая комната. О, новый натюрморт?
— Коти…
Она вздохнула.
— Я не графиня Белой Вершины.
— Ты это о чем?
— Жизнь моя не вращается вокруг парня, с которым я некогда жила.
Норатар взглянула ей прямо в глаза.
— С чего ты решила, будто я так полагаю?
— Ладно, ладно. Просто мы немного поболтали с графиней. В смысле, пока ехали во Дворец. Ничего особо важного, просто странно.
— Да уж.
— Ты знакома с Ласло?
— Это который… который выходец с Востока?
— Да.
— Конечно, мы встречались.
— Он один из величайших мастеров-колдунов, каких когда-либо знал этот мир. У него два дружка — случай, насколько мне известно, небывалый [5] … И он продлил свою жизнь на многие сотни лет. Колдовство на такое неспособно. Он…
— К чему ты клонишь?
— Он любовник императрицы.
5
у
— Только потому, что его все…
— Нет-нет. Так он думает о себе. Для него это — самое важное.
— Очень странно.
— Угу. И судя по тому, как говорила графиня — она тоже из таких, странных. Могу и ошибаться, конечно, однако если верить ее тону, для нее важнее всего — что она замужем за капитаном. А тут ты говоришь…
— А, понятно.
— Ты знаешь о моей работе, хотя мы об этом не говорили.
— Да.
— Так вот, что бы ты сама о ней не думала — это важно.
— Я знаю, что для тебя это важно.
— Нет, это… ладно, давай не будем. Я хочу сказать…
— Я давно уже поняла, сестра. Прости.
— Но ты знаешь, почему Влад в бегах.
— Знаю.
— Ненавижу то, как он пустил все прахом, чтобы меня спасти.
— Знаю.
— Ненавижу то, что он меня спас.
— Знаю.
— Ненавижу то, что я вынуждена быть ему обязанной.
— Знаю.
— А сейчас…
— Да. Поняла.
— Ты в игре, Норатар?
— Это дурацкий вопрос или просто формальность?
— Формальность.
— В игре.
Коти улыбнулась.
— Спасибо.
— План есть?
— Разумеется.
— Ладно, игра твоя. С чего начнем?
— Со встречи с императрицей. Сможешь меня провести?
— Разумеется, я же принцесса.
— Ха, так и знала, что этот титул на что-то да годен.
— Мы торопимся?
— Не знаю. Лучше будем считать, что да.
— Тогда минутку.
— Само собой.
Норатар исчезла в раздевалке, откуда появилась через пару минут в сером плаще Дома Джарега поверх обычного одеяния — черно-серебряного, цветов Дома Дракона. Еще на ней была оружейная перевязь; Норатар сняла со стены меч и спрятала в ножны.
— Готова, — проговорила она.
— Как в старые недобрые времена, — фыркнула Коти.
— Ко мне они были добры.
— И это тоже. Ладно, пошли. Остальное доскажу по дороге.
Дом Дракона и вход в Императорское крыло разделяли едва пара сотен ярдов. Пока они шагали к тронному залу, Коти поинтересовалась:
— Видела, как смотрят?
— Тот, высокий, пытался изобразить безразличие. По-моему, повредил себе челюсть.
— Да я сама, пожалуй, повредила челюсть, пытаясь удержаться от смеха.
— Наследница драконов и женщина с Востока, обе в плащах джарегов. Я бы не винила беднягу.
— Я тоже. Но очень уж хочется выйти через дверь Лискома, описать круг и снова пройти мимо.