The Prodigy
Шрифт:
– Инквизиторы, - фыркнула Скарлетт, - много их тут?
– Здесь, в Тальнере – один монастырь, небольшой, человек пятьдесят. Сама понимаешь, стригои и ведьмы особо не ладят. Одно время эти фанатики в Хольцрине окопались, князь Эрон не против был, там ведьм полно. Но как-то эти идиоты напали на княжну Илону, ну, знаешь, дочь князя Мирана. Она как раз направлялась в замок князя.
Скарлетт поморщилась, вспомнив эту историю. Тогда только-только начинали появляться телевизоры и радиоприёмники,
Говорили, что в том месте, где горе-инквизиторов настигли Гончие князя Николаса, до сих пор оставалось выжженное чёрное пятно.
– С тех пор они князя Николаса чуть ли не Сатаной считают, - фыркнул Киннан, - они и клинику нашу ненавидят, приходится частенько оттуда разных фанатиков выпроваживать, особенно теперь.
– Почему особенно теперь? – Кора зевнула и попыталась сосредоточиться на разговоре.
– На днях наши врачи объявили, что нашли способ пересаживать человеческое сердце и уже успешно провели эти… как их… клинические испытания.
Скарлетт вздрогнула и перевела взгляд на друга, но Киннан тщательно следил за дорогой. Кора понимала, что Кин не придаёт этой новости никакого значения – ведь он не знал о том, что князь Николас с ней сделал.
Машину тряхнуло, и вдобавок к сонливости Скарлетт почувствовала тошноту. Дело было не только в браслете – когда она в полной мере осознала, что Киннан жив, то испытала такой прилив безудержной радости, что невольно подключила заклинание блока, которое Райтер внушал ей с самого начала обучения – оно не позволяло князю Николасу почувствовать её… вернее, его сердце. Но блок требовал энергии ничуть не меньше, чем артефакт, и сдвоенные последствия ударили по Коре сильнее.
К тому же, Скарлетт беспокоилась, сможет ли остаться незамеченной – блок тоже был заклинанием, применением магической энергии. Но без него Повелитель мёртвых быстро её найдёт, а мериться силами с тем, кто поднимал мёртвых ещё до её рождения, Коре не слишком хотелось.
Раньше её защищал Безымянный – он сам ставил блок и удерживал его безо всякого труда. И убрал его тоже сам – видимо, игры кончились. Теперь Райтер всерьёз решил со всем покончить. Без блока Скарлетт откроется перед князем, с блоком – перед Безымянным. Фактически, третьего варианта не существовало – выбор между некромантом и тёмным магом не вдохновлял.
– «… пересаживать сердце в клинических условиях», - внезапно подало голос радио. Кора вскинула голову и с жадным любопытством уставилась на магнитолу. Сонливость отступила под натиском адреналина.
Варианта вовсе не два, как она думала. Кин пытался ей рассказать – в этой клинике нашли способ заменить одно сердце другим. Этого не могли добиться столетиями, и вот теперь обычные люди, врачи, утверждают, что нашли решение её проблемы. Если она избавится от сердца Николаса, то блок окажется не нужен.
– Прости, - торопливо извинился Киннан и
– Стой, Кин. Что ты об этом знаешь? О пересадке сердца?
– Только то же, что говорят по всем каналам. Я в медицине не разбираюсь, - пожал плечами мужчина и свернул на подъездную дорожку. Дом у него был современный, двухэтажный, практически без окон, с покрывающим стены плющом.
– Мило, - на минуту отвлекшись от темы, оценила Кора и хихикнула, - спишь в гробу?
– Смешно, - фыркнул Киннан, открыв ей дверцу, - а ты носишь остроконечную шляпу?
Скарлетт тихонько рассмеялась. Чувство эйфории снова затопило душу, и девушка, повинуясь мгновенному порыву, обняла Кина, прижавшись лбом к его шее.
– Я по тебе скучал, Кора, - почти неслышно выдохнул Киннан и крепче обхватил её талию.
========== –20– ==========
Скарлетт открыла глаза и поняла, что не помнит, как заснула. Она лежала на диване в просторной гостиной; окна оказались наглухо зашторены, и электрический свет создавал иллюзию вечного вечера.
– Киннан? – позвала Кора, осматривая комнату. Однако вместо Кина от двери раздался другой голос.
– Ушла, не попрощавшись, Летти, как это на тебя похоже.
Райтер стоял, прислонившись к дверному косяку, и тоже разглядывал обстановку. Кора мгновенно потянулась к запястью, чтобы ущипнуть кожу и проснуться, но Безымянный сделал одно лишь резкое движение, и она почувствовала знакомую дрожь; тело перестало слушаться, руки опустились. В первое время Райтер любил так развлекаться – убивал врагов её руками. Скарлетт всё прекрасно осознавала, но не могла и пальцем пошевелить против воли Безымянного.
– Значит, Киннан, - задумчиво подытожил Райтер.
– Ты сказал мне, что он мёртв, - с яростью прошипела Кора; голос – единственное, чем она продолжала распоряжаться под действием заклинания марионетки.
– Ну теперь-то точно будет мёртв, - подумав, сказал Безымянный. Скарлетт это откровение не потрясло: она и так понимала, что если Райтер всё узнает, то предпочтёт избавиться от Кина. Другое дело, что допускать этого она не собиралась.
– Когда я проснусь, то…
– А вдруг никогда не проснёшься? – прервал её Безымянный, - думаешь, я не смогу этого устроить?
В руке у мужчины возник нож, скорее всего, обычный, столовый.
– Убьёшь меня кухонным ножом? – фыркнула Кора, - как вульгарно.
– Ну что ты, Летти, для тебя только самое лучшее, - нож в пальцах Безымянного плавно поменял форму, став охотничьим, с зазубринами. Скарлетт мысленно поморщилась. Нож с зазубринами причинял куда больше боли, чем столовый.
– Оценила мой ход, кстати? – тронув лезвие пальцем, спросил Райтер, - наверняка, когда ты увидела своего… хм… не совсем мёртвого друга, князь Николас уловил твой восторг. Даже я его уловил.