The Darkness
Шрифт:
Наконец, перерыв. К сожалению, противники забили, и теперь счёт в их пользу, но я уверена, что наши отыграются во втором тайме.
Я сложила руки, почувствовав неприятный холодок, который пробежал по спине. Повернула голову. Я знаю, что ОНО здесь.
Поднимаю глаза выше. Не знаю, что именно я хочу обнаружить, но чувство внутреннего дискомфорта не покидает меня. Я опускаю руки, уставившись на Дилана, который пробирался сквозь толпу к ступенькам. Он подозрительно оглядывался, словно его кто-то преследовал.
–
Я дернулась, поняв, что отстаю, и кинулась за ними. Заиграла громкая музыка. Со стороны трибун начались вспышки, словно сотня фотоаппаратов щелкают разом. Я пыталась отвлечься, но все происходящее вокруг впервые казалось мне чем-то безумным: эти крики с трибун, шум, грохот, музыка, кричалки, танцы, движения.
Я остановилась, в то время, как все продолжали танцевать.
– Кая!
– Мария не останавливается, пытаясь докричаться до меня.
Я начинаю тяжело дышать. В моей голове что-то грохочет. В глазах начинает темнеть. Я трясу головой, держась за лоб, и перевожу взгляд на двери: Дилан выходит из зала, качаясь из стороны в сторону. Я хмурю брови, опуская руку.
Слышу голос своей мамы. Неужели, она пришла?
Знаю, что после такого мне достанется не меньше, чем Кейт, но я всё равно трогаюсь с места, направившись к дверям. С каждым шагом ускоряюсь, чтобы поскорее покинуть это место.
– Кая?
– это голос Мета?
Я выбегаю в коридор, оглядываясь:
– Дилан?
– иду в сторону мужской раздевалки.
– Дилан?
Не могу объяснить этого желания найти его. Я просто знаю, что должна.
– Дилан!
– вбегаю в раздевалку и слышу шум воды. Душевая?
Сглатываю, подходя к дверям душевой. Касаюсь ручки дрожащей рукой, на которой, к слову, остался синяк. Дергаю, открывая дверь. Здесь несколько полу-кабинок. Душ работает только в одном. Тот находится в конце. Я сжимаю губы, медленно ступая по холодной желтоватой плитке. Мокро и холодно. Вода ледяная. Подхожу к последней кабинке. Мое сердце бешено бьётся, когда я выглядываю.
Но ничего. Там пусто. Только вода льётся.
Я тяжело выдыхаю, закрывая глаза, и тянусь, чтобы выключить душ, но резкий толчок сбивает меня с ног. Поскальзываюсь и падаю, бьюсь головой об плитку. Вода льётся мне в лицо, отчего мне приходится перевернуться на живот, чтобы хоть что-нибудь увидеть. Я присаживаюсь на колени. Головная боль волной настигает меня, и я хватаюсь за затылок. Слышу скрип подошвы. Я тут не одна.
Поворачиваю голову: Дилан стоит напротив. Он, как и я, мокрый. Парень тяжело дышит.
– Дилан! Стой!
– я дергаюсь, когда он хватает меня за плечи, опрокидывая обратно на пол. Начинаю трястись и извиваться, стараясь оттолкнуть его, но его руки сильно сжали мои плечи, прижимая к плитке, что не давало мне свободно двигаться.
– Ты это
– начал кричать Дилан.
Черт.
– Ты! Это все ты! Оставь меня!
Я бы с удовольствием, хоть речь и не обо мне. Кажется, он и говорит с кем-то другим. Или принял меня за кого-то иного. Странно, что в такой ситуации, я способна здраво мыслить и рассуждать.
– Дилан! Приди в себя!
– всё ещё стараюсь докричаться до него.
Парень сильно давит мне на плечи, вдавливая в пол. Я поворачиваю голову на бок, плюя воду, что собралась во рту. Начинаю кашлять, задыхаясь. Дилан ослабил хватку. У меня не выйдет взглянуть ему в глаза из-за потока воды.
Больше не чувствую давления на плечи. Плеск воды, тяжелые вздохи, словно Дилан сел на пол и отполз к стене. Я приподнялась, тря глаза. Смотрю на парня, щурясь. Его вид явно говорит, что в шоке не только я, но и он. Мне хочется успокоить его, сказав, что все в порядке, но язык не поворачивается, ибо я совершенно не в порядке.
Я приподнимаю руку:
– Ты как?
– стараюсь скрыть дрожь в голосе, но, видимо, плохо вышло.
Дилан вскочил, кинувшись к двери. Убегает?! Я попыталась встать, но резкая боль в голове заставила меня вернуться в исходное положение. Я схватилась за затылок, кривясь от неприятного ощущения. Подняла глаза, смотря на дверь. Теперь, я точно ничего не понимаю.
Судя по крикам, льющимся из зала, наши выиграли. Что ж, это неудивительно. Теперь мне хочется поскорее свалить, но времени не хватило, и когда я вышла, то в коридор забежали ликующие баскетболисты и девушки. Я не успела полностью привести себя в порядок и согреться, так что выгляжу ужасно.
– Кая?
– Мария сначала хмурится, но затем в её глазах появляется беспокойство.
– Что с тобой случилось? Ты в порядке?
Я судорожно киваю. К нам подходит Мет. Парень потный и уставший, но все равно выглядит прекрасно:
– Тебе плохо? Ты напугала нас. Мы отправили Пола за тобой, но он сказал, что тебя не было в раздевалке.
Да, потому что надо было искать в мужской.
Я выдыхаю:
– Простите, я просто ужасно сплю в последнее время, - виновато улыбаюсь.
– Это как-то связано с ним?
– Мет серьёзно смотрит на меня. Я хмурюсь, но понимаю, о ком идет речь:
– Нет, почему ты сводишь все к нему?
– После его возвращения ты стала себя странно вести. Да и ещё, я вижу, как он наблюдает за тобой.
Меня передергивает. Дилан. Наблюдает. За. Мной. Я кручу головой, вновь смотря на Мета.
– Так, это ваши тараканы, - Мария направилась в раздевалку.
Я сжала ремень сумки, поглядывая на парня, который поставил руки на талию, вздыхая.
Если он видел, как Дилан наблюдает за мной, то, получается, что он тоже смотрит на меня. Можно ведь предположить такое? Это заставляет меня улыбнуться: