Тезей

«Равенство

между людьми неестественно, более того, оно нежелательно», — произнес как-то Андре Жид устами одного из своих персонажей. Из какого же сословия следует происходить человеку, чтобы перед ним были открыты все возможности его эпохи?

В прежние времена для этого нужно было родиться наследным принцем. В противоестественном же XIX веке было достаточно появиться на свет богатым буржуа. Чем смешаннее при этом происхождение, тем больше шансов на универсальный успех.

Андре Поль Гийом Жид родился 22 ноября 1869 года в Париже, неподалеку от Люксембургского сада, в благополучной, но не лишенной противоречий буржуазной семье. Родители его не были коренными парижанами.

Отец, Поль Жид — юрист, профессор Сорбонны, происходил из старого протестантского рода, основатель которого, известный как пьемонтский Жидо, спасаясь от религиозных преследований, перебрался в конце XVI века в Лангедок. Мать, Жюльет Рондо, родом из Руана, принадлежала к очень богатой католической семье.

А. Жид в возрасте трех лет с матерью

Детство юного парижанина не было ни счастливым, ни несчастливым, но и скучным его не назовешь. Ранние годы и, позже, каникулы проходили попеременно в отцовском Лангедоке и материнской Нормандии. «Моя ли в том вина, — напишет Андре Жид впоследствии в „Дневнике“, — что ваш Бог заставил меня появиться на свет между двух звезд, плодом двух кровей, двух провинций и двух конфессий?»

Смешанное происхождение оправдывало нежелание сделать выбор в пользу одной из семей и одной из конфессий. «Между Нормандией и югом я не хотел и не мог выбирать, и я чувствую себя тем более французом, оттого, что я происхожу не из какого-то одного уголка Франции, оттого, что я не могу мыслить и чувствовать ни по-нормандски, ни по-южному, ни по-католически, ни по-протестантски, но по-французски и оттого, что, родившись в Париже, я понимаю… грубый нормандский жаргон и певучую речь юга, что я любовно храню в памяти одновременно вкус вина, вкус сидра, дремучие леса и обширные луга, покрытые белым цветом яблони и белую кору миндальных деревьев… Более того, не было ничего более несхожего, чем эти две семьи, ничего более несхожего, чем эти две французские провинции, которые соединили во мне свои противоречия.»

Юный Андре Жид посещает одну за другой несколько частных школ, где не блещет ни глубокими познаниями, ни примерным поведением. В возрасте девяти лет ему приходится даже остаться на второй год как

из-за тяжелой кори, так и из-за скромных успехов в учебе.

Андре довольно рано узнал горе, несколько смягченное благосостоянием семьи, но обострившее чувства.

В октябре 1880 года, в возрасте 48 лет, Поль Жид внезапно умирает от скоротечной чахотки, и его осиротевший сын остается на попечении матери, особы чрезвычайно умной, развитой и открытой, но в то же время непомерно набожной и пуританской.

Овдовевшая мадам Жид с сыном покидают Париж и обитают некоторое время в Монпелье, где Андре чрезвычайно страдает от грубости школьных товарищей и переживает несколько нервных срывов. В конце 1882 года мать и сын перебираются в Руан, где тринадцатилетний Андре влюбляется в свою в то время почти шестнадцатилетнюю кузину из-за Рондо. Всплеск страстей довольно кровосмесительного свойства мог быть признаком врожденного царственного благородства подростка, но мог и не быть.

С 1883 года Андре с матерью — вновь в Париже, и вновь одна за другой сменяются частные школы.

Андре Жид в молодости

В 1889 году Андре Жид принимает первое самостоятельное решение. Успешно сдав экзамены на аттестат зрелости, он записывается в Сорбонну на литературное отделение, начиная одновременно наведываться в некоторые литературные салоны.

В июне 1890 года молодой человек уединяется в шале неподалеку от Аннеси, чтобы писать книгу. Книга — «Тетради Андре Вальтера» — была написана, опубликована за счет автора и представляла собой длинное признание в любви кузине Мадлен.

Вечером 8 января 1891 года, в Аркашоне, близ Бордо, Мадлен Рондо отвечает отказом на предложение руки и сердца влюбленного кузена, который принимается искать утешения в интенсивном чтении, новых литературных опытах, а также в нескольких интересных знакомствах: с Полем Валери, Малларме и, наконец, Оскаром Уайльдом. «Мне не нравятся ваши губы», — откровенно признался изысканный англичанин своему новому другу.

Атман, четырнадцати лет от роду, один из юных североафриканских друзей А. Жида, 1893 год

Идти своим путем — к этому с юности стремился А. Жид. Нетрадиционная медицина учит, что нетривиальные персоны (возможно, и тривиальные тоже), живущие чужой жизнью обречены на раннюю смерть от роковой болезни своего времени. На рубеже XIX–XX веков такой болезнью все еще была чахотка.

В октябре 1893 года в сопровождении одного из друзей Андре Жид отплывает из Марселя в северную Африку. В Бискре, в Тунисе, Андре испытывает недомогание, заставляющее лишний раз задуматься о болезни, сведшей в могилу его отца, что не мешает ему предаваться чувственным наслаждениям в обществе некоего юного Али.