Тейнквил
Шрифт:
Тот быстро кивнул:
– О, да, Премьер-Министр, так и есть. Я работал над диапсоновыми кристаллами, пытаясь найти способ увеличения их производительности, как преобразователей окружающего света в энергию. Такова была моя задача на протяжении последних пяти лет.
– И?
Орек замялся:
– Мой господин,- сказал он, переключившись на более формальный и почтительный титул,- думаю будет лучше, если я не расскажу, а покажу вам. Вы так лучше поймете.- Он встряхнул копной своих темных непослушных волос и нервно перетирал руки.- Не будет ли слишком навязчивым попросить вас пройти
На мгновение Сен Дансидан подумал было, что это могла быть попытка покушения на него. Однако отбросил эту мысль. Если бы враги всерьез намеревались его устранить, то они, наверняка, придумали бы план получше. Этот маленький человек был слишком напуган, чтобы стать орудием смерти Премьер-Министра. Его присутствие здесь было вызвано чем-то другим, и как бы не хотелось это признавать, Сен Дансидан был чрезвычайно заинтересован выяснить, чем же именно.
– Ты понимаешь, что если это окажется пустой тратой времени, то последствия будут весьма неприятными,- спокойно произнес он.
Глаза Этана Орека моргнули и внезапно смело встретили его взгляд:
– Я надеюсь, что скорее будет награда, а не наказание, Премьер-Министр.
Дансидан непроизвольно улыбнулся. Этот маленький человек оказался жадным, такое качество он ценил в тех, кто искал его благосклонность. Довольно честно. Он даст ему шанс получить славу и богатство.
– Показывай дорогу, инженер. Давай посмотрим, что ты открыл.
Они вышли из спальни через дверь и оказались в коридоре. В то же мгновение в шаге позади них оказалась личная охрана Сена Дансидана, прикрывая его спину от нападения, придавая ему уверенности просто своим присутствием. На него никогда не было ни одного покушения, хотя он раскрыл несколько заговоров, которые могли привести к такой попытке. Каждый раз тех, кто был в них вовлечен, заставляли исчезнуть, всегда со спокойным разъяснением тет-а-тет. Для всех проясняли одно: даже разговоры о смещении Премьер-Министра с поста будут рассматриваться как измена и, в соответствии с этим, будут применяться меры.
Однако, Сен Дансидан не был настолько самодовольным, чтобы думать, что такой попытки никогда не будет сделано. Думать иначе было бы глупостью, учитывая неспокойное положение его правительства и недовольство народа. Если попытка покушения будет успешной, то виновные в ней не будут осуждены за свое действие. Тот, кто займет его место, даже наградит их.
Он ступал по узкой, извилистой тропинке и осознавал об опасностях, которые ее окружали. Поэтому всегда требовалась большая доля осторожности.
Однако этой ночью он не чувствовал необходимости в такой осторожности. Он не смог бы объяснить это свое заключение, кроме того, что его предчувствия не требовали ее, а предчувствия никогда его не обманывали. Этот маленький человек, за которым он шел, этот Этан Орек, имел своим намерением нечто другое, а не устранение Премьер-Министра. Он очень уверенно двигался вперед, когда другие вряд ли бы решились сделать подобное, и раз он так делал, значит у него были какие-то особые планы и, по всей вероятности, весьма конкретная цель. Было бы интересно выяснить и то, и другое, даже если в итоге придется
Они миновали жилые помещения Премьер-Министра и дошли до парадного входа, где в ожидании уже стоял еще один отряд одетых в черное стражников, вытянувшихся по стойке смирно и блестя в свете факелов пиками.
– Подать карету,- приказал Сен Дансидан.
Он стоял, ожидая прямо у двери, с Этаном Ореком, наблюдая, как тот с тревогой переминался с ноги на ногу и смотрел куда угодно, но только не на своего господина. Довольно часто казалось, что он вот-вот заговорит, но потом, по-видимому, передумывал. В конце концов, о чем они говорили бы? Ведь они не были друзьями. Да и после нынешней ночи, вероятно, никогда снова не поговорят. Возможно, что один из них даже умрет.
К тому времени, когда карета прокатилась по двору через окованные железом въездные ворота, Сен Дансидан уже испытывал нетерпение относительного данного дела. Потребовалось довольно много усилий, чтобы выполнить просьбу этого инженера, и во всем мире не было никаких оснований полагать, что они будут оправданы. Однако он зашел уже так далеко, что не было смысла останавливаться на полпути, пока он точно не узнает, что это дело заслуживает прекращения. За эти годы произошло много странного. Он подождет до принятия окончательного решения.
Они сели в карету, стражники заняли свои места на подножках с каждой стороны, а также на заднем и переднем сиденьях снаружи кабины. Лошади фыркнули в ответ на команду кучера, и карета покатилась вперед сквозь темноту. Вокруг было тихо, и только в нескольких окнах горел свет, указывая на присутствие других министров Коалиционного Совета и их семей. Снаружи стен особняка улицы были не такими ровными, запахи обострились и появились различные звуки, как результат большего числа живущих там. Над головой ярким шаром на безоблачном небе светила луна, заливая Аришейг настолько, что весь город был четко виден.
В такие ночи, мрачно думал Премьер-Министр, часто проявлялась магия. Все сводилось лишь к признанию этой магии доброй или злой.
На поле воздушных кораблей, расположенном на северной окраине города, Этан Орек направил их к одному небольшому строению прямоугольной формы, стоявшем позади остальных зданий и явно не предназначавшимся для стоянки таких огромных летающих судов. Часовой на страже подошел, чтобы их приветствовать. Явно смущенный и напуганный неожиданным появлением Премьер-Министра, он, тем не менее, поспешил вперед свиты, чтобы открыть двери в это здание.
Оказавшись внутри, инженер повел их, указав на длинный коридор, едва освещенный лампами, по одной на каждом конце, а все пространство между ними было одним темным пятном. Двое стражников Сена Дансидана двинулись вперед, осматривая все места, в которых мог спрятаться убийца, почти вплотную за нетерпеливым Этаном Ореком.
На половине пути по второму коридору инженер остановился перед небольшой дверью и показал на нее:
– Здесь, Премьер-Министр.
Он открыл дверь и сначала впустил туда стражников, их громоздкие фигуры сразу же исчезли в темноте. Они зажгли факелы, установленные в настенных держателях, и к тому моменту, когда вошел Сен Дансидан, помещение было ярко освещено.