Тевтонский крест
Шрифт:
– Новые?
– Разумеется. Ведь мы тоже посланники будущего. Шлюссель-башен у нас нет, так что открывать межвременные врата для новых подразделений цайткоманды приходится иначе.
– Так что же, вы все…
– Не все, полковник, не все. Доверять сакральные знания всем и каждому неразумно. И опасно. Слишком высока ответственность. Слишком велик соблазн. На данный момент заклинание ариев известно лишь мне и коменданту Взгужевежи обер-фюреру СС Генриху Фишеру. Если со мной что-то случится, Фишер продолжит мою работу, открыв формулу «якоря» надежному заместителю и поставив его во главе Взгужевежевского замка. Ну, а пока оберфюрер
– А могу я узнать, как ты и твоя команда собираетесь возвращаться обратно – в свое время?
– Никак, – просто ответил он. – Без шлюссель-башен это невозможно.
– А «якорь»?
– Для обратного цайт-прыжка его нужно ставить заново. Хотя бы один человек из прошлого должен попасть в будущее и уже там связать два временных отрезка. А как он это сделает без шлюссель-башни?
Фон Берберг ухмылялся. Врет или говорит правду? Может быть, и правду: с упертых нацистов запросто станется во имя фюрера и идеалов рейха отправиться воевать в один конец.
– Значит, вы здесь действуете как десант, навеки потерявший связь с Большой землей.
– Ничего подобного. Связь существует. Односторонняя, правда, но разве это так важно? Благодаря «якорям» мы имеем возможность получать из центрального хронобункера СС подмогу и боеприпасы. Тем же путем поступают личные приказы Гиммлера. На бумаге, разумеется, и в общих формулировках. Нам тут предоставлена довольно высокая степень самостоятельности. Так что у нас все в порядке, полковник. Просто… просто мы не можем вернуться домой.
И – прежняя насмешливая улыбка. И неестественное нордическое спокойствие… Бурцев даже позавидовал. Он бы так не смог – он до сих пор мучается от уникальной ностальгии – ностальгии по родному будущему. Иногда, бывает, такая тоска накатывает – хоть волком вой! «Просто не можем вернуться». Ох, что-то все-таки не договаривает штандартенфюрер. Скрывает что-то. Или надеется на чудо? «Пока не можем» – не это ли имеет в виду немец?
– Через определенные заранее оговоренные промежутки времени нам пересылают все необходимое, – продолжал фон Берберг. – Пересылают когда надо и куда надо.
Бурцев насторожился. «Когда» – с этим понятно. Но…
– Куда надо? Так Взгужевежа – не единственная ваша база?
– Взгужевежа – стартовая и транзитная база, полковник. Мы не можем воспользоваться ею для возвращения, но в пределах данного конкретного времени она годится для многого.
– Телепортация? – догадался он.
Как там говорил Сыма Цзян… «Переносить людя и веща из башня в башня. В один мгновений и на любой расстояний!»
– Вы и об этом знаете? – Вестфалец качнул головой. – Что ж, нам легче будет объясниться. Да, вы правы, платц-башни, пропитанные древней магией до последнего камешка, мы используем для телепортационных перемещений. О такой возможности тоже упомянуто в арийских письменах. Все очень просто. В назначенное время по общему графику цайткоманды очередная группа отправляется из будущего в прошлое. А мы принимаем ее уже по своему усмотрению: либо во Взгужевеже, либо на развалинах какой-нибудь другой башни, где мне удается поставить «якорь». Во втором случае новое подразделение, совершая цайт-прыжок из центрального хронобункера СС, даже не материализуется во Взгужевеже, а сразу перенаправляется на место своей дислокации.
Если же срочно потребуется изменить концентрацию сил, платц-башни позволят мгновенно
– И ты, значит, плетешь здесь свою сеть?
Штандартенфюрер криво усмехнулся:
– Плету. Впрочем, как уже я говорил, мне приходится выполнять и другие задачи. Дипломатического плана. Раз уж вы такой всезнающий, вам должно быть известно, что путешествовать во времени по-настоящему крупные отряды не могут. Арийские маги строили свои башни для нужд избранных. То есть массовой переброски ни во времени, ни в пространстве не предполагалось изначально. А повторный цайт-прыжок без шлюссель-башен к тому же требует колоссальных энергетических затрат. В общем, мы не можем отправить в прошлое целую армию и вынуждены ограничиваться небольшим военным контингентом. А потому нуждаемся в союзниках. Их поисками я занят. Был занят, точнее. Уже нашел.
– Ливонцы?
– Да. Накануне операции мы тщательнейшим образом изучили все исторические документы, касающиеся начала сороковых годов тринадцатого века. Абсолютно все – в том числе и неизвестные широкой публике орденские архивы. Из них мы узнали и о кульмском турнире, и о противостоянии фон Грюнингена и фон Балке, и о визите в Кульм папского легата епископа Вильгельма Моденского. Раскол в ордене Святой Марии, амбициозные планы ливонского ландмейстера, а также возможность инсценировать поддержку цайткоманды авторитетнейшим посланцем Рима позволяли нам надеяться на благоприятный исход переговоров с Дитрихом. Надежды оправдались – союз заключен. Так что… Рвущееся в крестовый поход братство Ливонского дома, с одной стороны, регулярные цайт-прыжки из хронобункера СС – с другой – и победа будет за нами.
Глава 64
Было интересно. Более чем… Бурцев даже перестал замечать направленный на него пистолет. Аделаида и та на время вылетела из головы. Занимательная беседа с офицером СС затягивала и интриговала:
– Но одного «якоря» для ваших, как ты выражаешься, цайт-прыжков недостаточно. Были упомянуты еще какие-то неимоверные энергетические затраты, так?
– А вы умеете не только спрашивать, но и слушать, полковник, – хмыкнул фон Берберг. – Да, заклинание-«якорь» всего лишь устанавливает связь между временами. Но нужно еще этой связью воспользоваться и осуществить переброску. Для цайт-прыжка без шлюссель-башни необходимо использовать альтернативные магические техники. Желательно – помощнее.
– И какова же альтернатива?
– Вам не доводилось видеть эсэсовское кольцо «Мертвой головы»? – ответил немец вопросом на вопрос. – Тотенкопфринг дер СС?
– А что?
– На самом деле человеческий череп – символ самой могущественной из известных нам магических школ – некромантии. Она-то и открывает путь цайткоманде из двадцатого века в тринадцатый.
Так вот что за магию «большой смерти» имел в виду Сыма Цзян!
Глаза у Бурцева полезли на лоб.
– Ого, так вы еще и некроманты?!