Терской Фронт

Громов Борис Николаевич

Так, похоже, я и впрямь малость зарвался. Ну да ничего. Пусть думают, что цену себе набиваю.

— Ваши предложения?

В общем, сошлись на одном проценте, что, учитывая суммы контрактов, не так уж и мало.

— Хорошо, с этим разобрались. В напарники кого возьмешь? — спрашивает Кузьма.

— Кого? — задумчиво тяну я, прикидывая в голове возможные варианты. — Знаете, а я пожалую Толика возьму.

— Ты серьезно? — изумляется Убивец. — Он же молодой совсем и подготовка нулевая. Разве что, здоровенный, как кабан, ну, и стреляет неплохо.

— Знаешь, Костя,

иногда учить кого-то с нуля куда легче, чем переучивать человека, считающего, что он и так уже крут, словно вареное яйцо. Первый, если ему действительно интересно, будет все впитывать, как губка. А у второго новые знания будут периодически вступать в конфликт со старыми. Тогда он, скорее всего, просто махнет на новые рукой, мол, ерунда это, я и так уже все отлично знаю и умею. Меня такой подход не устраивает.

— Ладно, тебе решать, — соглашается с моими доводами командир наемников и громко командует, — Толя, иди-ка к нам, дело есть.

Анатолий, оставив недоеденный завтрак, подсаживается к нам и всем своим видом выражает величайшее внимание.

— Вот что, парень, — начинает на правах старшего по возрасту и статусу Кузьма, — хотим мы тебе предложить серьезное и опасное дело. Нужен Михаилу напарник для работы в Мертвых Землях и на территории Непримиримых Тейпов. Риск, конечно, немалый, но и прибыль — сам видел какая. А ведь Михаил туда совсем по другому поводу ходил, барахло это так, по пути к рукам прилипло.

Толя растерянно смотрит на нас, явно не зная, как к сказанному относиться и что ответить.

— Сам же говорил, — развивает тему Костя, — что просто так с колоннами тебе кататься скучно, что чему-то серьезному научиться хочешь, что о настоящем деле мечтаешь. Так вот оно, настоящее дело, и напарник у тебя будет — серьезней некуда.

— Да я в общем, согласен… Только ведь не умею ничего… И…

— Отставить, — резко обрываю его лепет я. — Слышал такую поговорку: „Не умеешь — научим, не хочешь — иди к черту, другого найдем“? Я тебя прямо сейчас в бой строевым шагом, под развернутыми знаменами и с песней гнать не собираюсь. Само собой учить сначала буду. Но учить жестко. Так что, решай. Либо да, либо нет.

— Согласен.

— Вот и хорошо. Тогда слушай первую боевую задачу — смени форму одежды.

— А что с этой не так? — Толя оглядывает свои камуфляжные штаны и короткую кожанку. — У нас в Ростове все правильные пацаны так одеваются.

— Да ты чо? — я начинаю пародировать „базары“ крутых парней начала девяностых, даже пальцы „кидаю веером“ для пущего сходства. — Пряма такие, в натуре, реально „правильные“? Тада скажи мне, пацанчик, чегой-та я этих „правильных пацанов“ здесь не наблюдаю? А?

Вот такая мысль, похоже, Толика еще не посещала.

— Вот-вот, — продолжаю я, разглядывая его задумчивое лицо, — может по Ростовским меркам они кто-то, но вот на Терском Фронте — нет никто, и звать никак. Так что, будь добр, приведи себя в соответствующий вид. Да, еще одно, оружие у тебя в каком состоянии? Учти, к этому я очень серьезно отношусь. Завтра смотр ему устроим. А главное, утром в семь ноль-ноль чтоб как штык был на крыльце, на пробежку побежим. Гляну, что у тебя

с физической подготовкой. Так что, сегодняшний день тебе на подготовку за все про все, а с завтрашнего, начну гонять, как шпрота, готовься. Свободен, топай, а то завтрак остынет.

Поднявшись к себе, приступаю к чистке трофейного оружия. Свой-то „сто третий“ я еще вчера, перед сном, в порядок привел. Примерно через полтора часа, убрав в шкаф ветошь и масло, закидываю все, кроме пулемета, в подаренный Старосельцевым баул. Туда же грудой вываливаю пустые магазины, мне столько все равно не нужно. Под „пятерку“ у меня их и так полно было, а под „семерку“ отложил себе десяток самых хороших, больше все равно утащить на себе трудно, а те, что поплоше — на продажу. Нечего хлам копить. А вот пулемет, несмотря на его немалую стоимость, я продавать не буду, в свете заключенного договора он может мне очень даже пригодиться. Вот только сменный ствол к нему взять надо будет, но это пока не горит, успею еще. И ранец под пулеметную ленту, я у деда Тимохи такой видел, в него очень аккуратно лента на 500 выстрелов укладывается. Куда лучше, чем с коробками на 100 или 200 возиться. Да и носить удобнее.

Взвалив на плечо весьма увесистый баул с трофеями, запихнув „волчьи головы“ в карман и взяв в каждую руку по гранатометной „улитке“, отправляюсь, что называется „с визитами“.

Буквально на пороге меня перехватывает Кузьма.

— Миша, ты Умаровым машину на ремонт оставлял?

— Было дело.

— Короче, звонил старый Исмаил, сказал, сделают все за две недели и работа тебе встанет в шесть рублей золотом. Но они за эти деньга поменяют все мятое, переберут движок и ходовую, передний мост там еще…

— Стоп, Кузьма, — останавливаю я его. — Полное перечисление мне ни к чему. Просто выскажи свое мнение, не обдирают?

— Думаю, нет, — отвечает, почесав в затылке, Кузьма. — Я так понял, машинешка подубитая, да еще и кувыркнутая… Да и мастерская у Исмаила Умарова не из дешевых, но зато делают на совесть. Так что, плати смело, не обманут.

— Понял, спасибо.

Так, похоже, за ремонт „пепелаца“ придется отдать все имеющееся у меня в наличии золото. Хотя, я ж еще „бошки“ в комендатуру не сдал, да и за трофеи у Сергея Сергеевича что-нибудь получу. Нормально, с голоду не помру.

В „Ратнике“ я опять застрял. Хоть и собирался все продать по быстрому и двинуть дальше, да разве от Сергея Сергеевича быстро уйдешь. Сначала добычу мою оценивали, потом я ему все свои приключения живописал, потом впечатлениями о приобретенном у него „сто третьем“ делился…

— Кстати, Сергей Сергеич, тут вопрос у меня возник. У вас в продаже ПБСов [64] не бывает? А то я вот о чем подумал, был бы у меня „глушитель“, так я тех красавцев в Беное завалил бы безо всякого риска быть услышанным, да еще и двумя хорошими автомобилями разжился бы.

64

ПБС — прибор бесшумной стрельбы, он же «глушитель».