Терской Фронт
Шрифт:
— Что, юноша, понравилось? — выводит меня из ступора насмешливый голос Сергея Сергеевича.
— Да уж, блин, впечатляет — это самое меньшее, что можно сказать! А что, — я, пытаясь пошутить, киваю на правую стену. — ЗУшки нету?
— Ну, почему же нету, есть. Просто тут для нее тесновато. Да и денег у Вас, думается мне, на ЗУ-23 пока не хватит. Опять же, на приобретение крупнокалиберных пулеметов, гранатометов и всего прочего в таком роде, нужно получить специальное разрешение у Коменданта.
Смотрю на него, и не могу понять,
— А все остальное?
— А все остальное, хоть все заберите, лишь бы денег хватило.
Да уж, блин, сладкий сон любого милитариста! Я сейчас просто заплачу и попрошу у Сергея Сергеевича политического убежища.
Ладно, полюбовались, и баста. Пора к делу переходить.
— Куда тут можно товар для осмотра сложить?
— А вот, у вас за спиной верстачок стоит, на него, и выкладывайте свои трофеи. Смотреть их будем. А как они к вам попали, если не секрет? Уж простите мое любопытство.
— Да нет никакого секрета. Мы с Тимофеем Владимировичем и ребятами из Дорожной Стражи по дороге из Моздока, в Науре, в засаду влетели. Парням не повезло, погибли почти сразу, А я вот удачливее оказался…
— Постойте, Тимофей Владимирович? Старосельцев?
— Вот ей богу, фамилию-то его я и не знаю. Но если у него есть сын Егор, дочка Оксана и торгует он всякой снарягой и экипировкой, то значит Старосельцев.
— А что за ребята из Стражи?
— Ну, Тимофей Владимирович их фамилии лейтенанту Карташову называл, только я не запомнил. Только имена — Виктор, Андрей и Юра, молодой совсем мальчишка…
— Знаю о ком речь, Вити Смирнова экипаж. Хорошие ребята были, упокой Господь их души. Жалко… А напал кто?
— Старосельцев сказал, «волчата» из Непримиримых Тейпов.
— «Волчьи головы» в Комендатуру не сдали еще? Не возражаете, я взгляну?
— Да нет, вот они, — протягиваю я Сергею Сергеевичу вынутые из кармана вышитые тряпки.
— Ого, да вы, Михаил, серьезный человек! В одиночку пятерых Итум-Калинских «волчат» уделать, это не в рукав высморкаться. Уважаю!
— А почему вы решили, что они из Итум-Калы?
— Башни позади голов видите?
— Башни Шамиля? — доходит до меня.
Эти древние башни времен Кавказской войны, перекрывавшие некогда ущелье Волчья Пасть, и в мое время были своего рода неофициальным символом Итум-Калинского района.
— Они самые.
Он возвращает мне «бошки», а я выкладываю на гладко оструганную столешницу все свои утренние «приобретения». Сергей Сергеевич поочередно берет их с верстака, вертит в руках, сноровисто делает неполную разборку. Первыми в сторону он откладывает два АКМа братцев-«партизан».
— Извините, Мишенька, но это совсем хлам. Новые
Во время разговора со Старосельцевым по пути в Червленную, я уже составил себе некоторое представление о здешних ценах, и только согласно киваю.
— Действительно хлам, Сергей Сергеевич, Вы правы. Больше за них просить было бы хамством.
— «Макаров» тоже слова доброго не стоит, ему в его теперешнем состоянии на помойке место, если уж по совести, но может и возьмет кто, на дешевизну польстившись. За него я пять рублей дам.
Мне остается только вновь согласно кивнуть. Честно говоря, я думал он этот ПМ вообще брать не станет, а просто предложит с ним до ближайшей мусорной ямы прогуляться. Продавец будто читает мои мысли.
— У меня кроме лавки еще и мастерская. И оружейник толковый. Так что, вытянем «ветерана», может еще кому послужит. Зато вот СВД и ПММ у вас очень недурственные. За пистолет пятнашку дам, за «снайперку» — сто рублей, если вместе с магазинами и патронами. Идет?
— Идет.
— АКМС тоже вполне приличный, да еще и «затыльник» от ГП… Тридцать. Ножи не возьму, не обижайтесь, не мой профиль. Их попробуйте как раз Старосельцеву продать, он холодным оружием тоже приторговывает. А вот штык, если продадите — возьму, в комплект к моей, — он кивает на снайперскую СВТ, — красотке. Она как раз без штыка. Два рубля дам, согласны?
— Согласен.
— Угу, гранаты себе оставите?
— Нет, что-то они мне особого доверия не внушают.
— Мне, если честно, тоже, но по пять рублей за штуку дам.
— Пойдет.
— Так, пулемет…
— А вот РПК я продавать не хотел, Сергей Сергеич. Мой «семьдесят четвертый», он все же больше для городского боя подходит. В лесу от него толку будет мало, калибр не тот, не то, что от веток, от травы рикошетит…
— Так-то оно так, Миша. Но есть у меня для вас вариант получше. Я вам в обмен на РПК и три «банки» отдам «сто третий» с четырьмя магазинами. Новенький, только с консервации. Есть еще и болгарский, но наш еще до Тьмы сделан, качеством все-таки получше будет. Подумайте сами: калибр тот же, а весит почти на четыре кило меньше, да и «подствольник» на него навесить можно. Ну, как?
Вообще-то, кажется, тут меня милейший Сергей Сергеевич малость по деньгам «напарить» хочет. Но в пределах разумного. АК-103 у него, если верить ценнику, стоит шестьдесят пять рублей серебром. А вот подержанный РПК — восемьдесят пять. И это с одной «банкой». Но, с другой стороны, он мне к «калашу» еще четыре магазина дает. И с остальными «стволами» не обманул. Пусть хоть какую-то выгоду получит.
— Идет.
— А вы, Миша, я гляжу, отличный клиент! Еще чем-то помочь могу? Патроны, гранаты?