Террорист №1
Шрифт:
Не дождавшись ответа, Романцев вяло махнул рукой.
– Ладно, мне наплевать, кто и за что меня убил. Эта история дурно пахнет, но я не собираюсь во всем этом копаться. В принципе меня полностью устраивает такое положение дел…
Романцев тяжело поднялся со стула, опираясь одной рукой на край стола.
– Все было хорошо до того момента, пока я не увидел вас, – он направил на Стоуна указательный палец. – Всех устраивает числить Романцева покойником, только не Стоуна… Вы даже на том свете не хотите оставить меня в покое. Скажите, зачем вам понадобилось высвистывать меня оттуда? Вам известно, что общаться с потусторонним миром опасно?
Романцев
– Читали Ветхий Завет? Конечно, Стоун все читал и все на свете знает… Помните, царь Ирод приказал уничтожить всех кудесников и заклинателей духов? Он почему-то счел род таких людей опасными для себя… Не боитесь, что какой-нибудь современный Ирод обрушит на вас свой гнев за то, что вы вызвали к жизни дух покойного Романцева? Какого черта вы молчите, Стоун?! И уберите эту физиономию, что на экране, – она мне противна!
Выпалив эту тираду, Романцев вернулся на прежнее место. Хотя собственное тело едва подчинялось ему, голова, как ни странно, почти перестала болеть.
– Пребывание на том свете определенно пошло вам на пользу, – удовлетворенно кивнул Стоун. – К вам вернулось чувство юмора. Последние годы вы слишком мрачно смотрели на окружающую нас действительность…
– Это хорошо, что вы говорите обо мне, как о покойнике. Продолжайте и дальше в том же духе… Не дай бог вам сказать, что это всего лишь розыгрыш! Не нужно меня разочаровывать… А теперь выключите «ящик» и скажите, какого черта вам от меня понадобилось! Я буду рад любым разъяснениям.
– Вы не будете разочарованы, Романцев, – скупо улыбнулся Стоун. – Можете мне поверить…
«Это чистая правда, – подумал Романцев. – Ты меня никогда не разочаровывал, Карпинский-Стоун. За исключением тех хорошо известных мне случаев, когда ты, руководствуясь какими-то своими соображениями, повел себя как подлый иезуит, по сути, предав меня и некоторых других людей, которые тебе доверяли…»
Стоун развернулся в сторону телеэкрана и нажал кнопку дистанционного пульта. На экране появилась заставка телекомпании Си-эн-эн. Ни хозяин, ни его «гость» в услугах переводчика не нуждались, поскольку английский для каждого из них был, по сути, вторым родным языком.
Это была запись одного из выпуска теленовостей, причем почти трехсуточной давности. Когда в эфир пошел второй по счету сюжет, Алексей вначале встрепенулся, затем почувствовал сосущую пустоту в желудке… Еще бы! Речь там шла в том числе и о некоем Романцеве.
На фоне Кремля появилось лицо Уолтера Холлэма, московского корреспондента Си-эн-эн:
– Накануне запланированного на завтра приезда в Россию делегации ПАСЕ, – сообщил он, – ситуация на Северном Кавказе остается крайне напряженной… По информации агентства ИНТЕРФАКС, ссылающегося на свои военные источники, за прошедшие сутки на территории Чечни были осуществлены два теракта, повлекших за собой человеческие жертвы. В населенном пункте Урус-Мартан, что расположен неподалеку от Грозного, вчера утром неизвестными лицами был убит глава местной религиозной общины. В другом районе республики, в окрестностях селения Ведено, из засады был расстрелян милицейский транспорт. По предварительным данным, в ходе перестрелки со стороны федералов погибло четыре человека. Сообщается имя одного из погибших: полковник Романцев, заместитель начальника Главного управления по борьбе с организованной
Экран погас. И слава богу. Потому что просмотр подобных роликов, где тебя на весь шестимиллиардный мир объявляют покойником, – занятие не для слабонервных. Особенно, когда ты живо представляешь себе, каким образом отреагируют на подобную «новость» десятки и десятки людей, с которыми тебя сталкивала жизнь, и прежде всего твои родные и близкие.
Романцев потрогал пальцами щетину, пробившуюся на щеках. Он только сейчас почувствовал, что зверски проголодался. Но душ и хорошая порция спиртного – в первую очередь.
Ты неудачник, Романцев. Юродивый. Правильно жена написала тебе в записке – ты юродивый. Очень многое ты в своей жизни делал неправильно. Ты не хотел быть «как все», и это, собственно, и есть твоя главная проблема. Ты даже умереть по-человечески не смог: вместо тебя теперь похоронят чьи-то искромсанные останки. А ты продолжишь коптить небо, хотя и недолго… Определенно, ты будешь и дальше плясать под дудку человека, который сейчас сидит напротив тебя. Тебе ведь этого самому хочется, не так ли? Ты не сопротивляешься этой чужой воле, а лишь притворяешься, что вы разные, что вам не по пути; по сути, ты лишь гримасничаешь от собственного бессилия.
Нет, ты не юродивый, ты – паяц. Пляши, Романцев, кривляйся и юродствуй, ты ни на что более не годен.
– Стоун, вы по обыкновению чуть передернули колоду, – помолчав какое-то время, сказал Романцев. – Хотя вы известный мастер мистификаций, видеоматериал, полагаю, подлинный. Но в том сюжете, которым вы меня попотчевали и который, полагаю, выпорхнул в мировой эфир не без вашего участия, содержится целый ряд существенных неточностей. Первое: я не являюсь заместителем начальника ГУБОП и никогда прежде не занимал этой должности…
– Я думаю, мы можем простить мистеру Холлэму эту маленькую неточность, – бесцветным голосом произнес Стоун. – Он, конечно, блестящий репортер и к тому же весьма информированный человек, но кто же откроет ему истину? Последние годы вы возглавляли отдел информационных ресурсов МВД, организационно входящий в структуру данного Главка. Фактически вы руководили разведорганом, созданным в недрах вашего министерства, и это обстоятельство, по понятным причинам, особо не афишировалось.
– Это не единственная «неточность», – гнул свое Романцев. – Вокруг меня с некоторых пор вообще происходит какая-то чертовщина… В конце октября меня сняли с должности…
– Приказ до сих пор не подписан. Вернее, он подписан лишь одним министром внутренних дел. Занимай вы другую должность, этого было бы более чем достаточно. Но в вашем случае требуется виза самого секретаря Совбеза, которой на документе, насколько мне известно, пока нет.
Романцев невесело хмыкнул. Этот моложавый статный мужчина, которому ни за что не дашь его истинный возраст, – Карпинскому недавно исполнилось пятьдесят семь – наделенный породистой внешностью и манерами аристократа, многоопытный гэбист и современный топ-менеджер в одном флаконе, и был тем самым высокопоставленным чиновником, чьей визы недоставало на приговоре, вынесенном Романцеву его собственным начальством. И хотя Игорь Юрьевич, получивший назначение на нынешнюю должность всего полтора месяца назад, еще не избавился от приставки «исполняющий обязанности», это обстоятельство не должно вводить в заблуждение: Карпинский уже сейчас располагает такими возможностями, которые и не снились прежнему секретарю Совбеза.