Террор в прямом эфире

Шахов Максим Анатольевич

– Да!

– Надеюсь на вас, кэп! – сказал Койот.

Он метнулся к окну рубки и осторожно выглянул. Террорист, торчавший у трапа, теперь стоял у распахнутого трюма и смотрел наверх, на рубку.

– Что-то заподозрили, сволочи! – быстро сказал Койот. – Тут трап один или можно спуститься с другой стороны?

– Можно! – кивнул кэп. – Свернете направо, там увидите!

– Ну тогда все! Стреляйте на поражение! – напомнил Койот и вынырнул из рубки.

Повернув вправо, он вскоре оказался у трапа левого борта «Карго шип-10». Стараясь особо не шуметь,

Койот соскользнул по нему вниз. Осторожно выглянув из-за угла, он убедился, что поперечный коридор надстройки пуст.

Койот метнулся к двери, выходящей к левому борту, и открыл ее. С этой стороны надстройки, как он и предполагал, никого не было. Держась под переборкой, Койот подкрался к левому переднему углу надстройки.

Он немного опоздал. Террористы, обеспокоенные молчанием Халеда, успели разделиться. Тот, что торчал в трюме, уже поднялся на палубу и теперь с пистолетом-пулеметом наготове стоял у вентиляционного патрубка трюма, по виду напоминавшего огромный гриб. Второй араб как раз нырнул за правый угол надстройки.

Койот тут же подался назад. Стрелять по стоящему за вентиляционным патрубком террористу было слишком рискованно. Пришлось возвращаться назад. Второй террорист уже нырнул в коридор надстройки и как раз начал подниматься по правому трапу.

Койот хоть и приказал кэпу стрелять сразу, но вовсе не был уверен, что тот сможет это сделать. Нормальные люди потому и беззащитны перед преступниками, что те готовы на крайние меры, а обычный человек – нет.

Койот не мог рисковать, поэтому нырнул в надстройку и на носках устремился к правому трапу. Террорист поднимался очень осторожно, поэтому едва успел одолеть один пролет. Подкрасться к нему незаметно возможности не было, поэтому Койот решил прибегнуть к хитрости.

– Эй! – позвал он. – У тебя что, рация выключена?..

Террорист вздрогнул и резко развернулся, нацелив пистолет-пулемет на Койота. Тот вроде бы не обратил на это внимания, махнув рукой:

– Давай за мной! Халед ждет на палубе!

Араб явно что-то заподозрил, но Койот как ни в чем не бывало повернулся к нему спиной и проговорил в сторону двери:

– Он здесь!

Араб стал спускаться. Пистолет-пулемет он по-прежнему держал наготове. Койот сделал шаг к двери и скрылся из вида террориста. В тот же миг он развернулся и подался к переборке. Как только голова араба вынырнула из-за угла, Койот обрушил на нее рукоятку пистолета.

Удар получился молниеносным. Выстрелить араб так и не успел, несмотря на то что держал палец на спусковом крючке. Ухватив левой рукой обмякшее тело, Койот смягчил падение. Потом сунул пистолет за пояс и завладел пистолетом-пулеметом террориста.

В оружии арабы толк знали. Рассчитанный под мощный натовский винтовочный патрон пистолет-пулемет «НК53» сочетал в себе компактность и огневую мощь. Койот не стал медлить. Ткнув глушитель в грудь бесчувственного араба, он сделал одиночный выстрел. Араб дернулся и чуть съехал по трапу.

Койот развернулся и двумя кошачьими прыжками оказался у выхода. Несколько секунд спустя он

уже высунулся из-за правого угла надстройки. Второй террорист по-прежнему стоял у вентиляционного патрубка, но с этого угла патрубок уже не прикрывал его от Койота. И тот срезал араба короткой очередью…

Подавшись чуть назад, Койот внимательно осмотрелся. Он был не в курсе планов террористов, поэтому не исключал, что кто-то из высадившейся в контейнере пятерки мог вернуться к судну. Однако и причальная стенка, и прилегающие к ней трапы были пустынны и безмолвны.

Зато сверху, сквозь вой сирен, доносились крики, стуки и какой-то треск. Огромная платформа была охвачена паникой. Террористам, судя по всему, удалось не только вырубить связь, но и полностью дезорганизовать управление платформой.

Койот метнулся к растянувшемуся у вентиляционного патрубка террористу и убедился, что тот мертв. После этого Койот наклонился в раскрытый трюм:

– Поднимайтесь! Быстро!

По скобам приглушенно затопали ноги членов экипажа. Пока они поднимались, Койот переполовинил экипировку убитого террориста. Наконец из трюма высунулся первый матрос. Лицо его было напуганным.

– Не бойся! – успокоил его Койот. – Давайте сюда!

Повернув голову в сторону рубки «Карго шип-10», он махнул рукой. Как и предполагал Койот, капитан украдкой наблюдал за палубой и тут же высунулся в окно.

– Я ухожу на платформу! – крикнул ему Койот. – А вы освободите своих людей и на всякий случай организуйте оборону судна! От платформы не отходите! Если что, я свяжусь с вами по рации, заберите ее у араба! Ясно? Только сами в эфир не выходите! Это волна террористов!

– Все ясно! – кивнул капитан.

– Ну тогда все! – Повернувшись к матросам, которые не без опаски смотрели на него, переминаясь с ноги на ногу у трюма, Койот прикрикнул: – Чего встали? Шевелитесь! Возьмите пистолет-пулемет и выпускайте своих! Они закрыты в баталерке!

Развернувшись, Койот устремился к борту. Сходни на причальную стенку спущены не были, но это и не требовалось. Спрыгнув с полутораметровой высоты, Койот метнулся к видневшемуся слева трапу, который вел наверх.

Террористы были не так глупы, чтобы посвящать его в детали захвата. Да и в строении платформы Койот совершенно не ориентировался. Однако он знал главное: во-первых, террористы собирались взорвать скважину, а во-вторых, одной из их целей была паника на нефтяном рынке.

Из первого следовало, что заряд или заряды должны быть заложены где-то в нижней части платформы. Потому что иначе скважину взорвать вряд ли получится, даже несмотря на огромное количество врывчатки.

Ну а из второго выплывало, что взрывать скважину немедленно террористы не собираются. Хотя бы потому, что в четыре часа утра нефтяные биржи еще закрыты и никакая паника невозможна в принципе. Да и правительство США не настолько недальновидно, чтобы немедленно раструбить правду о захвате на весь мир. Поэтому ночной взрыв, скорее всего, замолчат, представив случившееся «небольшой локальной аварией».